Черт побери! - Кейти МакАлистер

– А. Экслибрис[9]. Э… Дрейк? Ты должен это видеть.

– Дай, – выхватил у меня книгу Костя, даже не подумав проявить хоть каплю вежливости и сказать «пожалуйста».

Он уставился на штамп с внутренней стороны обложки и побледнел.

Джим взобрался передними лапами на стул и тоже заглянул в книгу.

– Фига.

– Кому она принадлежит? – вопросил Дрейк, перебирая стопку бумаг на столике из красного дерева.

– Там только одно имя, – ответила я, вытаскивая книгу из онемевших пальцев Кости. Его глаза были широко раскрыты, а взгляд – пустым.

Джим настороженно попятился.

– Да? Какое?

Я протянула книгу Дрейку.

– Балтик.

Глава 22

– Еще раз скажи мне, зачем мы это делаем, если я могу использовать твой огонь? Разве это не значит, что я больше не супруга Фиата, и причин для беспокойства нет?

– Все на это указывает, однако пока я не буду уверен, что Фиат не претендует на тебя, лучше придерживаться старого поведения.

Я вздохнула.

– Что ж, нам действительно не помешает иметь козырь про запас.

Следующие два часа тянулись невыносимо долго. Разобраться с защитой на двери в сокровищницу Фиата оказалось довольно сложно.

– Должно быть, Фиат наткнулся на библиотеку Балтика, – произнес Дрейк. Он беспокойно ходил взад-вперед, пока четыре демона, которых я призвала, уничтожали последние магические символы. Вообще-то демоны не могут снимать чары, если только они не имеют демонической природы, как эти. Табу – слабенькое проклятие – уже убрали, как и само проклятие. Для создания и того и другого требовались темные существа, поэтому, если обладаешь способностью призывать и командовать демонами, уничтожить их не составляет труда. – Другого рационального объяснения нет. Балтик мертв, я видел, как он умирал. Его разрубило пополам. После такого даже дракон не выживет.

– А Габриэль считает, что он жив. Может его разрубило не до конца? – отозвалась я, наблюдая, как демоны снимают последние чары.

Дрейк повернулся ко мне, а сидевший на камне Костя вскочил.

– Что ты сказала?

– Я сказала, Габриэль думает, что Балтик жив. Я упоминала о разговоре с ним, когда мы покинули крепость.

Дрейк потер глаза.

– Я устал и не особо тебя слушал. Ты уверена, что он сказал, что Балтик жив?

– Ну… он не сказал этого прямо, но говорил о Балтике в настоящем времени. У меня возникло ощущение, что он до сих пор жив и здоров.

Дрейк и Костя переглянулись.

– Вы оба видели, как он умирал? – спросила я, оторвавшись от созерцания двери в сокровищницу Фиата.

– Да, – ответил Дрейк, отводя взгляд.

– Ну и вот зачем ты ее провоцируешь? – вопросил лежащий у моих ног Джим. Он покачал своей мохнатой головой.

Я скрестила руки на груди.

– Продолжай. Знаешь же, я не отстану, пока ты мне все не расскажешь.

– Не лезь не в свое дело, – припечатал Костя, пройдя мимо нас в сторону демонов.

Дрейк закусил губу.

– Любимый? – позвала я, ожидая пояснений.

– Технически он прав. Это не имеет никакого отношения к зеленым драконам…

– Если это касается тебя, то и меня тоже, – прервала я.

Он молчал.

– Ну же, рассказывай, – уговаривал Джим. – Она ведь не успокоится, пока не добьется своего. Да и я прямо-таки сгораю от любопытства. В Абаддон новостей о драконах приходило мало. Только об учиненных вами бедствиях, которые неимоверно раздражали повелителей, ведь это исконно сфера деятельности демонов. И больше ничего…

– Ненавижу соглашаться с Джимом, но сейчас полностью его поддерживаю. Так что случилось с Балтиком?

Дрейк молчал еще несколько секунд, а потом просто сказал:

– Его убил Костя.

Я выпучила глаза.

– Балтика убил Костя? Твой брат Костя, а не какой-то другой Костя, которого я не знаю?

Он кивнул.

Я посмотрела на мужчину, который маячил около демонов, пока они работали.

– Но… он же черный дракон! Разве вы можете убить собственного виверна? Это же что-то за гранью.

– Да. Такое случается не часто, и в данный момент я не готов это обсуждать. Ты хотела факты, ты их получила. Объяснения придется отложить на потом.

– Ты серьезно думаешь, что можешь взять и сбросить на меня информационную бомбу, а потом зажать ответы на сотню или около того вопросов, что роятся в моей голове? – возмутилась я.

– Да, – произнес он совершенно спокойно.

Я хотела возразить, но передумала. Блеск его глаз настораживал, и связываться с ним я не горела желанием.

– Неужели случилось чудо? Ты заставил ее замолчать! Такое еще никому не удавалось!

Я указала на большую каменную дверь.

– Верно, мистер Болтун. Шуруй снимать печать.

Глаза Джима расширились.

– Я? – пискнул он. – Это опасно! Я могу умереть!

– Ты не можешь умереть…

– Мое шикарное тело может быть уничтожено!

– Печать действительно настолько опасна? – спросила я Дрейка.

– Она может уничтожить любого, кто попытается ее сломать, если делать это неправильно, – мрачно отозвался он.

– Чудненько. – Правильно это как? Даже интересно.

«Разговариваешь сама с собой? Осмелюсь напомнить, что ответы на все вопросы есть в твоей голове».

– Поэтому ее взломают демоны и твой управляющий. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, – добавил Дрейк.

– Ясно. Поговорим об этом чуть позже, не надо мне тут тему менять. Я понимаю, что ты не хочешь сейчас читать длинную лекцию о драконьей политике, но на один-то вопрос ты можешь мне ответить? Я думала, Костя поддерживал Балтика – судя по разговорам о принудительном возвращении серебряных драконов в клан. Но если он убил Балтика или как минимум пытался, то я совсем запуталась.

– У Балтика был… тяжелый характер, – произнес Дрейк, подняв глаза, когда в пещеру вошли Пал и Иштван.

– Они все еще без сознания, но время уходит, – сообщил Пал. – Здание продолжают охранять, снаружи никто ничего не заметил.

– А что с подземной квартирой? – спросил Дрейк.

Иштван покачал головой.

– Никого найти не удалось, хотя по всем признакам там недавно кто-то находился.

– Должно быть, он услышал нас и покинул свое убежище, – проговорил Дрейк.

Я вскинула брови.

– Узнать бы, кто это был.

– Возможно он среди охранников, которых мы усыпили. – Дрейк задумчиво потер подбородок. – Но сомневаюсь.