Сердце в пустыне - Лора Бекитт

813 год, Багдад

– Мне кажется, аль-Мамун не останется в Багдаде. Он перенесет столицу в Мерв, – сказал Амир.

– Почему ты так думаешь? – с тревогой в голосе спросил Алим.

Братья разговаривали в бывшем кабинете Хасана. Алим, как хозяин дома, сидел за письменным столом отца, Амир расположился на диване, который некогда любила занимать Зухра в те часы, когда беседовала с мужем о семейных делах.

– Аль-Мамун отвык от Багдада. Едва ли ему захочется жить там, где жил казненный им брат. В Мерве у нынешнего халифа есть надежная защита – хорасанская армия. К тому же Багдад сильно разрушен, на его восстановление понадобится много денег.

Когда город был взят армией аль-Мамуна, его жители могли созерцать одинокие столбы и арки, нелепо торчащие над пепелищами, улицы, заваленные грудами обгорелых обломков и кирпича, обугленные деревья. Особенно сильно пострадал центр – «Круглый город» и резиденция халифа.

Аль-Амин пытался бежать из Багдада, но его схватили. По приказу генерала ат-Тахира ибн аль-Хусейна бывшему правителю отрубили голову и повесили над городскими воротами, а тело погребли в одном из багдадских садов. Позже голова халифа была доставлена аль-Мамуну. Так бесславно закончилось недолгое царствование Мухаммеда аль-Амина, и его брат Абдаллах аль-Мамун сделался полноправным правителем Аббасидского халифата.

– Я желаю как можно скорее жениться, на Джамиле, – сказал Амир. – Она тоже этого хочет. Мы не станем праздновать свадьбу – из-за похорон матери, да и война еще не закончена.

– Ты сумеешь найти того, кто совершит обряд? – спросил Алим. – По законам Корана ты не можешь сочетаться браком с вдовой своего отца.

– Я надеюсь это уладить, – ответил Амир и спросил: – Как ты решил поступить с Зюлейкой?

Лицо Алима стало суровым, взгляд – неприступным и твердым.

– Я не желаю говорить об этом, тем более с тобой.

Он ожидал увидеть торжествующую усмешку, но старший брат смотрел сочувственно и серьезно.

– Оставь обиды. Это давняя история: будет лучше, если все о ней позабудут.

– Я не могу забыть о том, что ты спал с женщиной, которую я взял в жены, и не могу простить, что она родила от тебя ребенка!

– А если бы это был не я?

– Все равно, – упрямо произнес Алим. – Женщина не должна вести себя подобным образом!

– Ты узнал правду только сейчас?

– Нет. Два года назад, – нехотя признался Алим. – Как раз перед тем, как мы с тобой встретились.

– И продолжал жить с женой, и принял в дом ее ребенка…

Младший брат промолчал, а старший продолжил:

– Ты сумел простить Зюлейку, потому что осознавал: она тебе нужна. Так что же теперь? Зная, как я обращался с женщинами, ты наверняка понимаешь, кто виноват в том, что случилось. Зюлейка была слишком молода – она попросту не понимала, что делает. На заре юности, когда мы порывисты и неразумны, нам свойственно совершать ошибки. Иное дело, если бы ты мог упрекнуть жену в неверности, но я думаю, что этого никогда не случится. Зюлейка – замечательная женщина, и она любит только тебя. И мальчик чудесный. Если хочешь, я возьму его к себе – Джамиля не станет возражать, ей нравится Ясин. Только Зюлейка – его мать, и едва ли она отдаст мне ребенка. К тому же Ясин искренне привязан к тебе. Мне кажется, он навсегда останется твоим, а не моим сыном.

Алим промолчал, стараясь скрыть свои истинные чувства. На самом деле ему было стыдно за то, что не он, а Зухра бросилась на поиски его жены и ребенка, за то, что не он, а Амир и его мать защитили и спасли Ясина и Зюлейку от гибели и позора.

– Что представляет собой Абдаллах аль-Мамун? – спросил Алим, желая перевести разговор на другую тему.

Амир задумался.

– Он умен. Не так заносчив, как его отец, и способен разглядеть человека под любой личиной. Аль-Мамун удержит власть: он сумел заручиться доверием иранской аристократии; не считая хорасанских воинов, на его стороне тюркская гвардия, которую многие воспринимают как сборище разбойников. На самом деле это мощная сила.

– Мне кажется, аль-Мамун станет защищать интересы иранцев.

– Уверен, халиф приложит все силы для того, чтобы объединить арабов и персов.

– Вижу, тебе нравится новый государь! – заметил Алим.

– Нравится? – Амир усмехнулся. – Он хищник. Как и большинство правителей. Они превращают свою жизнь и существование окружающих их людей в беспрерывную борьбу за добычу. – Он сделал паузу. – Вот почему нам нужны женщины – только они могут сделать нашу жизнь хотя бы немного добрее и светлее.

Амир улыбнулся, и Алим ответил на его улыбку. Едва ли не впервые они беседовали спокойно, доверительно, на равных. Братья невольно удивлялись тому, что не испытывают друг к другу ни зависти, ни ревности, ни вражды.

Младший брат предложил старшему разделить отцовское наследство пополам, но, к удивлению Алима, тот решительно отказался, заявив, что ни в чем не нуждается и ему вполне хватает жалованья, которое он получает на службе у нынешнего халифа.