(Не) брать! - Ольга Цай

— Пусти, — я пыталась царапаться, кусаться, била его кулаками. Он повалил меня на пол, прямо там, в сенях, стараясь до конца стянуть с меня штаны одной рукой, другой удерживая за горло. Его пальцы сжимались все сильнее, кислорода стало катастрофически не хватать. Я рукой шарила по полу, пока не схватилась за что-то увесистое. Не разбираясь, что было мочи саданула ему по голове. Полено пришлось очень даже кстати.

Он резко отпрянул, схватился рукой за место удара. Я столкнула его с себя, это было не легко — эта свинья весила, наверное, целую тонну. Быстро натянула штаны, сделала шаг, но он схватил меня за ногу и я упала навзничь.

— Убью, сука! — подтянулся ко мне, схватил за голову и со всей дури шандарахнул об пол, но ему было мало, размахнулся и ударил, почувствовала как кровь идет носом. Поднялся и, пошатываясь, врезал мне ногой. Удар пришелся куда-то под ребра. А потом еще. Я, по-моему, уже начала терять сознание.

— Ты какого х*я творишь? Сука!

Внезапно все прекратилось.

— Эта тварь! Она сбежать хотела, — заплетающимся языком оправдывался Серый.

— Не п*зди! Куда сбежать? Ладно, давай ее в дом. Окачурится еще. Мурад с нас три шкуры спустит, в лучшем случае убьет сразу. Ты знаешь правила.

Очевидно, эти слова привели свинячьи глазки в чувство.

— Бл*дь! Твою мать! Эй ты! — обратился ко мне. А я если бы и хотела ответить — не могла.

Легонько постучал по щекам.

— Хватит! Помоги мне! — и Вова взял меня на руки и понес в избу. Положил на кровать, — Принеси воду, надо ее в сознание привести.

Я все слышала, я была в сознании, но хотелось, чтобы они как можно дольше этого не знали. Внезапно мне в лицо плеснули ледяной водой — без вариантов не среагировать. Я резко открыла глаза.

— Очнулась, радуйся! — обратился к Серому. Тот же, докурив первую сигарету, взялся за вторую. Понял, что натворил — от гнева Мурада его отделяло совсем немного — хорошо баба пришла в себя. А все эта водка, будь она неладна.

Раздался телефонный звонок.

— Да, — ответил Вова.

— Приступайте, — услышал короткий приказ.

— Серый, тащи камеру.

Тот притащил камеру, повозился с установкой. На центр комнаты выставили стул и сгрузили меня на него, как мешок с картошкой. Тело неимоверно болело и было похоже на одну сплошную гематому.

— Значит, слушай сюда, — присел на корточки Вован и отвел с моего лица прядь слипшихся волос. — Ты сейчас на камеру — вот туда, скажешь как тебе хреново и попросишь Орлова спасти тебя. Поняла?

— В-вы отпустите меня? — еле шевеля губами, спросила.

— Нет, — покачал головой, — позже, но не сейчас.

— А где гарантии?

— Слышь, ты, бл*ть, подстилка орловская, скажи спасибо, что до сих пор жива, — схватил пальцами за лицо и очень больно сжал. — Тварь! Ты скажешь, сука, слышишь? — резко он пришел в неконтролируемое бешенство. И этот взгляд! Да он сумасшедший! — Серый, включай, — и отошел в сторону.

Но я молчала, пытаясь подобрать слова.

— Говори, сука!

Удар в лицо прилетел неожиданно и я упала на пол вместе со стулом. Так же резко поднял меня и усадил обратно.

Я разлепила губы и еле слышно произнесла:

— Глеб, спаси! Они убьют меня.

***

Глеб пытался сосредоточиться, убрать все лишние эмоции — нужна холодная голова и расчетливый ум. Но мозг «услужливо» вновь и вновь включал ее голос, а перед глазами то и дело всплывало ее лицо в крови и удар. Видно — били до этого, суки. Он найдет их, найдет и медленно будет вырезать одного за другим, очень медленно.

— Глеб, мы кое-что нарыли, — произнес, входя в кабинет Фролов. — Ребята с наружки по камерам видео наблюдения засекли вот этого перца, он давно крутился возле Полины, — снял блокировку, нашел нужный файл и протянул Орлову.

— Бл*ть, сука! Я видел этого ублюдка с ней. Круто Мурад обложил. Ты выяснил, где она сошла?

— Выясняем. Но сошла не сама. Официант из вагона-ресторана говорит, что девушка была очень пьяна и этот ее тащил.

— Она не пьет, — напряженно сказал Глеб.

— Подсыпали, значит что-то.

— А вот и крыска наша сработала, — услышал ледяной голос Петровича, — тот всматривался в дисплей телефона. Господа, все просто, Мурад заключил с Гарсией соглашение. Этому бразильскому недоноску рынок маловат стал свой, хочет прорваться на наши просторы. Но не просто прорваться, а замиксовать наркоту с оружием, так сказать, два в одном.

— Киндер-сюрприз, бля, — хмыкнул Костян.

— Чего Беджиков хочет добиться, похищая Полину? — напряженно спросил отец. — Нужно быть тупым, чтобы думать, что я отдам направление ради девки.

— А вот это самое интересное. Аркадий Иванович, помните поставку месяц назад ракет Х-38? Тогда возникали проблемы на разных участках, еле переправили. Концов найти так и не смогли. Понятно, что не совпадение, но и прямо на Беджикова след не выводил. Так вот, наша крыса поведала: Мурад ввязался в очень крупный заказ по переправке оружия в Уганду. И немного-немало, пройти все должно было через нашу территорию без согласования. Если бы у Беджикова подставить нас с ракетами получилось, он бы выбил из-под нас стул, пока расхлебывались, он бы отправил эту партию. Эффект отвлечения внимания. Предоплату от Уганды получил, а после срыва первой отправки ему дэд лайн по закрытию «сделки» поставили до двадцать пятого января. Жопа дымится, понял, что один не справится, силенок маловато. Вот он Гарсию и подтянул, пообещав тому полностью отдать наши пути взамен на открытие новых каналов сбыта крупных партий наркоты и помощи со "сделкой". Но на данный момент ближайшая цель одна: сделку с Угандой завершить. Уверен, что он потребует закрыть глаза на эту партию взамен на жизнь девушки, — закончил Петрович.

— Варианты выхода какие? — напряженно спросил Глеб.

— Попробуем найти ее. У нас, как минимум, сутки — двое есть, — сказал Петрович.

— Если не сработает?

— Пропустим товар, — тихо произнес отец.

— Аркадий Иванович, вы же знаете — стоит один раз прогнуться, потом ворота не закроешь.

— Знаю. Поэтому ищите ее. Переверните все вверх дном, любые связи, все контакты, всех людей! Но найдите! Мурад сегодня не позвонит, завтра оживет. У нас есть фора — воспользуемся.

Петрович кивнул и они с Костей покинули кабинет. Глеб было двинулся следом, но голос отца остановил его.

— Глеб, ты куда? Тебе лучше остаться здесь.

— Ты сейчас серьезно? Чем лучше?

— Сын, я понимаю твои чувства, но тебе придется набраться терпения и остудить голову, только так ты сможешь увидеть девушку живой.

Парня ломало, он ходил из стороны в сторону, бездействие сводило с ума. Он готов был на стену лезть, если бы это только помогло ей. Часы в холле отбивали очередной час, а информации о местонахождении все так и не было. Беджиков тоже не давал знать о себе. Прав отец — завтра позвонит, чтобы ночь сломала и поставила на колени Орлова-младшего — психологический ход.