Камелия - Лесли Пирс

Как только Денис открыла дверь своей квартиры на Ладброук-сквер, Камелия поняла, что та не очень рада ее появлению.

Камелия поняла это не только по отчужденному выражению лица. Денис выглядела совсем по-другому. Казалось, она решила изменить свой образ блондинки-барменши. Вместо пышной прически, которую Денис всегда носила, она выпрямила волосы и завязала их сзади вельветовой резинкой. На ней было кремовое шелковое платье с едва заметными складками.

— Мне не надо было к тебе обращаться, — вымолвила Камелия, стараясь не расплакаться. — Но у меня больше никого нет.

— Входи, — сказала Денис, беря из рук Камелии маленький чемодан. — Давай не будем ничего обсуждать в дверях. Я все еще в состоянии шока, поэтому тебе надо меня потерпеть.

Денис стала подниматься на второй этаж. Когда она глянула на Камелию, которая прихрамывала, опираясь на палку, выражение ее лица смягчилось.

— Это колено тебя все еще мучит, — проговорила она. — Тебе надо тренироваться.

Когда они зашли в квартиру, Денис помогла Камелии сесть на диван и подставила маленькую табуретку под ногу.

— Садись, — произнесла она, поднимая ногу Камелии и снимая с нее туфлю. — Я приготовлю чай, и мы поговорим.

Денис пошла на кухню, а Камелия сидела в гостиной и разглядывала элегантный кофейно-кремовый интерьер. Она всегда думала, что эта квартира с толстыми коврами, мягким светом и старинной мебелью была вершиной роскоши. Сейчас, судя по сдержанному приему и изменившейся внешности Денис, Камелия поняла, что барменша напугана.

Камелия взяла с журнального столика фотографию Филиппа, сына Денис, и стала ее рассматривать. Филипп был обычным тринадцатилетним мальчиком с большими ушами и приглаженными волосами. Камелия спала в его комнате, когда оставалась здесь на ночь, но с ним она не встречалась. Он всегда был в школе. Возможно, Денис волновалась, что эта история может каким-то образом отразиться на ее сыне?

Камелия подняла голову и посмотрела на Денис, которая входила в комнату с двумя чашками чая.

— Тебя не будут в это впутывать, — сказала Мэл. — Би уже давно не работала в «Дон Жуане», а полиция просто попросит подтвердить, что я провела у тебя последние две ночи.

— Иногда ты ведешь себя так наивно, — ответила Денис, садясь напротив Камелии и нервно одергивая платье на коленях. Она тяжело посмотрела на Камелию своими зелеными глазами. — Когда происходят подобные вещи, полиция переворачивает каждый камень, заглядывает в каждый угол. Если этого не сделают полицейские, за дело возьмутся журналисты. Если бы ты позвонила не так неожиданно, то я сказала бы, что тебе лучше ехать прямо в приют или куда-нибудь в подобное место. Но так уж и быть, ты можешь остаться сегодня у меня. Я позвоню в клуб и скажу, что не выйду, а завтра подыщу тебе другое место. Ну а теперь расскажи, что случилось. И по порядку.

Денис не придвинулась ближе, чтобы успокоить Камелию, когда та рассказывала всю историю. Лицо барменши оставалось безучастным. Но она внимательно слушала, словно сверяя все доказательства.

— Я знаю, что кажусь тебе жестокой, — наконец сказала она. — Мне до боли жаль Би, пожалуйста, не думай по-другому. Я также очень волнуюсь о тебе. Поверь, я знаю, какой шок ты пережила. Но я могу разрешить тебе остаться здесь только на одну ночь.

Губы Камелии задрожали — раньше Денис была такой доброй.

Денис глубоко вздохнула. Она хотела пододвинуться к Камелии и успокоить ее, но знала, что если ее инстинкт одержит верх, то она завязнет в этом деле по самое горло.

Слушая в последнее время рассказы Камелии, Денис знала, что должна сообщить о Джейке в полицию, пока Мэл не было в квартире.

Но она ничего не сделала. Камелия смотрела на нее и думала, что она умная и сильная. Но она не знала, что так было не всегда. Денис сменила имя и закрыла дверь в прошлое, но ей никогда не стереть ни своих воспоминаний, ни записей полиции.

В восемнадцать лет Франсис Дакворс приехала в Лондон из Бакстона. Она мечтала быть секретарем. Через год она стала Франки и втянулась в атмосферу клубов Сохо в поисках легких денег. Она работала так же, как Камелия и Би. Но в отличие от Камелии Франки надо было работать над собой, чтобы ее заметили. У нее были бесцветные волосы, а в лифчик она подкладывала носовые платки и делала все, что говорили ей старшие девушки в клубе.

Через два года она проворачивала трюки, как профессионалка.

Денис было что скрывать: грязный секс, срок в тюрьме Холловей, брак по расчету. Ее затянуло в такое болото, из которого очень немногим удавалось вылезти. Только одним она гордилась в своей жизни — своим сыном.

И сейчас она беспокоилась о Филиппе. Когда репортеры захаживали в «Дон Жуан» после нападения на Камелию, Денис испугалась, что они раскопают ее прошлое. Но сейчас умерла девушка, которая работала в том же клубе. Сколько времени пройдет, пока какой-нибудь любопытный репортер не узнает, что партнер клуба миссис Денис Трахерн на самом деле Франки Дакворс — девушка по вызову, шантажистка и воровка?

— Камелия, — проговорила Денис, желая рассказать хотя бы часть правды. — Я выгоняю тебя не потому, что мне безразлична твоя судьба. А потому, что я тоже отчасти виновата в том, что произошло.

Камелия нахмурилась.

— Ты? Что ты такого сделала?

— Я из того же теста, что и вы с Би, — спокойно ответила Денис. — Все, что у меня есть, — эту квартиру, мебель, драгоценности я получила от мужчин, которых использовала. Лучше, если ты будешь уважать красивых и успешных топ-моделей, а не таких уродливых потаскух, как я. Если ты останешься у меня, то репортеры тебя выследят, а мне этого не надо. И как много времени пройдет, пока ты сможешь вернуться в клубы.