По велению любви - Конни Мейсон

— Как только я открою дверь, — сказал Прингл. Он проницательно взглянул на нее. — У вас ведь нет с собой оружия, да?

— Нет, сэр, — ответила Китти. На самом деле она подумала о том, чтобы пронести револьвер, но побоялась, как бы Райана не убили при попытке бегства из тюрьмы. — При мне нет огнестрельного оружия.

— Ну хорошо, — сказал Прингл, пропуская ее на территорию, где находилась камера. — Я дам вам знать, когда ваше время истечет.

Китти поспешила по коридору, миновала маленькую камеру Дуранго и подошла к камере Райана. Ее сердце рванулось к Райану, когда она увидела его сидящим на койке с опущенными плечами.

— Райан!

Он вскочил.

— Китти! Тебе не следовало приходить сюда!

— Я должна быть здесь. Твои братья приехали?

Он подошел к решетке, и Китти ужаснулась, увидев его лицо. Измученным и бледным Райан был и во время суда, но сейчас он выглядел еще хуже.

— Они тебя тут кормят? — спросила Китти, напуганная его худобой.

— Три раза в день. Еду не сравнить со стряпней Розиты, но вполне приемлемо.

Он замолчал, потом выпалил:

— Китти, я много об этом думал и хочу, чтобы ты приняла предложение Такера. Он будет хорошо заботиться о тебе и заниматься ранчо после смерти Берта.

Уперев руки в бока, Китти прямо посмотрела Райану в глаза, вызывающе вздернув подбородок.

— Будь ты проклят, Райан Делейни! Я знаю, ты не малодушный трус. И не хочу, чтобы ты сдавался без боя. Тебе есть ради чего жить. Твои братья ужаснулись бы, узнав о твоем поведении. Где твое мужеское достоинство?

Райан не смог удержаться от улыбки.

— Там, где ему и полагается быть, дорогая. Я показал бы тебе, будь у меня такая возможность.

В груди у него что-то забулькало. Должно быть, он смеется, подумала Китти.

— Смотри, как бы маршал не услышал твои слова, не то он заподозрит, что ты действительно Кит, — все еще посмеиваясь, продолжил Райан. — Мне вроде как не хватает этой маленькой храброй дикой кошечки.

Китти протянула к нему руки сквозь решетку, притянула к себе его лицо так, чтобы можно было коснуться его губ.

— Я совсем не изменилась, Райан. Поцелуй меня.

Она застонала, когда их губы коснулись, и он впился в нее так, что ей стало трудно дышать, но он никак не мог насытиться… Китти твердо решила не позволить ему пасть духом.

— Ты придумал, что должны сделать твои братья, когда приедут? — спросила она, пытаясь вселить надежду в любимого человека.

— Ничего не пришло в голову, — признался Райан. — Я даже сомневаюсь, приедут ли они раньше, чем…

Он не закончил предложение.

— Они приедут, я знаю, что приедут! — пылко заявила Китти. — Я люблю тебя, Райан, и ты не умрешь.

— Забудь на время о моих братьях, я хочу сообщить тебе еще кое-что. Может быть, в следующий раз маршал не разрешит тебе увидеться со мной, а мне нужно тебе это сказать.

— Если ты снова хочешь сказать мне, чтобы я приняла предложение Норма, забудь об этом. Я его не люблю.

Райан схватил ее руки сквозь решетку и прижал к своему сердцу.

— Я никогда не думал, что наступит день, когда я буду готов заявить женщине о своей преданности. Теперь такой день настал. Я люблю тебя, Китти. Признаюсь, я полюбил тебя в тот день, когда понял, что ты женщина, а не сквернословящий обидчивый парнишка. Я не мог понять, как бандиты не могут разглядеть твой маскарад. Я лгал самому себе все эти месяцы, игнорируя зов своего сердца и упрямо отрицая очевидный факт. Хотя надо было просто признаться в том, что я влюбился.

Улыбка осветила лицо Китти.

— Ты любишь меня?

— Разве я только что не сказал это?

— Я давно это знала, — довольно усмехнулась Китти. — Мне жаль, что ты не говорил об этом раньше. Ты меня любишь так, что готов жениться на мне?

— Да, я люблю тебя так, что готов провести остаток жизни с тобой, — серьезно ответил Райан.

Пораженная Китти замолчала. Она с проницательной болью думала о том, что жизнь Райана может закончиться раньше, чем через две недели, и тогда у них не будет никакой счастливой жизни. Райан тоже молчал, очевидно, придя к такому же заключению. Слезы покатились по ее щекам, и она смахнула их, твердо решив оставаться веселой, несмотря ни на что.

— Что я могу для тебя сделать? — неуверенно спросила Китти. — Слава Богу, Берт, кажется, поправляется. Может, мне нужно сказать ему правду? Вдруг он знает кого-нибудь в городе, кто в силах помочь тебе? Он человек влиятельный.

— А что говорит доктор?

— Он считает состояние Берта критическим. Любое волнение может добить его. Господи, Райан, я просто разрываюсь на части! Я не могу делать больно Берту, но и не хочу терять тебя.

— Выбор делать мне, Китти, — медленно произнес Райан. — Не говори Берту. Позволь ему прожить спокойно то время, которое ему отпущено на этом свете.

— Не знаю, сколько я еще смогу морочить ему голову по поводу твоего отсутствия. Он не дурак и начинает подозревать что-то неладное.

— Скажи ему, что я вернулся в Монтану, — посоветовал Райан. — И еще… что я решил не ловить его на слове. Он поймет, о чем речь. Он перестанет задавать вопросы. А что насчет Терезы? Ты можешь доверять ей? Она будет молчать о том, что произошло?

Губы Китти дрогнули.

— Одно слово, и, клянусь, я спущу шкуру с этой лживой сучки!

— Все та же горячая маленькая дикая кошечка, — нежно сказал Райан. — Это одно из тех качеств, которые я в тебе люблю. По мне так Тереза заслуживает того, чтобы с нее содрали шкуру заживо, но мы должны подумать о Берте. Угрожай ей, сколько хочешь, но я решительно не советую тебе сдирать с нее шкуру. Она уже показала, какой мстительной может быть. Боюсь, после смерти Берта тебе предстоит битва. Тереза сделает все, чтобы помешать тебе получить наследство.

— Знаю, она уже наняла адвоката, который постарается доказать, что я не являюсь дочерью Берта.

— Дорогая, если мои браться приедут, расскажи им про Терезу, и пусть они о ней позаботятся. Они не позволят обидеть тебя.

— Этого не потребуется, — заявила Китти с уверенностью, хотя понимала, что шансов не так много. — Ты будешь рядом и поможешь мне оспорить заявление Терезы.

— Хотелось бы мне иметь твою уверенность, — сказал Райан, притягивая ее к себе, чтобы поцеловать. — Конечно, совсем не так я хотел бы тебя целовать, но что поделаешь, решетка мешает, — пошутил он.

И он поцеловал ее так нежно, что сердце Китти затрепыхалось. Она прильнула к нему, когда Райан поцеловал ее крепче, и проклинала решетку, отделяющую ее от человека, которого любит. Ей хотелось чувствовать, как бьется его сердце, прижаться к нему всем телом, провести ладонями по его мускулистой груди, услышать его крики в момент наивысшего наслаждения.