Изысканная свадьба - Патриция Уоддел

– Понять не могу, что она в нем нашла, – заметила Реджина.

– Тебе он действительно не нравится?

Реджина пожала плечами.

– Не то чтобы я не любила его, просто… Сама не знаю. Какое-то смутное чувство. Он всегда такой серьезный. Мне кажется, я никогда не видела его улыбающимся.

– Семинаристы – народ серьезный, – ответил Джонатан. – Радуйся, что он не собирается получить наш приход.

– Еще чего не хватало!

Реджина еще несколько минут наблюдала за парочкой. Если между ними и происходил разговор, то говорил в основном Дэвид. Эмили смотрела на него и согласно кивала.

Несколько минут спустя Дэвид открыл калитку и проводил Эмили к двери дома. Реджина затаила дыхание. Ей было интересно, поцелует ли Дэвид девушку на прощание. Он поцеловал Эмили, но это был очень короткий, очень целомудренный поцелуй в лоб. Реджина задумалась, так ли серьезно настроен мистер Куинлан, как Эмили.

Когда Эмили вошла в дом, Дэвид Куинлан направился к церкви. Преподобный Хейс с женой занимали пасторский дом на ее территории. Дэвид завтракал у пастора, но жил в пристройке к церкви. Реджина наблюдала, как он открыл дверь своей квартиры и вошел внутрь.

– Что-нибудь интересное? – спросил Джонатан. Он был рад, что Бисби снабдил их виски и теплыми пледами. Кажется, его жена намерена изучить каждый дюйм Мерриам-Фоллс.

– Пока ничего, – ответила она. – Но сдаваться я не намерена. Рано или поздно я что-нибудь увижу.

– Вот, – протянул ей свой бокал Джонатан. – Выпей немного, а я пока понаблюдаю.

Еще час они провели, сменяя друг друга у телескопа. Фрэнк Фаулер наконец покинул пивную и, слегка покачиваясь, отправился домой. За исключением редкого лая собаки и глухих криков ночной совы, в городе было тихо, как в могиле. Из труб шел дым, свет в окнах гас, люди отправлялись на покой.

Несмотря на возражения Реджины, Джонатан решил, что на этот вечер с них достаточно.

– Все уже легли спать, – сказал он. – Если погода позволит, продолжим наблюдение завтра вечером.

Реджина неохотно согласилась. Она пошла в дом, несколько разочарованная тем, что сегодня ничего не удалось обнаружить, но уверенная в правильности своей идеи.

В течение следующей недели Реджина, к своему великому изумлению, узнала очень много нового о жителях Мерриам-Фоллс. Фрэнк Фаулер проводил больше времени в пивной, чем дома. Дэвид Куинлан ухаживал за Эмили, если можно было назвать ухаживанием короткие прогулки и его монологи. Кошка миссис Олден принесла кучу котят, очень похожих на Брамуэлла.

Но самым удивительным открытием для Реджины стала любовь преподобного Хейса к виски. Этот ханжа сочинял свои разоблачительные воскресные проповеди, а на столе перед ним стояла бутылка виски.

– Любопытно, какие секреты мы раскроем сегодня, – сказал Джонатан, когда они с Реджиной вышли на крышу. – Ты уверена, что хочешь продолжать наблюдение? Ты так расстроилась, увидев, как преподобный Хейс приканчивает бутылку заграничного виски, что долго не могла уснуть.

– Он же пастор! Божий человек, – возразила жена. – Лицемер! Меня так и подмывает…

– Ничего не надо делать, – строго сказал муж. – Я ведь тебя предупреждал, что ты можешь увидеть что-нибудь неприятное. Если хочешь продолжать наблюдение, научись сдерживать себя. Все мы не без греха.

Реджина целыми днями пребывала в тревоге. Она все еще надеялась с помощью телескопа обнаружить что-то очень важное, но напасть на след убийцы пока не удалось.

Реджина занималась настройкой телескопа, что занимало у нее обычно десять – пятнадцать минут, и вдруг удивленно вскрикнула.

– Что случилось? – спросил Джонатан. Реджина молча показала на пансион через дорогу. Джонатан подошел к телескопу, посмотрел на дом и рассмеялся. Повернул телескоп в другую сторону и сказал:

– Думаю, сегодня мы займемся северной частью города.

– Тебе нужно будет поговорить с этим человеком, – сказала ему Реджина, придя в себя. – Ты его хозяин. А Люси – моя подруга. Не хочу, чтобы ее позорили.

Джонатан покачал головой.

– Я думал, ты свободна от предрассудков. Кроме того, Люси достаточно взрослая женщина, она знает, что делает.

То, чем занималась Люси, или, вернее сказать, чем занимались они с Ричардом Фергюсоном, заставило Реджину покраснеть. Какой бы страстной ни была она сама, ее все еще смущало, когда она видела, как предаются удовольствиям другие люди.

– Это выходит за рамки приличий, – выдавила она из себя. – Если этот мужчина действительно любит ее, то должен сделать ей предложение. Немедленно.

Джонатан ничего не сказал, пока Реджина не толкнула его локтем в бок.

– Я его хозяин, а не отец, – возразил он.

– Но это ты привел его в мой пансион.

– Теперь это ее пансион. Она может заниматься там чем хочет.

– Не груби, – отрезала Реджина. – Я настаиваю, чтобы ты поговорил с ним.

– И что я ему скажу? Что мы случайно подсмотрели, как он занимается любовью с Люси.

– Мы не подглядывали, – сказала Реджина. – И не в этом дело. Я не хочу, чтобы сердце Люси было разбито. Если этот человек джентльмен, он должен жениться.

Джонатан с досадой вздохнул. Если он ничего не скажет Ричарду, то скажет Реджина. А она церемониться не станет.

– Хорошо. Завтра поговорю с ним.