Просто совершенство - Джулия Ортолон

– А это, должно быть, Алек, тот самый молодой человек, с которым ты проводила так много времени на лыжном курорте?

– Да.

Кристин сделала ему знак подойти. Она взяла Алека за руку и представила его сначала матери, потом отцу и брату и наконец невестке.

Натали была единственным человеком в этой компании, от которого исходило искреннее тепло. Она была крошечного роста и выглядела очень хорошенькой в своем красном платье без рукавов, скорее классическом, чем модном. Она приветливо улыбнулась Алеку:

– Мы встречались на соревнованиях по сноубордингу.

– Да. – Он кивнул. – Рад снова видеть вас.

И тогда Натали держалась очень доброжелательно.

– Инструктор по лыжам? – Брат Кристин поднял бровь, потом взглянул на отца: – Ты припоминаешь, отец, не так ли?

– Смутно. – Роберт Эштон пристально смотрел на Алека холодными голубыми глазами.

– Я же говорила вам, – поправила его Кристин с натянутой улыбкой. – На самом деле Алек не инструктор. Он просто оказал услугу своему другу. Он координатор поисково-спасательной службы Силвер-Маунтин. Правда, здесь он будет работать парамедиком.

– Поисково-спасательная служба. Ну пожалуй, это... интересная работа.

Заминка Роберта была краткой, но выразительной. Его едва уловимая враждебность удивила Алека, потому что во время их первой и единственной встречи брат Кристин держался довольно приветливо.

Натали обняла мужа за талию и, как мог догадаться Алек, ущипнула за бок.

– Мы все очень рады вашей помолвке и горим желанием познакомиться с вами поближе.

– Спасибо. – Алек чувствовал, что галстук вот-вот задушит его.

– Могу я предложить вам выпить? – спросил доктор Эштон-старший. – Кристин, тебе, наверное, бокал шардонне?

– С удовольствием.

– Вам, Алек? – Доктор Эштон подошел к бару с освещенными полками, на которых стояли бутылки с самыми разнообразными напитками.

Алек смотрел на него, не имея ни малейшего представления, что попросить, поскольку совершенно не разбирался в дорогих напитках и при всем желании не смог бы должным образом оценить его вкус. Что там пил Крейгер, когда у него было желание повыпендриваться?

– У вас найдется скотч из солода?

Доктор Эштон с любопытством посмотрел на Алека:

– «Гленфиддих» вас устроит?

– Вполне. – Алек непринужденно пожал плечами. Насколько он понял, отец Кристин собирался угостить его каким-то напитком столетней выдержки и стоящим не меньше сотни баксов за глоток.

– Мы с Робби обсуждали преимущества долгосрочных займов, – сказал доктор Эштон, наливая янтарную жидкость в хрустальный стакан и подавая его Алеку. – Каково ваше мнение по этому вопросу?

Алек понюхал крепкий напиток в стакане, задаваясь вопросом: скотч это или какая-то сивуха. Доктор Эштон выжидающе смотрел на него, и Алек понял, что независимо от того, что он ответит, его дело «труба». Родители Кристин составили о нем мнение еще до того, как он вошел в дверь. Ну что ж, если неодобрения не избежать, пусть оно будет касаться его настоящего, а не этого приодетого варианта, который пыталась представить Кристин своим родителям.

– Долгосрочных займов? – Алек посмотрел доктору Эштону прямо в глаза. – Думаю, что как минимум нужно разбираться в разведении, чтобы вырастить «призового бычка».

Брат Кристин поперхнулся, потом рассмеялся:

– Неплохо сказано. «Бык», как я понимаю, это из выражения «быки и медведи».

Алек смутно помнил, что прозвищами «быки» и «медведи» называют игроков фондовой биржи, хотя он-то имел в виду совсем другое, считая, что все это чушь и ерунда. Не успел он войти в дом, а они уже задают ему вопросы о деньгах!

Доктор Эштон окинул Алека холодным взглядом, давая ему понять, что уловил смысл его ответа и юмора не оценил.

Натали недовольно посмотрела на мужчин:

– Все эти разговоры о финансах наводят скуку. Я бы предпочла послушать о свадебных планах. Кристин, вы уже определились с датой?

– Середина апреля.

– Так скоро? – Миссис Эштон нахмурилась. – Остается меньше семи недель. Хотя в загородном клубе персонал превосходный и все смогут организовать самым лучшим образом.

– Вообще-то... – Кристин посмотрела на мать. – Мы планировали двойную свадьбу вместе с моей подругой Мэдди. Алек и Джо уже занимаются подготовкой.

– Как романтично! – воскликнула Натали.

– Ты, должно быть, шутишь! – Миссис Эштон бросила на дочь ледяной взгляд.

Кристин поежилась.

– Ну, еще ничего не решено. Окончательно. – Она посмотрела на Алека умоляющим взглядом: – Мы могли бы подумать о загородном доме.

Он пристально посмотрел на нее, пораженный, что такого сильного человека, как Кристин, можно так быстро подчинить.

– Ты этого хочешь? Кристин опустила глаза:

– Думаю, мы обсудим это позже.

– Конечно. – Он натянул на лицо улыбку, которую так и не снимал до конца обеда.

– Ты не против сесть за руль? – спросила Кристин, когда они вышли из дома. Голова у нее просто раскалывалась.

– Конечно, нет, – ответил Алек таким же бесцветным голосом, каким говорил в течение последних трех часов.

Кристин покопалась в сумочке и протянула ему ключи, надеясь, что он не заметит, как сильно дрожат у нее руки. Сжигавшее ее волнение оказалось настолько сильным, что на нее не подействовали ни ксанакс, ни вино и Кристин оставалась абсолютно трезвой. Но несмотря на это, она не имела права садиться за руль.

Когда они проезжали через Тэрритаун, мимо элегантных домов и тщательно ухоженных газонов, Кристин молча смотрела в окно.

– Все в общем-то прошло неплохо, – сказала она, когда они выехали на шоссе. – Ты понравился Робби и Натали. Отцу всегда требуется время, чтобы человек заинтересовал его, и то, что сегодня он держался несколько сухо, на самом деле не имеет никакого значения. Что же касается мамы... Надеюсь, она свыкнется с мыслью, что это ты занимаешься подготовкой к свадьбе. Если нет, то... Алек, мы позволим ей самой заняться этим. Она живет ради вещей, подобных этим, и у нее к этому просто талант. Все будет в порядке.

Алек промолчал.

– Сама свадебная церемония не столь уж важна, – торопливо продолжила Кристин, чувствуя, что ее нервы сплелись в тугой и жесткий клубок. – Важно лишь то, что мы с тобой поженимся. Поэтому если маме захочется, чтобы церемония была роскошной и торжественной, пусть так и будет, верно?

Алек по-прежнему продолжал хранить молчание.

Кристин несколько минут смотрела на меняющийся за стеклом пейзаж, потом начала твердить молитву, до самого дома повторяя ее на разные лады. Ничего не помогало. Тошнота подступала к самому горлу. Родители ясно продемонстрировали, что они не одобряют ее выбор. Но конечно же, это изменится. Обязательно, Со временем.