Падение Калико - Кери Лэйк

— Не попадай в беду.

Титус приподнимает бровь, прежде чем отвернуться, и я опускаю взгляд с вспышкой смущения, заливающей мои щеки, вспоминая предыдущую ночь, когда он застукал нас с Валдисом.

Скальная стена на противоположной стороне каньона — это то место, где он начинает свою охоту, когда совершает восхождение, и когда он исчезает за ней, Валдис придвигается ближе ко мне, призывая меня лечь рядом с ним.

— Я хочу тебе кое-что показать.

Переворачиваясь на спину, я ложусь рядом с ним и смотрю в небо, где луна уже начала свой восход, став почти прозрачной в свете все еще яркого солнца.

— Ты видишь край луны? говорит он, указывая на нее.

— Да.

— Он виден там, где обращен к солнцу. Его массивное отражение освещает поверхность Луны, а остальное скрывается во тьме космоса. То, как он артикулирует, когда говорит, говорит мне, что в нем гораздо больше глубины, чем в машине для убийства, в которую его превратили.

— Невероятно думать о том, что лежит за пределами этого мира, не так ли?

Улыбаясь, я перевожу взгляд и вижу, что он тоже смотрит на это.

— Если бы только мы могли запрыгнуть внутрь космического корабля и улететь вместе.

Он перекатывается по моему телу, подминая меня под себя, и наклоняет голову вперед для поцелуя.

— Тесное пространство. Никакой гравитации. Полная темнота. Я бы тебя не достал?

Обвивая руками его шею, я хихикаю над этим и притягиваю его к себе для еще одного поцелуя.

— Никогда.

— Тогда мне лучше начать с этого корабля. Его губы снова находят мои, и он погружает свой язык, углубляя его, пока я лежу под ним. Мы целуемся вот так некоторое время, исследуя каждый уголок наших губ, каждый вкус.

Его поцелуй, это место — это рай в самой гуще ада.

И все же, укол печали щемит мою грудь. Как будто он может это почувствовать, Валдис наклоняет голову, озабоченно хмуря брови.

— Что это?

Я не решаюсь сказать ему, что меня беспокоит, из-за страха испортить этот момент, но ноющее чувство не пройдет, пока я этого не сделаю.

— Кадмус. Мы не можем оставить его в этой коробке.

Раздраженно пыхтя, он отталкивается от меня, пока не садится рядом со мной, и кладет локти на колени.

— Он не может остаться с нами. Я не могу рисковать, что он… причинит тебе боль. Я убью его, если он попытается.

— Валдис, я знаю, ты сомневаешься в моей внезапной заботе о нем, но…

— Я в этом не сомневаюсь. Он отводит от меня взгляд, в его голосе звучат мрачные нотки.

— Я знаю, почему ты так себя чувствуешь.

— Ты знаешь?

— Тебе никогда не предназначалось быть только моей. Ты была создана, чтобы связывать всех нас троих.

Нахмурившись, я качаю головой в ответ на это.

— Нет. Нет, доктор Эрикссон сказал, что у меня твоя кровь. Вот почему я жажду твоего запаха.

— В тебе течет кровь Альфы. Ты жаждешь моего запаха, потому что они создали его таким, но это не мешает тебе разделить связь с двумя другими.

Я мгновение обдумываю его слова, и, может быть, именно поэтому я не жажду их так же, как Валдиса.

— Они сказали мне, что, находясь в изоляции, некоторые Альфы совершали самоубийства или пытались причинить себе вред. Им становится так одиноко, что…

— Я знаю. Он бросает быстрый взгляд и кивает.

— Я знаю, что Альфы делают в изоляции.

Конечно, он это знает. Валдис ничем не отличался, когда я впервые встретила его. Холодный. Жесткий. Даже жестокий.

— Я хочу попытаться… помочь Кадмусу. Может быть, я смогу его успокоить.

— Ни в коем случае. Я не позволю ему приближаться к тебе.

— Он все еще где-то там, Валдис. Я видела это. Когда эти люди …

— Я проглатываю отвращение, скручивающееся у меня в животе при мысли о них.

— Когда они попытались причинить мне боль, я позвала Кадмуса. Я увидела что-то промелькнувшее в его глазах.

— Ты приводишь в действие спусковой крючок. Тот же спусковой крючок, что и у Нилы.

— Нет. Это было по-другому. Он не колебался. Он пошел прямо на нападавших на нас мужчин, и он ни разу не пришел за Нилой и мной после.

Он потирает макушку, и мне ненавистно, что я загоняю его в эту позу. Я ненавижу, что заставляю его размышлять о последствиях, если я ошибаюсь, но я не могу лежать здесь, рядом с прекрасным водопадом, под великолепным разноцветным небом, и притворяться, что все идеально. Не тогда, когда человек, который сражался за меня, сидит в ловушке внутри темного ящика.

— Позволь мне попытаться успокоить его. Попытаться достучаться до него.

— То, что ты предлагаешь, в лучшем случае опасно.

— Тогда будь там, на случай, если что-то случится, но я должна попытаться, Валдис. Если ты решишь убить его или освободить, и он умрет здесь в одиночестве, я, по крайней мере, хочу получить такую возможность.

— Если ты это сделаешь, если это будет иметь успех, он захочет тебя для себя. Вот как это работает.

Прижимая руку к его щеке, я улыбаюсь.

— Ты был моим с самого начала. Ты мой и сейчас. Он может желать и не хотеть, но я выбираю тебя. Это ты завладел моим сердцем, Валдис.

Закрыв глаза, он фыркает и качает головой.

— Давай покончим с этим.

Глава 33

Стоя перед серебряной шкатулкой, которая почему-то кажется больше, чем раньше, я бы солгала, если бы сказала, что не просто немного нервничала. Кадмус, возможно, немного ослаблен разумом, но его тело по-прежнему такое же сильное, как у Альфы.

Я провожу пальцем по ремешку от фляги, перекинутому через мое тело, который вполне может послужить средством моего удушения, если Кадмус достаточно амбициозен.

Валдис смотрит на меня в ответ, в его глазах одновременно решимость и неуверенность.

— Имей в виду, я без колебаний убью его.

Ладно, может быть, не так много неуверенности.

— Только по моему сигналу, или пока я не отключусь и не смогу говорить.

— Ты находишь в этом юмор.

— Может быть, немного? С нервной улыбкой я пожимаю плечами.

— Хорошо, нет. Но он собирается напасть на меня, я уверена в этом. Все, что я говорю, это не предпринимай никаких действий, пока у меня не будет шанса успокоить его.

— Прекрасно. Но я знаю Кадмуса лучше тебя. И я не буду колебаться, если мои инстинкты подскажут мне обратное.

— Договорились. Делая глубокий вдох и выдох, я киваю ему, и переключатель щелкает.

Сердце колотится у меня в горле, я жду, когда откроется дверь, и в тот момент, когда это происходит, Кадмус бросается вперед. Спотыкаясь о собственные ноги, чтобы убежать, я падаю спиной