Губительные секреты - Нева Олтедж

— О том, что ты любишь меня, — выдыхаю я.

Уголки губ его приподнимаются.

— Но ты не лгала, Изабелла. — Его рука оставляет мой подбородок, чтобы спуститься вниз по шее и груди, затем вокруг талии к пояснице. — Видишь ли, я уже был без ума от тебя задолго до аварии.

У меня перехватывает дыхание. Я открываю рот, чтобы что-то сказать, но ничего не выходит.

— Прости, что был таким кретином, Иза. Что оттолкнул тебя даже после того, как по уши влюбился. — Рука стискивает мою поясницу, прижимая меня к его телу. — Я боялся, что ты слишком молода.

— Ты был неправ, — говорю я, в то время как слезы счастья собираются в уголках моих глаз. Я никогда не смела надеяться, что услышу эти слова из его уст.

— Я знаю. — Он прижимается своими губами к моим. — Ты позволишь мне показать тебе, как я сожалею?

— Возможно.

Глаза Луки вспыхивают.

— Возможно?

Я запускаю пальцы в его мокрые пряди и смотрю прямо ему в глаза.

— Ты трахнешь меня. Сначала языком. Затем рукой. И, наконец, членом.

— Хорошо.

— Но, Лука… — Я ерошу его волосы. — Тебе нельзя кончать, пока ты не насытишь меня полностью.

Порочная улыбка расползается по его губам, и в следующее мгновение я оказываюсь брошенной на кровать.

— Не думаю, что я когда-либо говорил тебе, — произносит он, подползая ко мне, — как сильно я люблю твой хитрый ум.

— Только мой ум? — спрашиваю я и судорожно вдыхаю, когда комнату наполняет звук рвущейся ткани. — Ради бога, Лука. Перестань портить мою одежду.

— Я уничтожу все, что встанет между мной и твоим телом. — Поцелуй касается моей шеи, затем его губы опускаются ниже, по ключице и ребрам, к моей груди. Я завожу руку за спину и быстро расстегиваю лифчик, чтобы он тоже не был разорван.

Большие ладони Луки обхватывают мою грудь, слегка сжимая.

— Мне нравятся твои великолепные персики. — Он кусает меня за левую, потом за правую. — Так же, как и все остальное твое тело. — Он прокладывает дорожку поцелуев вниз по моему животу. — И твоя маленькая ненасытная киска.

Лука берется за пояс моих трусиков, и мгновение спустя на пол падает обрывок бежевого кружева. Я хватаюсь за волосы мужа, тяжело дыша, пока он медленно вынимает пробку из киски. Стон срывается с моих губ, когда он зарывается лицом между моих ног и посасывает клитор.

— Я передумала, мне нужен твой член прямо сейчас, — хнычу я. Потребность чувствовать его внутри себя сводит меня с ума. Лука хватает меня за ноги и закидывает их себе на плечи.

— Пока нет. — Его язык скользит между моими складочками, и я дрожу.

Лука ласкает меня, вылизывая и посасывая, как будто мороженое, и давление между моих ног нарастает, пока не чувствую, что вот-вот расплавлюсь изнутри. Я выгибаю спину, пропуская длинные темные пряди между пальцами, еще сильнее прислоняя его голову к своему лону. Мое тело уже сотрясается, когда он начинает медленно скользить пальцем внутрь. Я кончаю еще до того, как он проходит половину пути.

— Ты даже на вкус как гребаная ваниль, Иза, — стонет Лука, слизывая всю мою влагу, затем опускает мои ноги и нависает надо мной. Его палец все еще внутри меня, входит и выходит, собирая еще больше влаги.

— Значит, ты не злишься, что я солгала? — шепчу ему в губы.

— Ты не лгала. Я уже говорил тебе, — он добавляет еще один палец, проникая глубже, — я влюбился в тебя задолго до того, как потерял свои воспоминания, tesoro. За твой упрямый характер. За то, как ты стояла на своем и боролась со мной каждый раз, когда я вел себя, как идиот.

— Да, ты довольно часто это делал. — Я хватаю сильную руку и раскачиваю его пальцы.

— Прости. — Он оставляет укус на подбородке и еще один сбоку на шее. — С этого момента я обещаю обращаться с тобой так, как должен был с самого начала.

— И как же это?

Его пальцы на мгновение замирают, но затем он толкает их внутрь с такой силой, что я задыхаюсь.

— Как с гребаной королевой, Изабелла.

Его слова. Его пальцы. Он. Это уже слишком.

Я кончаю снова со слезами на глазах и широкой улыбкой на лице.

Рука Луки обхватывает меня, переворачивая, пока я не оказываюсь на животе.

— А теперь я собираюсь по-королевски тебя оттрахать. С твоей великолепной благородной задницей у меня на виду. — Он сжимает мои бедра, приподнимает мой таз и погружается в меня.

Я хватаюсь за спинку кровати и держусь изо всех сил, пытаясь подстроить мое дыхание под его темп, когда Лука наваливается на меня сзади. Он внутри — я делаю глубокий вдох. Выдох, когда он выскальзывает наружу. Мне явно не хватает воздуха, потому что я чувствую головокружение. Это может быть из-за недостатка кислорода или, возможно, потому что я собираюсь кончить в третий раз менее чем за десять минут, и моему организму трудно это выдержать. Рука Луки скользит у меня между ног, и его пальцы находят клитор. Лука врезается в меня снова, одновременно надавливая на клитор, и белые звездочки вспыхивают у меня перед глазами. Я кричу, кончая, звуки смешиваются с его стонами, когда он взрывается во мне.

* * *

Поцелуй в ямочку на шее, затем еще один.

— Ты спишь?

Я открываю глаза и бросаю взгляд через плечо.

— Да. И я едва дышу, так что можешь забыть об этом.

Прошел час с тех пор, как он вытряс из меня душу наилучшим из возможных способов, а я все еще не могу заставить себя пошевелиться.

— Ты уверена? — Он вводит палец еще глубже внутрь меня.

— Да, я…

БАХ!

Я замираю.

— Это был выстрел? — спрашиваю я.

— Похоже на то. — Лука прижимается губами к моему плечу. — Ты не собираешься проверить, что происходит?

— У нас на территории более сорока сотрудников службы безопасности. Дай им отработать свою зарплату.

Где-то в саду раздается еще один выстрел, а затем через окно до нас доносятся мужские крики.

— Ты кусок дерьма! Я убью тебя на хрен!

Я смотрю на Луку.

— Звучит как голос Франко.

— Господи, черт побери. — Он качает головой, тянется к телефону и кому-то звонит. — Марко, мой брат все еще жив?

— Был жив две минуты назад, когда выбежал из дома в одних