Кофе готов, миледи - Александра Логинова

После дегустации по результатам всеобщего голосования напиток признали достойным для «графского баловства». Хе-хе, это они еще не знают, что в будущем даже обычные низкоквалифицированные работники не смогут представить начало дня без этого баловства. Но не будем сразу раскрывать все секреты.

Однако и этот прекрасный день нашлось, чему омрачить. На сегодня была назначена еще и примерка свадебного платья, которую откладывать дальше не получалось.

Мы собирались, как на эшафот. Хмурая Мира, злой Ясень, все сильнее отчаивающийся найти выход, собранная и слегка нервничающая я. Не таким должно было быть радостное торжество в моей жизни. Я никогда не была замужем, не смотря на непродолжительные романы, однако в тайне всегда мечтала о строгом и элегантном белом платье без лишних украшений, свадебном путешествии и понимающем, любящем женихе.

Чем старше я становилась, тем четче прописывала детали своей воображаемой свадьбы, постепенно убирая то, что мне казалось лишним – пышный банкет, украшения, дурацкие конкурсы. Нет-нет, только скромность и европейский стиль. Домечталась…

Уловив наш настрой, даже маленький чертик притих и не отсвечивал, развлекаясь игрой с бусинами, подаренными моей камеристкой, и обустроив себе маленькое гнездо в моей муфте. От промозглой сырости и тяжелых снежных хлопьев не спасало даже утепленное пальто, поэтому пришлось поколдовать внутри кареты, поддерживая стабильную температуру.

Мне не семнадцать лет, чтобы брак по расчету с больным придурком воспринимать как конец света. К счастью, в этом времени мы вполне могли жить в разных покоях, встречаясь раз в день за завтраком. И даже концепция супружеского долга меня не пугала. Вызывала тошноту – да, но не истерику и желание разрыдаться от страха. Самой большой проблемой оставалось то, что мой будущий муженек мог запретить мне строить мою маленькую кофейную империю, о чем поспешил сообщить несколько дней назад.

– Гретта, я настоятельно не рекомендую тебе обнадеживать высокородных особ своими слащавыми обещаниями владения на паях, – выдал мне этот приспешник идиотизма, прихлебывая суп во время обеда.

– С чего бы мне следовать вашей рекомендации, сударь?

– С того, что сейчас это рекомендация, но позже станет приказом, – обрубил он. – Я не позволю своей супруге отираться рядом с другими мужчинами, прикрываясь совместным предприятием. А ваши фантазии о финансовом всемогуществе, которые вы своими недалекими девичьими языками обсуждаете на чаепитиях, не уйдут дальше транжирства мужских денег, это ясно каждому разумному лорду.

Это и стало основным толчком к поиску выхода из сложившейся ситуации. Кроме того, мне приходилось искренне переживать за своих ребят. Кто знает, как полудурок распорядится ими на правах главы семьи? Здесь вообще открывался интересный момент. С одной стороны, после свадьбы новая семья де Кресс должна остаться в поместье Амори́, потому что граф, увы, не имеет наследника. Следовательно, все владения перейдут к мужу наследницы, то есть покалеченному на моральные ценности Роберто.

С другой стороны, господин отец все еще глава рода Амори́, а, следовательно, все слуги, составляющие собственность рода находятся в его власти. Это, конечно, никого не спасало от командований Роберта, но давало надежду. Однако и Мира, и Ясень относились к моим личным слугам, которые переходили в новый род вместе со мной. И здесь за их жизнь никто не мог дать и ломаного гроша.

Для себя я давно решила, как поступлю, если сей нравственный инвалид попробует причинить им вред, но идти на крайние меры все же не хотелось. Меня не покидала светлая и немного наивная надежда, что чудаку присуща хоть капля благоразумия, способная уберечь его от мести мне через слуг.

– Такое событие, ах, такое событие! – воодушевленно щебетала мадам Циррагон, заворачивая меня в километры белого кружева. – Свадьба бывает один раз в жизни! Вам невероятно идет этот расшитый жемчугом лиф. А этот шелковый шлейф? Прелестно, просто прелестно!

Я уныло смотрела на полную противоположность желаемого. Даже для юной девушки этот ворох ткани был перебором, что уж говорить обо мне. Не то, чтобы меня сильно волновало, в чем здесь выходить замуж, особенно при моем искреннем желании избежать этого мероприятия, но двигаться в этом сугробе будет сложно. Даже мое белое платье для танцев намного симпатичнее и удобнее. Может, плюнуть, и в нем к алтарю выйти? Вот бы Роберто передумал, увидев меня в «безвкусной хламиде».

Эх, не пустят же. Да и эта сволочь не откажется от родства с графом и наших земель, даже если я выйду в мешке из-под картошки.

– Мадам, давайте уменьшим объем юбки, – решительно сказала я. – И меньше сатина. Может, рассмотрим атлас?

– Атлас захотела, как нищенка… – раздался сзади едва слышные шепот. Я посмотрела в отражение.

Сзади меня стояли две леди бальзаковского возраста и неодобрительно косились на вившуюся вокруг меня хозяйку. Не смотря на то, что салон должны были закрыть специально для моего посещения, мадам Циррагон тысячу раз извинилась – одинаковые по родовитости и титулованности леди захотели посетить её модный дом в одно время, отказать кому-то решительно невозможно.

И если меня это обстоятельство не смутило, то повидавшие жизнь аристократки сочли личным оскорблением присутствие пусть и титулованной, но соплячки, которая еще и умудряется светиться среди богатейших лордов королевства. И это при живом-то женихе! Какое бесстыдство!

От собственных мыслей мне нестерпимо захотелось похихикать, но я сдержала невозмутимый и чуть высокомерный вид. Стоит снять маску балованной юной леди и проявить нормальные эмоции, как от сплетен не отмоюсь. Эти родовитые гадюки сумеют сделать «правильные» выводы по одной моей улыбке. В самом деле, если мужской силой в этом мире является закон и деньги, то женской – общественное мнение и филигранная игра на восприятии социумом тех или иных аристократов.

Любопытно, что многие мужчины здесь не замечают, как женские интриги и сплетни влияют на их решения. Пара слов тут, шепоток там и вот рушатся контракты, давние партнеры ссорятся, неугодные лорды и леди оказываются исключены из «приличного» общества.

– Что поделать, с её-то инициативами странно, что граф Амори́ вообще еще не разорился. Последний раз атласное свадебное платье надевала только баронесса Каменская, ну, та, на которую недавно напали. Денег на кружево не хватило…

– Напали? Баронесса подверглась нападению?

– А вы не слышали? Ах, дорогая, вы снова отстали от круговорота жизни. Неделю назад