Любовь для дурочки - Алла Дроздова

— Алексей, тогда подождите пять минут Асю. Её домой нужно будет отвезти.

Женщина, смутившись, тут же принялась отказываться от помощи, но Алина все пререкания пресекла на корню.

— Ася! Давайте не будем устраивать дебаты на пустом месте и усложнять друг другу жизнь. Алексей сейчас всё равно на работу поедет, а вы там недалеко живете. Так что подбросит. Кстати, Алексей, у меня на сегодня к вам единственное поручение — передать мою просьбу Кузьминскому. И вы мне сегодня уже больше не нужны.

— Хорошо, Алина Сергеевна.

Ася же, завладев Алиной, потащила её по квартире. В гостиной то тут, то там, в вазах стояли цветы от Кирилла — лавандово-розовые розы.

— Алина Сергеевна, — обвела руками помощница по хозяйству розовое царство, — не знаю, куда ставить цветы… Сегодня опять букет из 21 штуки принесли…

Алина зависла.

«Значит, уже прошло 9 дней, как уехал Кирилл. Что-то долго от них известий не было, если только сегодня на связь выходят. Что у них там происходит?».

И от этих мыслей первый звоночек тревоги вдруг раздался у неё в голове.

«Господи, помоги любимому! Пусть он скорее возвращается ко мне и сыну. Дай мне силы прожить без него оставшийся 21 день».

Засовывая досаду на саму себя, на свои безосновательные страхи куда-то далеко, от злости даже мысленно пнула себя.

«Алина! Не раскисай! Всё в порядке! И Кирилл, и Олег говорили, что связи там нет. Общение идёт через какие-то седьмые руки. Поэтому так долго. Нельзя думать о плохом! Только хорошее… только хорошее… только хорошее!».

Из размышлений её вывел настойчивый вопрос Аси.

— … можно?

— Ася, простите! Я задумалась, если не сложно, повторите, пожалуйста, свой вопрос?

— Да ничего страшного, Алина Сергеевна! Это я говорю, что раз цветов много, так их по всем комнатам разнести можно?

— Делайте, как считаете нужным, — чисто на автомате произнесла она, снова погружаясь в свои мысли.

— Ну и отлично! Я тогда завтра и займусь. Пойдемте, покажу, что кушать вам приготовила. А то ведь всё так до завтрашнего утра и останется нетронутым…

Алина ухмыльнулась.

«Точно подмечено. Так и было бы. Вернее, всё равно так и будет… скорее всего».

Оставшись одна, Алина быстро приняла душ, а затем, взявшись за телефон, принялась обзванивать близких.

Первой позвонила маме. Евгения Петровна, услыхав голос дочери, очень обрадовалась. Её внезапный отъезд к внучке расстроил пожилую женщину. Алина, пытаясь максимально смягчить историю расставания Марины и Никиты, рассказала о новом увлечении девушки итальянским доктором. Расписывая молодого человека, она со смехом поведала матери, что одним из достоинств Марины для Риччи стала её стервозность.

— Во истину, каждый ищет своё в женщинах. Кому стервозность — кара Господня, а кому — подарок от Бога, — сказала Евгения Петровна.

Потом они поговорили о лечении пожилой женщины и… на этом разговор их свернулся.

Почти такое же общение произошло у Алины и с Риткой. Поскольку Маргарита удивлялась скорому отъезду подруги в Рим, та была вынуждена признаться в распаде семьи Марины из-за Вирры. Рита, услышав о проделке падчерицы, принялась шипеть, как гремучая змея, а вдобавок к своим словам, чем-то и по чем-то стучать, показывая, какую знатную отбивную нужно было сделать из Вирры и теперь уже бывшего зятя. Алина же, успокаивая не на шутку разошедшуюся подругу, призналась, что ситуация уже благополучно разрешилась. Ребята расстались друзьями, а у Марины на горизонте появился новый поклонник, импозантный молодой итальянец.

Проболтав в общей сложности минут 20, они договорились встретиться в ближайшие день-два, чтобы посплетничать о личном.

А вот о своем секрете Алина никому ничего не сказала. Она хотела, чтобы первым о ребенке в этом городе узнал Кирилл.

Ровно в 21–00, съедаемая нетерпением, перебралась на кухню. Проигнорировав приготовленные Асей блюда, просто сварила себе кофе и замерла в ожидании звонка от Кузьминского.

Кузьминский Борис Аркадьевич был управляющим офиса компании в их городе. Симпатичный мужчина с отличной работоспособностью уже лет 10 являлся сотрудником их корпорации, но только в другом городе. Кирилл, тщательно подбирая в компанию персонал, всегда держал на особом контроле людей с возможной перспективой роста. Предложение, сделанное буквально за несколько дней до отъезда Кирилла, Кузьминский принял не сомневаясь. И не испугала этого 40-летнего мужчину, женатого, имеющего дочь — подростка необходимость смены места жительства.

Ежедневные отчеты с планами работы и их выполнением местным филиалом, представляемые Борисом Аркадьевичем, Алине нравились. Всё было четко и по существу. На вопросы, задаваемые ею, ответы выдавались практически мгновенно, а предложения по усовершенствованию работы казались интересными и перспективными. Алина, рассмотрев их, Кузьминского похвалила, но сообщила, что окончательное решение будет принято только после возвращения Кирилла из командировки.

Теперь же, сидя перед полной чашкой давно остывшего кофе и размышляя о своей жизни, Алина вздрогнула, когда зазвонил сотовый. Едва бросив взгляд на экран, поняла, что звонит Кузьминский, и мимоходом отметила, что на часах 21–58. За размышлениями даже не осознала, что прошёл почти час ожидания.

— Алина Сергеевна, здравствуйте! Это Кузьминский, — услышала она глухо прозвучавший голос искаженный аппаратом.

— Добрый вечер, Борис Аркадьевич! — ответила она и тут же поняла, что услышит неприятную новость.

Сердце снова больно сжалось, практически прекратив свою работу, а потом резко ускорилось, пытаясь нагнать упущенное. По левой части грудной клетки огнем полыхнула горячая боль. Алина сморщилась и попыталась дышать как можно спокойнее, чтобы не показать сотруднику своего страха.

— У нас проблема, — сказал управляющий. — Кирилл Андреевич на контакт с приехавшей на место группой наших сотрудников не вышел. Он пропал.