Разрушенный - Мари Мур

«Я не прошу тебя дать мне шанс. Я прошу дать мне одну ночь. И если после нее ты больше не захочешь меня видеть, то клянусь, что оставлю тебя в покое»  

Я складываю письмо обратно в конверт и взвешиваю все «за» и «против». Одна часть меня хочет спуститься и снова увидеть Кэша. Но другую часть не так просто поколебать. Она все еще помнит мою каждую слезу и каждую разбитую надежду. Вопрос в том, к какой из этих частей мне прислушаться?

***

Оставив браслет со встроенным чипом у себя в номере, я захожу в кабину служебного лифта, чтобы случайно не столкнуться с Киллианом или его людьми. На мне толстовка с накинутым на голову капюшоном, джинсы и кроссовки. Я не хочу, чтобы Кэш думал, что я готовилась к встрече с ним, желая выглядеть привлекательно.

Никакого макияжа, никакого парфюма. Я даже специально надела свое самое уродливое нижнее белье. Не то, что я допускаю мысль, что Кэш может увидеть его. Это лишний повод избежать искушения. Я слишком хорошо знаю, как реагирует мое тело на Кэша. И это не совпадает с тем, что твердит разум.

Лифт издает звон, уведомляя о прибытии на первый этаж. Я быстро иду по служебному коридору, после чего выбираюсь наружу. Оглядевшись по сторонам, я прохожу мимо парковки для персонала, а потом приближаюсь к фонтанам, струящимся перед центральным входом в отель. Полагаю где-то поблизости должен быть Кэш.

Я иду сквозь толпу шумных туристов. Обычно, я избегаю большого скопления людей. Я предпочитаю проводить время на внутренней территории отеля. Например, расслабляюсь возле бассейна за чтением книги…

Вдруг я вижу его.

И останавливаюсь.

В меня врезается нетрезвый мужчина и извиняется. Я отступаю на шаг, продолжая смотреть на Кэша.

Он пока не заметил меня, и я, пользуясь случаем, наблюдаю за ним, как девушка-сталкер. Кэш стоит, опустив взгляд в экран телефона, отчего свет падает на его задумчивое лицо. Он что-то пишет, небрежно прислонившись к черному мотоциклу с отполированными глянцевыми красными полосами.

Перед глазами тут же вспыхивает образ парня из старшей школы, который уводит меня с вечеринки и усаживает на свой мотоцикл. Вероятно, это ошибка с большой буквы «О», раз я думаю, что эта встреча не заденет струны моего сердца. Мне становится горестно от воспоминаний, где мы были счастливы. До того момента, пока все не полетело к чертям.

Между тем, Кэш поднимает голову. Он пробегает взглядом по толпе и мгновенно находит меня. И смотрит на меня, не мигая, будто не верит, что я решилась прийти.

Мои ноги двигаются сами по себе. Я иду к Кэшу и жалею, что в последний момент не сбежала. Кэш привлекательный, как и всегда, в своем образе плохого парня. На нем черная расстегнутая кожаная куртка, темные джинсы, небрежная укладка волос. Хотя я уверена, что ему не пришлось заморачиваться с прической. И если обычно я признавала его сексуальным, то сейчас Кэш… палящий.

Я подхожу к нему и напряженно сглатываю, когда он улыбается мне. Я бы многое отдала, чтобы стереть эту довольную улыбку с его красивого лица.

– Ты выглядишь идеально, – он бессовестно врет, но потом добавляет. – Для нашего свидания.

Что? Свидания?

Должно быть, выражение моего лица весьма красноречиво, потому что Кэш тут же принимается меня успокаивать.

– Расслабься, если хочешь, я больше не буду упоминать слово «свидание».

– Неужели? – я приподнимаю бровь. – И как же ты предпочитаешь это называть?

Вместо ответа Кэш берет шлем с водительского сиденья и протягивает его мне.

– Сегодня мы не в Лас-Вегасе. Мы в Бостоне. Мы снова в старшей школе, и ты тайно сбежала из дома, чтобы я мог прокатить тебя по ночному городу.

Сначала я смотрю на шлем, а потом на Кэша. Он подходит ближе ко мне, и я улавливаю аромат его парфюма, смешанный с нотками кожи. Я замираю и прекращаю дышать, хотя мне очень хочется его понюхать.

Мои руки слишком крепко сцеплены между собой. Так, чтобы я точно не смогла взять шлем.

– Тебе не о чем беспокоиться, Ким. Мы просто побудем подростками на одну ночь и весело проведем время. Обещаю, – говорит Кэш с очаровательной улыбкой. Той, которая когда-то плавила все мои внутренности. Но она не способна склеить мое разбитое сердце.

Но я все-таки согласна вернуться в прошлое на одну ночь. Я делаю это не ради себя. А ради юной Кимберли. Она всегда мечтала о том, чтобы быть с Кэшем. С мальчиком, который ее оберегал и дул на разбитые колени.

Стянув капюшон, я беру шлем и надеваю его на голову. Пытаюсь справиться с ремешками под подбородком, но у меня не получается с первого раза их отрегулировать.

– Позволь мне помочь, – говорит Кэш, и у меня округляются глаза.

Это в самом деле он, а не нахальный мудак, который вторгается в личное пространство, не спрашивая разрешения?

Кэш наклоняет голову, и, пожалуй, слишком осторожно, будто боится меня спугнуть, убирает мои волосы за спину. Я чувствую его слегка погрубевшие подушечки пальцев у себя на шее и сдерживаю вздох. От простого прикосновения меня охватывает трепет и пробегают мурашки.

– Я справлюсь сама, – наверное, слишком воинственно произношу я, и Кэш, кивнув, отступает.

Наконец, мне удается справиться с ремешками. Я подхожу к мотоциклу и взбираюсь на него, перекинув ногу через сиденье. И тут же оказываюсь очень близко к Кэшу. Во всяком случае ближе всего за последние три с лишним года. Я должна избегать возможности к нему прижиматься и пытаюсь найти позади себя поручень. И не могу нащупать его. Похоже, эта модель мотоцикла не рассчитана на подобные детали.

– Держись за меня, – говорит Кэш и заводит двигатель.

Мотоцикл издает рокот, сиденье подо мной начинает вибрировать. Я пытаюсь сжать вместе бедра, как какая-то сопливая девственница, которая ни разу в жизни не каталась с мужчиной.

– Полагаю, ты не повезешь меня в ресторан, где мы поужинаем, и в конце ты подаришь цветы? – спрашиваю я, понимая, как это нелепо звучит. Кэш никогда не был романтиком.

– Нет, конечно, – он смеется, включая передачу. – Когда ты станешь моей женой, мы и так это сможем сделать в любой день, который ты выберешь.

– Ты сумасшед…

Я не успеваю договорить, потому что Кэш резко газует. Мотоцикл вырывается вперед, и от высокой скорости мне приходится ухватиться за Кэша. Мои пальцы цепляются в его плечи, чувствуя мягкую и плотную кожу. Но даже