У нас (не) получится - Eiya Ell

— Была, родилась недошенная, не выжила…….. ей было шесть месяцев…..Карина, я ее не помню, был маленький.

— Хорошо, что там есть кому присмотреть за нашей малышкой, — взрываюсь, реву в голос…

Артем не покидает меня до утра, я засыпаю в его обьятиях, и утром открывая глаза, я все еще в его объятиях, только он не спит.

— Привет, — целует в висок, — как себя чувствуешь?

— Ничего не болит, пить хочу.

— Чай? — встает с места, идет к чайнику.

— Не хочу чай, воды, простой воды.

Артем протягивает мне стакан с водой, большыми глотками опусташаю стакан.

— Малышка моя, — он нежно поглаживает волосы, убираю прядь за ухо, — прости меня, пожалуста. Я был сильно пьян, все произошло за секунды, я даже не понял ничего, как она……..

— Все хватит, не продолжай….-он опускает глаза.

— Клянусь, я ничего не делал. Ты веришь мне?

— Это уже не важно, Артем, у нас ничего не получается, сам видишь………. - сглатываю.

— Веришь или нет?

Пожимаю плечи.

— Не думаю об этом. Не хочу. Внутри и так пусто.

— Между нами есть же доверие? Если есть, если ты мне доверяешь, ты поверишь мне. Только не накручивай себя еще больше, прости, ничего не было, мне только ты нужна.

— Ты бы поверил мне?

— Безусловно. Я ревнивый, собственник, знаю психовл бы в подобной ситуации, даже не представляючто что то подобное, разнес бы в все в пух и прах, но я верю и доверяю тебе.

— Не хочу разговаривать, пока не хочу. Я потерялась, сломалась, — слезы катятся по щекам, — а тут ты с……… - он обнимает, я не отталкиваю, но и не обнимаю.

— Почему ты мне сразу не сказала, что беременна?

— Хотела сделать сюрприз, готовилась….ждала тебя, а тебя не было………потом ты явился…. - он крепче прижимает меня к себе.

— Моя маленькая, прости меня пожалуйста.

Нас отрывает звук открываюшейся двери.

В палату заходит женщина, которая катит перед собой сервировочный столик с завтраком.

— Доброе утро! Завтракаем, скоро обход! — говорит женщина, — запеканка и какао, — ставит на столик и выходит.

— Покушаешь? — отрицательно мотаю головой.

— Не хочу. Артем, ты же знаешь я никогда не завтракаю, а сейчас тем более есть не хочу.

— Я сам тебя покормлю. Надо покушать.

— Нет, я не хочу, — не успеваю я открыть рот, Артем протягивает мне вилку с запеканкой. Кое-как сьедаю половина завтрака, сама, отбираю у Артема вилку с тарелкой, он улыбается. Но это не та улыбка, которая была всегда. Это выдавленная насильно из себя улыбка. Никогда прежде не видела его таким…опустащенным что ли. Взгляд грустный, не живой. Ему тоже больно. Я чувствую, и от этого мне становится еще грустнее. Последний кусочек застревает в горле, упорно не желает спустится ниже по пищеводу. Я сплевываю ее в пакет, и разрываюсь. Опять слезы.

В этот момент мама с пакетами заходит в палату. Папа следом. Я просила Мишку не приводить сюда, и вообще не говорить ему, что я в больнице.

— Девока моя, — она кидается в мои объятия. Артем здоровается с ними, и выходит с палаты, не оборачиваясь в мою сторону, — как себя чувствуешь?

— Не знаю. Как будто все, что происходит- страшный сон. Мама зачем скажи, Бог дал нам ребенка и тут же забрал? Зачем дделать так больно?

— Не знаю дочка. Хватит, ты изведешь так себя!

— Ты привезла мне вещи?

— Привезла, еще и фрукты привезла, сухофрукты, все что ты любишь.

— Дочка, — папа тянет руки, подходит обнимает, — ты нам еще подаришь внуков! Будешь привозить нам, оставлять, чтобы отдохнуть от криков.

— Думаешь?

— Я знаю, — он старается улбыатся и быть позитивным.

— Спасибо, что вы у меня есть.

Мама нарезала мне фруктов, разложила все красиво. Заставляла есть, хотябы понемногу.

— Мама, спасибо за все, за то что вы со мной. Но вы не можете тут нянькатся со мной круглосточно, я сама справлюсь. Правда.

— Ну что ты такое говоришь? — мама целует, гладит волосы.

— Мама, вы можете ехать домой, все равно меня завтра выпишут, вот и приедете за мной, хорошо?

— Дочка, я не против, но почему ты не хочешь ехать домой? к себе?

— Не знаю, не хочу, — пожимаю плечи, — к вам хочу. Ни о чем не спрашивай.

— Артем в курсе?

— Нет.

— Что происходит, не скажешь?

— Вот что ты пристала к ней аа? — перебивает ее папа, — захочет сама скажет, нет не заставляй, — дочка, завтра приедем за тобой! Твоя комната тебя ждет.

Они прощаются и уходят.

Скоро обед, надо успеть выйти из палаты, пока не привезут еду.

Я сразу поднимаюсь, слава Богу голова уже не кружится, и слабости нету. Иду в душ.

Артема обнаруживаю стояшего у окна. Как только я выхожу, он оборачивается, идет ко мне.

Что то стало с нами. Мы уже ни те. Взгялы ни те. Смотрю и не узнаю прежнего Артема. Он как будто сдался, проиграл, опустил руки.

— Как чувствуешь себя?

— Все хорошо, ничего не беспокоит.

— Завтра выпишут, поедем куда нибудь на неделю? Отдохнуть. Или больше, как захочешь. Куда бы ты хотела? — он приблизился близко, так, что я чувствую его горячее дыхание.

— Никуда не хочу, — сильней укутываю волосы в полотенце, просто, чтобы занять свои руки, — я домой поеду, завтра папа заберет.

— Папа заберет?

— Да. Артем……у нас не получается….ничего.

— Не дела так Нина. Прошу тебя не усложняй……….домой поедем завтра.

— Нет. Не хочу, ничего не хочу……….

— Ты сейчас говоришь так на эмоциях, уверен, — он проходит пальцами по своим волосам, еще больше делая их беспорядочными, — со мной поедешь, домой, — мотаю отрицательно головой, — не ломай нас еще больше. Нина……..

Слезы катятся по щекам….

— Не делай еще больнее, я хочу быть рядом, всегда, хочу чтобы была рядом со мной, всегда. Мы не переживем это поразнь… — его глаза наполняются.

Он разворачивается.

Уходит.

Эмоции переполняют.

Разрывают на части.

Я понимаю, что ему тоже больно, что я делаю ему еще больнее…. по другому сейчас не могу.

Одеваюсь, в костюм, который мама привезла, хорошо что она еще футболку и белье привезла.

Расчесываю влажный волосы, оставляю их распущенными, чтобы высохли, и покидаю палату.

На улице прохладно, дует свежий ветерок.

Я тихими шагами гуляю по алее. Ноги сами меня несут в нужную сторону…в сторну мастерской обуви.

Захожу без стука.

— Ооо приветики! — Матвей приветсвует, вставая с места, — так, что-то не так, — он меняется в лице, когда видит мое состояние, — Ты почему такая бледная?

Я усаживаюсь на стул, он берет другой