Погоня за призраком - Элизабет Торнтон

— Ты ничего мне не сказала, — упрекнул ее Брэндон.

— Не думала, что это может быть важно.

— Так вы ездили за покупками в Брайтон? — гневно переспросил Джесон.

Брэндон и Гвинет снова переглянулись, и Брэндон ответил, прокашлявшись:

— Я решил, что это вполне безопасно.

— Это я уговорила Брэндона поехать, — поспешила на выручку Гвинет. — Он не отходил от нас, так что мы были в полной безопасности. Джесон, пойми, я все равно не смогу всю жизнь провести взаперти. Тогда лучше уж отошли меня в тюрьму.

Джесон решил, что сейчас не время разбираться в том, кто виноват. Кроме того, в словах Гвинет была доля истины. Она действительно не может провести остаток дней под замком.

— Это был тот же самый человек, что напал на тебя в твоем доме? Гарри? — спросил он у Гвинет.

— Я уже думала об этом, — ответила она и покачала головой. — Пожалуй, нет. Тот, что был сегодня, постарше Гарри и… более солидный, что ли. Не знаю, — она беспомощно посмотрела на Брэндона.

— Повторяю, у меня не было возможности как следует рассмотреть его, — сказал он.

— Что ж, — тяжело вздохнул Джесон. — Посмотрим, не сможет ли Расселл помочь нам чем-нибудь.

Но и грум не рассказал ничего нового. Он помнил, как ехал следом за миссис Бэрри, затем почувствовал удар по голове и очнулся уже в спальне миссис Рэдли. Джесон еще битый час провел на конюшне, расспрашивая грумов и конюхов, не встречал ли кто-нибудь из них в последние дни незнакомца в окрестностях Хэд-доу-Холла, но никто из них так ничего и не припомнил. После этого он прошел в библиотеку, обдумал все, что ему было известно, и постепенно отдельные кусочки начали складываться в цельную картинку. Всадник на гнедом жеребце оказался на берегу именно в тот момент, когда Гвинет была практически беззащитна. Это означало, что незнакомец какое-то время наблюдал за ней и точно знал ее распорядок дня. Знал, что она выезжает на верховую прогулку по утрам. Знал ее маршрут и заранее притаился в засаде. Появление Брэндона и Джуди оказалось для него полнейшей неожиданностью, а для Гвинет — настоящим подарком судьбы.

Однако невозможно представить, чтобы незнакомец мог крутиться возле Хэддоу на протяжении многих дней и при этом остаться незамеченным. Кто-то должен был его видеть, у кого-то он должен был жить все это время. Ах, как жаль, что никто не сумел толком рассмотреть его лица!

Теперь еще один вопрос: сколько их, преступников, — один или двое? Первым был Гарри, вторым — тот человек возле обувного магазина. Разные это люди или один и тот же человек? Если один и тот же, то он большой мастер маскироваться. Быть может, актер? Или просто человек, хорошо знакомый с искусством грима?

Он не пользовался пистолетом, и это было очень умно, потому что на звук выстрела тут же сбежались бы из Хэддоу все грумы и все конюхи. Этот негодяй совершенно точно вычислил, что если убивать — то только беззвучно.

Безмолвное убийство. На этот раз он зарезал бы Гвинет или просто проломил бы ей череп.

При этой мысли по спине Джесона пробежал холодок, заставив его подняться и нервно заходить по комнате.

Да, загадка оказалась со многими неизвестными, и непонятно пока, за какую ниточку нужно потянуть, чтобы начать разматывать весь этот клубок.

А может быть, единственный способ поймать негодяя — это заманить его в ловушку? Но при этом Гвинет должна будет сыграть роль приманки…

Нет, на это он не согласится ни при каких условиях.

* * *

«Сука! Сука проклятая!» — крутилось в голове Гарри, когда он что есть силы гнал своего жеребца по крутому склону холма. Правда, сегодня он был не Гарри, а мистером Саундерсом, лошадиным барышником, приехавшим сюда покупать лошадей для перепродажи в Хэмпшире. Остановился он в Хоуве, в какой-то миле от побережья, но появлялся в гостинице только затем, чтобы переночевать. Пробирался к Хэддоу и возвращался от него всегда кружным путем, желая быть уверенным, что его никто не выследил.

Кровь в его жилах пульсировала в такт ударам конских копыт. Встретившись с неожиданностями во время первого нападения на эту миссис Бэрри, он испытал восторг и возбуждение. На этот раз все было иначе. Эта сука опять провела его, но теперь на ее стороне оказалось простое везение. Судьба, черт побери!

Он вернулся в свой номер, который снимал в «Красном льве», уложил немногочисленные пожитки, внимательно осмотрел комнату, проверяя, не оставил ли чего-нибудь, что могло бы навести на его след, удовлетворенно кивнул и спустился вниз заплатить по счету. О том, что уедет сегодня, он предупредил хозяина гостиницы еще вчера, поэтому его отъезд не вызвал ни у кого ни малейшего удивления. Правда, он надеялся уехать с побережья победителем, а приходилось уезжать ни с чем.

Но только не нужно нервничать и волноваться. Счастье переменчиво. Сегодня оно было на стороне этой суки, завтра переметнется на другую сторону. Он еще доберется до ее горла.

Конечно, обидно, когда тебя оставляет в дураках какая-то баба. Но это, хотя и неприятно, однако не смертельно.

Она у него еще попляшет, попляшет, черт побери! Он не из тех, кто умеет забывать и прощать!

* * *

Она сидела в постели, скрестив руки на груди, и даже не шелохнулась, когда негромко скрипнула дверь и в спальню вошел Джесон. Он был в темно-синем халате, с зажженной свечой в руке.

Увидев, что в спальне уже горят несколько свечей, он задул свою, поставил на стол и сказал:

— Столько света. Надеюсь, это означает, что ты ждала меня.

Она не улыбнулась, не повернула головы и сказала, глядя прямо перед собой:

— Мне нужно поговорить с тобой.

Джесон сделал вид, что ничего не происходит. Он запер дверь, улыбнулся и весело сказал:

— А я, честно говоря, пришел сюда совсем за другим. Давай поговорим позже, — и он поцеловал Гвинет в щеку.

— Мы будем говорить сейчас.

Джесон немного подумал, вздохнул и сказал, присаживаясь на край постели:

—Ну?

— Весь вечер сегодня ты молчал. Ни слова не сказал ни мне, ни кому другому. Ты что-то задумал, не так ли? Что именно?

Он взял руку Гвинет, перевернул ладонью вверх и нежно поцеловал.

— Завтра утром уезжают Джерри и Триш, — сказал он. — Я хочу, чтобы вы с Марком поехали с ними.

Теперь ей все стало понятно.

— Думаешь, это их остановит? Если они нашли меня в Хэддоу, найдут и в Норфолке.

— На этот раз мы уже не будем такими беспечными. Тебя будут хорошо охранять.

— Другими словами, новая тюрьма будет охраняться лучше, чем прежняя. И сколько это будет продолжаться? Месяц? Год?

Молчание Джесона растянулось на целую минуту, а затем он наконец выдавил из себя: