Трудное счастье Калипсо - Наталия Миронина

Дома, напоив Петьку отварами, мама ругалась с папой:

– Ты как нарочно! Он же удержу не знает! За ним надо следить, а теперь вот на неделю диеты и прочие удовольствия.

– А за неделю поправится? – спросил папа грустно и виновато, но Петьку, лежащего тут же на диване, не мог обмануть этот виноватый вид.

– Будем надеяться, – мама поджала губы.

– Уж постарайся, Петька, – папа повернулся к сыну.

Тот бодро кивнул и издал звук, простительный только малым детям.

– Петя! – строго сказала мама. – Так нельзя!

– Петя, – сказал папа, – ты «уронил» всю торжественность момента!

– Какого момента? – не поняла мама.

Папа откашлялся:

– Через неделю мы отплываем в круиз. Яхта «Калипсо» уже зафрахтована, команда бреется, капитан складывает рундук.

– Какой рундук! Ты чего сочиняешь? – мама нахмурилась.

– Господи, ты хотела доплыть до Черного моря? Хотела? Вот, в следующие выходные и поплывем. С заходами во все порты, которые будут на пути. Яхта большая, настоящий пароход!

– Ты не шутишь? – мама еще не улыбалась, но уже и не сердилась.

– Какие шутки?! Бескозырки и зюйдвестки шагом марш покупать!

Мама ахнула и кинулась целовать папу.

Следующую неделю семья провела на полу, ползая по огромным картам. Петя помогал как мог – территория южных стран Евросоюза оказалась вымазана шоколадом и липкими леденцами. Мама с папой не ругались на него, они спорили.

– Ну, что ты не видела в этой дыре? Портовый город, пыль, туристы и кабаки. Следующую остановку надо сделать на этом побережье. Там аура такая…

– Мне аура не нужна, я хочу посмотреть, – дулась, как маленькая, мама.

– Ладно, остановимся, – пугался папа и рисовал флажок рядом с нужным городом.

Родители спорили долго и ожесточенно, потом мама начинала тревожиться:

– А вдруг шторм? А яхта надежная? А вдруг смерч?

– Слушай, все наши соседи каждый год куда-нибудь плавают. С кем-нибудь что-нибудь случилось? Нет!

– Ну, мало ли? И Петька ведь с нами будет!

– Будет и днем и ночью в спасательном жилете ходить! И вообще, перестань бояться – я говорил с капитаном, мы пойдем вдоль берега, в хорошую погоду быстро, в плохую будем отсиживаться в портах. Он уже все карты составил. И человек он опытный, много раз ходил по этим маршрутам.

Петька видел, как мама задумывалась, потом вздыхала и начинала спрашивать про одежду:

– А с собой много чего надо взять?

– Шлепки, купальник и панаму. Все остальное купим по дороге, – отшучивался папа, – только, сама знаешь, перегруза не должно быть, ко дну пойдем.

Мама опять охала и шла в гардеробную разбирать вещи. В доме теперь царил беспорядок, были вытащены сумки и одежда. По утрам мама не варила кашу – она с горничной Эстеллой разбирала вещи. Завтрак охотно на себя взял папа – он быстро выжимал сок из красного апельсина, выдавал Петьке тарелку творога с медом и наливал чай.

– Без творога, брат, никак! Нам сейчас с тобой кальций нужен!

Петька понятия не имел, кто такой кальций, но завтракать с папой было здорово, и он съедал все без остатка. Вещи, которые Петька собирался взять в плавание, уже давно лежали в большом рюкзаке. Там был старый клоун, дудка и книжка о рыбах с яркими картинками. Папа Петьку похвалил:

– Учись у собственного сына – всего три вещи, но какие символичные.

Мама отмахивалась и в очередной раз перекладывала свои платья.

Наконец ранним утром они вышли из дома, попрощались с соседями и не спеша отправились в гавань. Шли они налегке – папа еще с вечера все необходимое отвез на яхту. Петька запомнил, как большая, намного больше, чем их собственная, яхта покачнулась, капитан отдал ему честь, прозвучали склянки и их путешествие началось.

– Начинающим путешественникам всегда везет. Смотрите, какая погода, а прогнозы еще лучше.

Петька, сидя у мамы на коленях, наблюдал, как папа и капитан пьют кофе. Больше всего Петьке понравилось, что столик, на котором стояли ужасно красивые чашки, кофейник и поднос с булочками, был привинчен к полу. Впрочем, как и вся мебель. Петьке еще нравились мягкие диваны, красивые карты в рамках и большой телевизор на стене. Если бы не шум воды за бортом, могло показаться, что ты дома. Только дома не было таких интересных вещей. Петька уже попробовал залезть на шкаф и поиграть большим штурвалом, но мама, раскричавшись, сняла его оттуда.

– Господи, да я же с ума сойду, за ним же глаз да глаз нужен!

На палубе на Петьку примерили надувной оранжевый жилет, который мгновенно превратил мальчика в тыкву. Такую мама осенью выставляла на порог дома, чтобы было красиво. Пока Петька вертелся и гордился собой в жилете, мама изучила все кнопочки и крючки на нем:

– Так, это лампочка, это надуть, это сдуть! Ах, а это что?

– Это свисток, если, не дай бог, что-то случится, он в кармане будет лежать, – солидно ответил папа.

Папа на яхте стал страшно воображать, он ходил только босиком, перестал бриться, а на шее у него был повязан маленький яркий платочек.

– Папа, ты платочек у Шенди взял? – спросил Петя, а мама рассмеялась так, что чуть не упала за борт. Шенди была собачкой их соседки, седовласой синьоры Антонелли. Синьора Антонелли обычно повязывала на шею Шенди маленькие кокетливые косыночки.

– Нет, сын, – ответил папа, не обращая внимания на смеющуюся маму, – это мой платочек, чтобы шея не сгорела на солнце. Петя слышал, как мама почти «хрюкнула».

Спасательный жилет по просьбе мамы всегда лежал на самом видном месте, словно ожидались бури и шторм. Но море было тихое. Яхта шла вдоль берега, и Петька полюбил сидеть с мамой на палубе и разглядывать проплывающие мимо дома, сады, горы. Их встречали приветственными гудками другие яхты, а папа в такие моменты важно становился на нос, махал рукой и что-то кричал по-английски. Петька рвался к нему, но мама цепко держала его за лямки штанов.

Дни пробегали один за другим. Петька вдруг понял, что в городе день длится дольше, здесь же столько всего вокруг происходит, что не успеваешь за часовой стрелкой. Утром можно с капитаном половить рыбу, потом завтрак и обязательное посещение камбуза.

– Это так на море кухня называется, – пояснил папа. Слово Петю рассмешило ужасно.

Днем, когда солнце начинало сильно припекать, на палубе оставались только папа и члены команды. А мама с Петькой сидели в кают-компании, читали книжки, рисовали или просто смотрели на убегающую воду. На яхте Петька научился думать – оказалось, это совсем несложно, стоило только молча уставиться на волны, как в голове появлялись всякие мысли. Вечер наступал быстро. Петьке нравилось, что мама надевает к ужину красивое платье, на столе горят свечи, а папа по очереди целует в щеку его и маму.