Эмин. Чужая невеста - Ая Кучер

— Да. Но Мамедов…

— Юнуса уже ищут, из города он не уедет.

— Его арестуют или…

— Не задавай таких вопросов, ладно? — Эмин подмигивает мне, а словно дозу успокоительного мне вкалывает. — Ты, кажется, не хотела быть моей соучастницей.

— Да, но я хочу… Ему будет хуже, чем было мне?

— В разы.

Кто-то стучит по капоту, заставляя меня вздрогнуть от неожиданности. Незнакомец кивает на дорогу, а Эмин вдруг вскидывает средний палец, напоминая сейчас зарвавшегося подростка, а не моего серьезного мужа.

Я прыскаю от этого представления и отстраняюсь от Хаджиева, позволяя ему выехать на основную дорогу. Он продолжает сжимать мою ладонь, и это невероятно приятно.

— Я так и знал, — выдает Эмин, а после проводит пальцем по моей коже, вызывая трепет внутри. — Очень кровожадная красавица. Мне нравится.

— Я… Я сама.

— Что сама, Дин?

— Ты сказал, что меня выбросили из машины… Но я сама выпрыгнула.

Эмин чертыхается, успевая затормозить перед светофором, горящим красным цветом. Разворачивается ко мне, в его глазах две эмоции: удивление и злость.

Я отвожу взгляд, рассказывая, как всё произошло. Мамедов действительно не ожидал, что кто-то поедет за мной, слишком беспечным был. Когда начали стрелять — я сползла вниз, а мужчина устроил ругань с водителем.

Его люди хотели сдаться, не планировали умирать за меня.

А Юнус был непоколебим в желании забрать меня с собой.

— Я решила, что можно рискнуть, — заканчиваю, физически чувствуя, насколько Эмин зол из-за моих поступков. — Машина ехала медленно, я дернула ручку и выпрыгнула. Ну, на самом деле… Это была моя обязанность.

— Прибавить мне седых волосков?

— Нет, сбежать от Мамедова самостоятельно. Я, между прочим, почти справилась, пока ты не начал перестрелку.

Я несу бред, остановиться подобно смерти. Хочу выплеснуть всё то, что крутилось на языке с момента, как меня похитили. Но только теперь я знаю — за мои слова мне не достанется.

— Я бы и так выпрыгнула, в какой-то момент, — добавляю, хотя уверенности в этом нет. — Я открыла замок, когда началась погоня.

— Как?

— Легко, там же пальцами потянуть просто. А я сжимала ручку с момента, как Мамедов меня ударил, поэтому не вызывала подозрений и…

Шумный вдох обрывает меня на полуслове. Эмин сжимает челюсть, его скулы прорисовываются, губы превращаются в тонкую полоску. Я не умею читать мыслей, но уверена, что мужчина представляет, как будет разбираться с Юнусом.

Я довольно улыбаюсь, действительно чувствуя себя кровожадной.

Я же говорила, Мамедов, что тебя за меня разорвут.

— Спасибо за то, что всё-таки спас, — произношу секунду спустя, переживая, что Эмин неправильно поймёт. — Я боялась, что ты не приедешь.

— Дина, я бы тебя не бросил.

— Я знаю! Правда, знаю, я не сомневалась в тебе. Но в тот же момент… Ты как-то сказал, что не будешь спасать, если я облажаюсь. А я ведь облажалась!

— Красавица, единственный, кто совершил ошибку, это я. Недооценил Мамедова, расслабился. Моя вина, я её искуплю.

— Заведём второго щеночка?

Поддеваю мужчину, постепенно возвращаясь к привычному состоянию. Эмин посылает мне красноречивый взгляд. Заводить домашнее животное нельзя даже после моего похищения.

Жадина.

— Дин, — он отворачивает от меня, молчит минуту. — Это всё, что произошло? Больше Мамедов ничего не сделал?

— Нет.

— И ни о чём не хочешь мне рассказать?

— Нет. Это… Он напугал меня больше, чем навредил мне на самом деле.

Я привираю, кажется, что Эмин это сейчас поймёт. Раскусит меня и заставит произнести правду, к которой я не готова. Но Хаджиев отвлекается на поворот, а я меняю тему:

— А куда мы едем? — я понимаю, что мужчина везет меня не домой. — Хаджиев?

— К моему дяде, он присмотрит за тобой.

— К твоему… Тому самому, которого ты подстрелил? Эмин! Ты уверен, что это безопасно? Разве вы помирились?

— Нет. Но он помог найти тебя, без вопросов и промедления. Всё будет хорошо.

Я чувствую, что Эмин что-то не договаривает, но не успеваю спросить. Мы оба врём сегодня, не мне судить. Мужчина тормозит возле высоких ворот, а после тянется ко мне. Гладит пальцами моё лицо и шею, долго смотрит, пока я не киваю коротко.

Не могу поверить, что Хаджиев действительно ждал моего разрешения. Он меня теперь хрустальной вазой считает? Подумаешь, похитили. От поцелуев я не собиралась отказываться.

Губы Эмина сминают мои, полностью выбивая все шуточки из головы. Жар вибрирует под кожей, я тянусь к мужчине. Щелкает ремень безопасности, скрипит кресло…

И я оказываюсь на коленях мужчины, крепко прижата. Я упираюсь спиной в руль, колено задевает подлокотник. Но это такие незаметные мелочи, которые не волнуют.

Мои ладони лежат на плечах Эмина и кажется, что им там самое место. На жестких мускулах, большими пальцами поглаживая шею мужчины. Подбородок царапается о щетину, я сама трусь, урывая щекочущие ощущения. Словно внутри что-то порхает, крыльями бьется о низ живота, разжигая огоньки.

Я не могу остановиться, не хочу. Мне необходимы его касания, лаская с которой невозможно расстаться. Хочу забыть всё , что произошло. Заменить приятными поцелуями с Эмином.

— Все ещё неплохо? — я отстраняюсь, облизываю свои губы, чувствуя на них привкус мужчины. — Или уже хотя бы хорошо?

— Уже…

Эмин словно зависает на секунду, пытаясь понять о чём я говорю. Его комментарии про поцелуи были шуткой, я знаю. Но сейчас мне хочется чего-то хорошего, чтобы перекрыть такой ужасный день.

— Идеально, красавица.

Я не знаю, сколько мы целуемся. Прижимаемся друг к другу, наши руки путешествуют, словно мы не виделись целую вечность. Эмин сжимает мое тело грубо, гладит ноги, забираясь под платье. Давит на спину, впечатывая в себя. Ему словно…

Словно нужно почувствовать, что я здесь и всё со мной хорошо.

Я стону, когда он прикусывает мою губу, тянет на себя. Нервны внутри узелками стягивает, я вся натянутая струна. И Эмин, опытный музыкант, добивается от меня громких звуков.

— Черт, — не отрывается, продолжая целовать, а пальцами тянется к телефону. Косит глаза, проверяя, и снова ругается. — Всё, красавица, закончилось счастье.

— Что такое? — я дуюсь, чувствуя неудовлетворение внутри. Оно искрит и требует продолжения. — Случилось что-то?

— Не совсем. Но нужно уже заезжать к дяде, ага?

Ага.

Я фыркаю, возвращаясь на своё кресло. Одёргиваю платье, натягиваю ботинки. С силой сжимаю ноги, потому что хочется наплевать на всё и провести здесь целый день.

Только сейчас я замечаю, что ворота давно открыты. Краснею, ведь нас могли увидеть. Да, хорошо, что Эмин вовремя остановился, пока мы не устроили представление для чужой охраны.

— Ты уверен, что твой