Тень Казановы - Наталия Яровая

— Хорошо, Лиза. Дело прошлое. И вы на меня зла не держите.

— Не буду. До свидания, — развернулась и пошла. Несчастная такая. В этих своих бусиках. А ноги у нее, между прочим, красивые из-под платьица. И чего дурью мучается? Ладно, ее заботы. Тем не менее я выдохнула облегченно.

Напрасно.

Не прошло и трех дней, как раздался телефонный звонок, и Лизин голос деловито сообщил мне, что у нее есть два билета в театр. На премьеру. На сегодня.

Грубить не хотелось. Да и повода вроде не было, поэтому я вежливо отказалась. Лиза не настаивала, извинилась еще раз и трубочку положила. Но я насторожилась отчего-то. И, как оказалось, не зря.

Телефонный звонок раздался часа в два ночи. Сердце сразу перевернулось и похолодело.

— Алло, Сережа?!

— Ага, значит, его Сережа зовут? «Ой, Серега, Серега, ты не стой у порога!» — Лиза едва связывала слова. — Короче, нехрен о Сереже грезить. Ты ему на х… не нужна! Вокруг небо в звездах, море шумит. Выходи, я сейчас подъеду — поедем купаться при луне!

Я чуть не взвыла от злости и трубку бросила. Подождала минут десять — звонков больше не было. А сердце колотилось не переставая. Дрянь пьяная! Шизофреничка! Нельзя с ней по-хорошему, нельзя! Воистину Лиза-Шиза.

Выпила валерьянки, легла. Сон, конечно, как рукой сняло. Да оно и ни к чему было: через пятнадцать минут возле ворот нашего коттеджа раздался длинный автомобильный гудок. Джим на улице залаял. Я сначала даже и не сообразила: кто? к кому? Гудок повторился. Длинно-длинно. Через минуту раздался звонок в доме. Тоже длинно. Ему заливисто вторил пес. Я подошла к домофону, нажала кнопку, мои худшие догадки подтвердились: во весь экран — улыбающееся Лизино лицо. Пьяная в дрова, каким-то цветком мне машет:

— Эт-т я, Викуся. Собирайся, поехали.

— Убирайся вон! — рявкнула я.

Трезвон продолжался еще минут десять. Из детской выглянула Юлька. Махнула ей рукой:

— Иди к себе. Все нормально. Шиза нарисовалась.

Вообще-то Юльку обычно пушкой не разбудишь.

Я снова включила домофон, на экране опять расплылось нахальное лицо.

— А вы знаете, что к вам гости? С букетом роз!

Я взяла себя в руки и попыталась быть спокойной.

— Лиза! Третий час ночи! У меня ребенок проснулся из-за вас! Я никуда не поеду. И гостей никаких не жду.

Лиза призадумалась.

— Ребенка жалко. У меня тоже сын есть. Ну выйди на пять минут. Поболтаем. Небо такое звездное! Я тебе стихи почитаю.

— Спасибо, Лиза. Давайте завтра.

На этом отключила домофон и дверной звонок. Не тут-то было! Через пять минут раздался непрерывный сумасшедший гудок автомобиля под окнами. Это в нашем-то тихом и пристойном коттеджном поселке! Что делать? Вызвать ментов? Почему мы до сих пор не завели настоящего сторожевого пса?

Я подумала и вышла. Лиза маялась у ворот (ворота, слава богу, надежные.) Мне обрадовалась:

— Можно войду? Или просто цветы возьми.

— Не надо цветов. Езжайте домой.

— Ну возьми, а то обижусь, шуметь на всю деревню буду. А-а-а-а-а!!!

— Уходи немедленно, немедленно! — Я тоже почти кричала.

Наверное, истерические нотки в моем голосе послужили Джиму сигналом к атаке. Он вскочил на фундамент изгороди, просунул морду между прутьями и взахлеб залаял на Лизу. Словом, пошумели.

Лиза развела руками, сделала несколько шагов назад, оглядела нас с усмешкой и пошла к машине.

Я вернулась в дом. Юлька, конечно, не спала. Но и с вопросами не лезла, умничка. Только вздохнула:

— Скорее бы хоть Васька приехал!

С утра я ответила на пару недоуменных соседских звонков. Сказала, что пьяная компания адресом ошиблась. Для первого раза сошло. Ну-ну!

События развивались стремительно. На следующий день Лиза прорезалась в офисе после обеда. Ко мне, как на грех, еще и Машка нарисовалась — новости московские узнать. Мы с ней спустились на первый этаж в кофейню. Тут и Лиза-Шиза, как живая. С Машкой раскланялась. На меня волком глянула, пробурчала:

— Мне с вами, Виктория, поговорить на два слова надо.

Я отмахнулась — она исчезла. Я у Машки спросила:

— Знаешь ее, что ли?

— Шапочно. Приходила ко мне в контору, рекламу какую-то собирала. В глаза лезла, мышковала. А ты?

— Аналогично, — ответила я, в подробности вдаваться не стала.

Вечером я на всякий случай отключила домашний телефон. Сережа если позвонит, то на сотовый. Ближе к одиннадцати раздался звонок. Машкин голос взвинченный:

— Вик, ты того, подругу свою урезонь!

— Какую подругу? — опешила я.

— Лизу эту или как там ее? Трезвонит без продыху. Говорит, что тебя найти не может. И жить без тебя тоже не может. Свяжись с ней, что ли?

— А откуда она телефон твой знает?

— Ты, наверное, дала.

— Я не давала! Она в справочной и адреса, и телефоны узнает. Она шизанутая!

— Не знаю, Вика. Это ваши отношения. Угомони ее. Я сплю уже!

Какая ты, Машка, сволочь! И ведь не сразу угадаешь — почему?

Однако ситуация поганенькая. Чего там Шиза Машке наплела? А ту — хлебом не корми, дай про меня гадости послушать!

Я сильно огорчилась, но домашний телефон включать не стала. Через полчаса снова звонок на мобильник. Снова Машкин номер. Ну, началось в колхозе утро! То одна шизофреничка доставала, теперь две будут.

— Але! — голос Рудика, Машкиного сына, — Виктория Андреевна! Ваша подруга нас уже заколебала! У мамы мигрень началась!

— Рудольф, она — больной человек. Ее бесполезно увещевать. Она никому покоя не дает.

— Зачем вы дали ей наш телефон?

— Я не давала! — Я смахивала на провинившуюся, оправдывающуюся школьницу.

— Не знаю, не знаю… Ваша подруга — примите меры.

— Меры одни, Рудик, — отключите телефон.

— Но!..

Но я уже положила трубку. Отключила и сотовый. И, как ни странно, крепко заснула. На войне как на войне…

Машка, правда, через пару дней проявилась как ни в чем не бывало. Про Шизу — ни слова. Плечо друга, называется. Да бог с ней. Сказала, что на семинары какие-то в Америку намылилась. Врет, конечно! Опять операцию себе косметическую затеяла. Ну и попутного ветра. Простились как сестры — еще один дурдом!

После нее и Шиза не заставила себя ждать с визитом. Вечером, часам к двенадцати, возле дома обозначилась. Схема старая. Сигналы у ворот, звонки в дверь. Я для разнообразия вызвала милицию. Приехали, правда, быстро. При полном параде — в бронежилетах и с автоматами. Соседи, как водится, вышли. Внимательно арест Шизы отследили. Мне вежливо после этого поулыбались. Только сосед-генерал по плечу хлопнул и велел в следующий раз ему прежде звонить. У него, дескать, пистолет есть. А его жена губы поджала и посоветовала быть разборчивее в подругах: «Хотя эти новые моды в любви…»