Секс в другом городе - Сара Харви

— Ну?

— Я не думала, что предполагается… слушай, но ты-то понимаешь, что с Гаем это совершенно невозможно?

— Помни о мужской ментальности. К тому же мало ли что, нужно быть готовой ко всему.

— Я не уверена, что мне этого хочется.

— Прошу прощения. — Серена опять прилипла к окну, разглядывая длинноногого Гая, который курил на крыльце, ожидая, пока ему откроют дверь.

— И ты говоришь, что не хочешь трахнуть это? Не хочешь сорвать с него одежду и посмотреть, так ли он хорош внутри, как снаружи?

— Ну, честно говоря, нет.

Серена недоверчиво покачала головой.

— Пожалуй, тебе пора начать откладывать деньги, Алекс. Если ты и в самом деле таких строгих правил, платить за равиоли определенно придется тебе.

Когда Гай вошел в комнату, мои сомнения немного рассеялись.

Я забыла, как он прекрасен. Думаю, даже если он откроет рот и начнет пороть всякую чушь, никто этого не заметит — его зеленые глаза заставят забыть обо всем на свете. Даже Серена примолкла, пораженная увиденным.

Эмма представила их.

Серена взяла протянутую руку, словно что-то хрупкое и очень дорогое.

— Н-н-н-н-н, — пробурчала она в ответ на его вежливое приветствие, ее глаза горели как у кобылы, которую подвели к жеребцу.

Гай сохранял спокойствие.

Он развернулся на длинных ногах и поприветствовал меня скорее как старого друга, чем того, кого видел один раз в жизни.

— Алиса! Рад тебя видеть! С нетерпением жду завтрашнего дня. Вот умора, правда?

— Э-э, да, здорово. Но меня зовут Алекс.

— Ага, Алекс. Клево. Прости, конечно, ты совсем не похожа на Алису. — Он улыбнулся во все тридцать два зуба.

Интересно, как выглядит Алиса? Видимо, не так, как я. Я подумала, что, несмотря на явную нехватку мозгов, Гай довольно милый парень. Его непосредственное веселье очень заразительно. Он был похож на породистого Лабрадора, который всю жизнь спит, трахается и участвует в выставках, такой лоснящийся, шелковистый, виляющий хвостом. Жизнь для таких людей проносится, как ветерок, а потом они просто умирают с улыбкой на лице. А когда он протянул мне зеленый с золотом пакет с четырьмя бутылками французского шампанского, то стал просто неотразим.

— Зачем это? — воскликнула я, заглянув в пакет. — Ты делаешь мне огромное одолжение. Это я должна дарить тебе подарки, а не наоборот.

— Я подумал, раз нас не пригласили на мальчишник и девичник, мы могли бы устроить свой собственный праздник? Что скажешь? Неплохая мысль? Набраться храбрости перед завтрашним выходом… Так сказать, подготовиться. Весело, а? — Он провел рукой по волосам и улыбнулся.

Вот это да! Да он, оказывается, может выдать больше двух слов за раз. Я хотела было зааплодировать, но вместо этого с хлопком открыла бутылку прохладного шампанского.

Три бутылки спустя дела пошли веселее.

Телевизор с приглушенным звуком отодвинут в угол комнаты. Гай и Серена щека к щеке исполняют страстное танго, по очереди прихлебывая из бутылки.

Мы с Эммой валяемся на диване, допивая фраскатти, и обсуждаем, нужно ли открывать четвертую бутылку шампанского.

Гай немузыкально напевает в маленькое ухо Серены, а она подпевает, пьяно прикрыв глаза.

Эмма листает «Как всю оставшуюся жизнь заниматься сексом с одним партнером», мой подарок счастливой паре.

— «Разнообразие придает жизни остроту, — читает она, явно кого-то изображая, но ее акцент скорее напоминает пакистанский, а не шотландский, как она думает. — Если вы хотите, чтобы ваш муж каждый вечер возвращался к одной и той же женщине, сделайте так, чтобы он возвращался к разным женщинам. Воплотите его фантазии. Встречайте его на пороге, нарядившись в один вечер школьницей, экзотической танцовщицей — в другой. Подавайте ему ужин, то в костюме кокетливой крольчихи, то нарядившись горничной. Вдохните страсть в ваш брак, используя ваше воображение…»

— Эта чертова книга ориентирована на мужчин! А как насчет того, чтобы встретить меня после тяжелого рабочего дня с запиской на члене «К черту обед, съешь меня?»

Гай и Рен проплыли мимо нас, вцепившись друг в друга, как последние люди на земле.

— Раз, два, ча-ча-ча-а-а-а-а. Раз, два, ча-ча- ча-а-а, — подпевал Гай музыке, которая приобрела латиноамериканский акцент

— Как ты думаешь, он умеет считать только до двух? — спросила я у Эммы.

— Шшшш… — Она прижала палец к губам. — Мы же не хотим расстроить его еще до свадьбы?

— Кстати, насчет свадьбы, мы ведь так и не сочинили романтическую историю о нашей встрече! Первый поцелуй, первый секс, первая ссора, все такое?

— Как тебе такой вариант: вы познакомились, когда катались на лыжах в Сент-Морице…

— Я не умею кататься на лыжах.

— Ничего страшного. Так, на чем я остановилась? Ты каталась на лыжах в Клостерсе и упала в расщелину в глетчере. А Гай, который, кстати, второй кузен Его Высочества принца Чарльза…

— …как раз пролетал мимо в своем вертолете, одетый только в черный вязаный шлем и армейские подштанники, и уронил мне на голову коробку шоколадных конфет, которые оглушили меня и я замерзла до смерти… Почему я не могу просто сказать, что мы познакомились на вечеринке?

— Потому что это не романтично.

— Зато мы оба сможем это запомнить, не путаясь в подробностях. Лучше бы ты сообщила мне кое-какие подробности, доказывающие наши близкие отношения.

— Например, какие?

— Например, как его зовут.

— Ты прекрасно знаешь, как его зовут, глупая. — Эмма закатила глаза. — Он — Гай.

— Что, просто Гай; как Мадонна — просто Мадонна? — Я попыталась отодрать фольгу с последней бутылки шампанского. — Здравствуйте все, познакомьтесь, это Гай. Просто Гай.

— Ага, ясно. Да, точно. Я поняла, о чем ты. Но будь я проклята, если я помню. — Она задумчиво почесала левое ухо. — Слушай, Гай, а как твоя фамилия?

Он прервал свой танец и задумчиво почесал левое ухо.

— Знаешь, — он конфисковал бутылку, которую я только что открыла, и сделал большой глоток, — будь я проклят, если помню.