Инь vs Янь. Книга 2. - Галина Валентиновна Чередий

ни разу не изменился в лице, сохраняя свое невозмутимое выражение, никак не реагировал на посторонних и не отходил от меня даже на полшага. Всего пару раз спросил, хочу ли я есть или пить, и больше слова не произнес. Есть я от всей этой беготни не хотела, а вот жажда мучила. Когда я согласилась попить, тот парень, что слушал рацию, рванулся на чужую кухню за водой, но Роман остановил его резким, почти агрессивным движением, вытащил из своей сумки бутылку и протянул мне.

Все время наших блужданий гул двигателей становился то громче, приближаясь, то тише, но не прекращался ни на минуту. Пару раз нам даже пришлось перебежать по плоской крыше и взобраться по подобию пожарных лестниц, оказываясь на другом ярусе. При этом Роман умудрялся карабкаться настолько близко, что чуть ли не вжимал меня в металл лестницы. Мне под конец уже хотелось рычать от этого, и даже однажды внутри стал подниматься дымкой жар от того, как малыш отозвался на мои эмоции. Но я заставила себя отстраниться от того, какие эмоции во мне будила чрезмерная опека Романа, учитывая, что прекрасно осознавала, чем она была продиктована. Роман же, казалось, тоже почувствовал, что-то и немного увеличил дистанцию между нами. Я мысленно огладила и приласкала гневливое существо внутри меня и внутренне усмехнулась тому, насколько уже естественно воспринимаю это его желание становиться на мою защиту, ощутив мой дискомфорт. И это было удивительно созвучно тем чувствам, что все сильнее с каждым днём разрастались во мне.

К вечеру я уже довольно сильно устала, но не было похоже, что мы собираемся где-то остановиться. Да и лица наших сопровождающих становились все мрачнее и тревожней. Как я поняла, к тому времени мы кружили по трущобам, ускользая от облав, обходили их, оказываясь позади преследователей, но нигде не могли задержаться надолго, потому что поисковые партии проявляли завидное упорство и не думали останавливаться, прочесывая все будто частым гребнем и даже возвращались в ранее проверенные места. Из коротких фраз, которыми обменялись парни и Роман, я поняла, что они сами в недоумении. Еще никогда войска не действовали столь упрямо и методично. Стало смеркаться, но гул и не думал стихать, и всё вокруг стало напоминать какой-то фантастический фильм. С вертолетов били мощные лучи прожекторов, шерстя округу, и по улицам повсюду метались отблески фар бронемашин и фонарей спецназа.

— Разве мы не можем просто уехать отсюда, раз они не намерены останавливаться? — не выдержав, ближе к ночи спросила я тихо у Романа.

Он сделал вид что не слышал меня, но тут влез парень с рацией.

— Фавелы окружены со всех сторон, — успел он ляпнуть, прежде чем Роман остановил его гневным взглядом.

Пару секунд я обдумывала услышанное, уставившись на Романа, он же смотрел поверх моей головы, игнорируя мой взгляд. Мне очень захотелось двинуть чем-нибудь по его каменной физиономии, но я ведь теперь новая версия себя, верно? Осадив медленно запускающийся маховик нашей общей с малышом ярости, я медленно несколько раз вдохнула и выдохнула, как и учил меня сам виновник моей злости.

— Можем мы поговорить… наедине? — спросила как можно спокойнее.

— Считаешь сейчас самое время озвучить мне одну из твоих претензий или вести светскую беседу? — чуть ухмыльнулся Роман, незаметно указывая глазами на внимательно глядящих на нас парней проводников.

— Нет, думаю, оно больше подходит для научного диспута или политического диалога, — в тон ему ответила я и, повернувшись к латиносам, лучезарно улыбнулась. — Парни, мы быстро. Буквально на два слова.

— Ну, если ты так настаиваешь… — снисходительно кивнул мне Роман и кивнул на соседнюю комнату в том доме, где мы находились сейчас. Каким он был по счету за сегодня? Даже не представляю.

В крохотной комнатке никого не оказалось. Очевидно, хозяева сочли наше соседство опасным и убрались дожидаться, пока мы отчалим в другое место. Как только Роман закрыл дверь, я развернулась и, сдерживая желание заорать во весь голос, зашептала прямо ему в лицо.

— Когда, мать твою, ты собирался мне сообщить, что твой очередной великолепный план пошёл наперекосяк?

— Если ты решила устроить истерику, то для этого сейчас не время и не место, — не меняясь в лице ответила эта заносчивая скотина. — Да и достаточных причин для нее не вижу.

— Ну конечно! То, что мы, как долбаные мыши, сидим в этой вонючей ловушке никакая не причина! — я невольно сорвалась уже на гневное шипение, ощущая, как жаркий узел в животе начинает разрастаться, уже добираясь почти до сердца. Нужно было успокоиться, но этот высокомерно-снисходительный тон Романа не помогал мне, наоборот, выводя из себя все больше.

— Не преувеличивай!

— Ах, я преувеличиваю? — ехидно уточнила я и ткнула пальцем в окно, за которым продолжалось суматошное мелькание выискивающих нас беспощадных лучей прожекторов.

— Яна, сейчас в самом деле не время…

— Да ладно? — позволила я вырваться своей желчи. — По-моему, единственный, кто здесь склонен к преувеличениям — это ты! Ты сильно преувеличиваешь свою значимость как выгодного союзника и охренительного стратега!

— Я адекватно оцениваю свои способности, а вот ты оказалась весьма ненадежным союзником, и даже уж скорее каким-то двойным агентом, — щека Романа дернулась, впервые демонстрируя то, что он не был таким спокойным, каким хотел казаться.

— Погоди-ка! Что ты вообще имеешь в виду? — опешила я. — В чем ты тут меня пытаешься обвинить?

Роман уселся на облезлый стул у стены с таким видом, будто это был гребаный трон и царственно выпрямился, глядя прямо на меня.

— Я говорю о том, что Орден никак не мог найти нас тут так быстро. Я не идиот и уделил достаточно внимания тому, чтобы скрыть наш настоящий след и оставить несколько ложных, — с расстановкой произнес он, наблюдая за мной так, как, наверное, следят за диким животным, способным в любой момент сделать нечто смертельно опасное.

— И что?

— И то, Яна. Они не могли бы найти нас так быстро, если бы им не помогли.

— Ты уж не хочешь ли сказать, что я сама связалась с вашим проклятым Орденом и попросила приехать и забрать меня, потому как здесь воняет и меня жрачка не устраивает? — от изумления даже нарастающая злость отступила, немного прочищая мозги. — Ты, случаем, не забыл, что они меня прикончить хотят, как бешеную собаку? Да и как бы я это сделала? Ты у меня над душой в режиме 24/7 нависаешь! Я охнуть в душе не могу, чтобы ты не вломился!

— Яна, ты опять все утрируешь и преувеличиваешь. Я не имел в виду, что ты