Невеста кромешника - Лана Ежова

Стон. Мой стон… Как лед за шиворот на солнцепеке. У нашего поцелуя ведь есть свидетель! Я напряглась – и Блай отстранился.

Дохлый квакус… я не покраснела от стыда, нет. Я просто заполыхала, как пламя магического костра.

Рука эмиссара скользнула с затылка на скулу, легонько приподнимая мое лицо, не позволяя отвернуться.

– Он ушел, Кайра. Мы одни. – Такой понимающий, проникновенный взгляд, что у меня защемило сердце от невыразимой нежности. – И мы ничего плохого не делали – пусть стыдятся и завидуют те, кто решится подсматривать.

Ох, сначала успокоил, затем опять смутил!

Неловко, но стоило бы обсудить случившееся и вообще нашу ситуацию.

– Блай, я хочу поговорить о…

Он коротко, но безумно нежно поцеловал, не позволяя завершить мысль.

– Потом. Ты ведь хочешь посмотреть, что я принес?

– Грязь?

Мужчина засмеялся:

– Не только. Как и обещал, я достал камень.

Он разжал кулак, демонстрируя черный комок, из которого торчала… золотая цепочка?

Язычки тьмы прошлись по ладони кромешника, пожирая грязь и оставляя сверкающее украшение – кулон чуть больше перепелиного яйца. Багрово-черный камень в форме сердца казался живым: внутри билась алая искорка, напоминая пульс.

Минуточку… В форме сердца? Это что, утерянный артефакт?

– Это Сердце Тьмы? – спросила прямо.

Блай удивленно вскинул брови:

– Слышала о нем?

– Да, от лорда Архана.

– От лорда Трепло, – тихо, с недовольством произнес эмиссар. – Слишком много болтает для кромешника и наставника подрастающего поколения.

Разве я не заслужила доверия? И уж точно я не собиралась передавать услышанное дальше, да и связывающая клятва не позволит.

– Не обижайся, все секреты школы я предпочел бы раскрыть своей невесте лично. – Блай нежно поцеловал меня в висок, невинной лаской вновь сбивая сердечный ритм.

Чудом собравшись с мыслями, с намеком произнесла:

– Еще лорд Архан сказал, что якобы из-за тебя исчез один учебный корпус и почти все артефакты ордена.

Готов раскрыть все секреты? Пускай начинает, с удовольствием послушаю!

– Я спрятал только школьные артефакты, – поправил эмиссар. – Я не мог их оставить – в то время было сложно понять, кому можно доверить столь могущественные предметы.

– Почему? Что вообще тогда произошло?

– Я и сам не все знаю, Кайра, – посерьезнел Блай. – Кто-то подогревал недовольство аристократической части ордена и одновременно организовывал покушение за покушением на кронпринца. Часть старшекурсников моей школы оказалась тоже замешана в восстании, их отравили идеей, о которой я тебе уже говорил. Идеей вседозволенности: кромешники проливают свою кровь за обычных людей, значит, те должны подчиняться защитникам, терпеть притеснения.

Блай рассказывал с горечью, которую не сгладили годы сна. И я не сумела справиться с эмоциями – выказала сочувствие, погладив его по обнаженному плечу. Не удержалась, хоть и слышала, что мужчин нельзя жалеть – они возмущаются.

Блай перехватил мою руку и коротко, непринужденно поцеловал в запястье. Будто одаривать меня лаской для него – это безусловный рефлекс.

– Я проглядел подлеца, заморочившего юные умы, в моей школе. Понимаешь, Кайра? Не уследил за доверенными мне детьми.

Резковатые черты лица исказились гневом. Желваки заиграли на скулах Блая, но он быстро вернул самообладание, сделав несколько глубоких вдохов.

– Улики указывали на одного важного для меня человека.

Женщину? Лорд Архан говорил, что ссора с побратимами случилась из-за женщины.

Теперь бы и мне не помешала капелька сочувствия: стало дико неприятно, что в жизни Блая до меня была еще одна важная женщина.

– Чтобы не обвинять беспочвенно, я связался с кронпринцем, и тот назначил встречу в месте, о котором знала только наша пятерка.

Блай замолчал. Легкое движение руки – и его окутала тьма. Заботливо обвила все тело, очищая от тины и на несколько секунд укрывая от всего мира.

Плотная пелена истончилась, превращаясь в дымку, а затем и в быстрые тени. Брюки эмиссара высохли, он снова был одет и обут.

Я бросила быстрый взгляд на траву – сложенная в стопку одежда исчезла.

Облаченный в униформу и ледяное спокойствие Блай продолжил рассказ:

– Меня задержали в школе, как сейчас подозреваю, намеренно. Я опоздал всего лишь на пять минут. Пунктуальный кронпринц уже был на месте встречи. Без сознания, в луже крови. Я останавливал ее, когда явился Веркинджеторикс.

Веркин… Кто? Подозреваю, у меня глаз дернулся. Какое неудобное, длинное имя!

– Веркинджеторикс набросился на меня, обвиняя в убийстве его высочества. Я успел схватить тело принца и открыть переход в храм Кромешной, где мы с Джетом снова сцепились, но уже при свидетелях.

Блай замолчал. Его рука скользнула к моим распущенным волосам. Ох, а ведь я и не заметила, когда он успел разворошить мою прическу…

– Дуэли между кромешниками не поощряются. Спонтанные драки, особенно между побратимами, под запретом.

– Почему?

Я спросила, не надеясь, что он меня услышит.

Ошибалась.

– В определенные моменты побратимы как единое целое. И тот, кто атакует собственную руку или ногу, сумасшедший.

– Понятно…

Боги, какой же у Блая странный взгляд! Он здесь и одновременно в прошлом, переживает давние события.

– Оставив принца, мы с Джетом переместились в горы, чтобы прояснить отношения. Он ведь не просто так заглянул в тайное место. Я обвинил его в нападении на принца. Вмешались остальные побратимы, они были предупреждены о моем якобы помешательстве. Решили, что я переступил через последнюю грань и напал на наследника. Такая убежденность означала одно: кто-то из моих друзей перешел на сторону заговорщиков. Только кто? В тот момент выяснить это было невозможно: кронпринц при смерти, часть столичного храма Кромешной разрушена, предгорье пострадало в драке.

Я охнула и тотчас прикрыла рот ладонью, чтобы не отвлекать рассказчика.

– Меня не хотели слушать, времени до появления императора с другими эмиссарами не оставалось. Я принял нелегкое решение: сохранить жизнь невиновных побратимов и вместе с тем обезвредить того, кто напал на кронпринца. Я воззвал к Кромешной о последней милости для всей пятерки. И богиня откликнулась.

Блай вновь замолчал. Как же мучительно любопытство! Я теперь знаю, что это такое. Я даже губу закусила, чтобы не торопить с рассказом. Помогло, но ненадолго.

– Ты попросил богиню усыпить вас?

– Да, – коротко ответил эмиссар, ласково гладя мои волосы.

– И что теперь? Ты узнал, кто напал на принца? Жив ли он?

– Саркофаг Кромешной не может восстановить разве что летальные повреждения, то есть оторванную голову не прирастит. Поэтому кронпринц из моего времени жив. А кто на него напал? Это еще предстоит узнать. После недавней встречи с