За порогом мечты - Джорджет Хейер

Селина прямо задышала ненавистью. Манеры этого человека просто выходили за все мыслимые рамки! Она поспешила вмешаться:

– Спасибо, сэр, но я думаю, моей сестре не стоит выезжать в открытом экипаже, поскольку скоро явно пойдет дождь, ведь погода нынче ужасно переменчива, а кроме того, я уже просила ее сопроводить меня к источникам!

Тут заговорила наивная Фанни, мгновенно позабывшая собственные неприятности и снедаемая любопытством:

– Что вы, тетя Селина, я готова сама вас проводить! Для Эбби прогулка будет только полезна, она ведь весь день сидит дома – отчего же не подышать свежим воздухом!

Мистер Каверли, усмехнувшись Фанни, молвил:

– Добрая девочка! – отчего та непроизвольно хихикнула.

После этого мистер Каверли дал указание Эбби одеться потеплее, а на голову накинуть шаль или что-нибудь в этом роде.

– Не беда, коли на улице прохладно! – пояснил он. – Надо только одеться получше, а если пойдет дождь, так мы ведь всегда найдем, где укрыться, верно?

После этого Каверли принялся болтать с Фанни о всяких несущественных мелочах, предоставив Селине напряженно ворошить свои мозги в поисках более весомых причин для отказа от поездки.

Когда Эбби появилась в комнате, одетая как для экспедиции на Северный полюс, Селина предприняла последнюю попытку, заявив, что Эбби рискует схватить воспаление легких от вдыхания холодного воздуха, но Фанни снова вмешалась:

– Но ведь сегодня прекрасный денек, давно уж таких не было! Я могу принести тебе, Эбби, еще несколько своих шалей!

– Спасибо! – засмеялась Эбби. – На мне и так уже достаточно слоев намотано! А ты, Селина, прошу, не выдумывай больше всякой ерунды!

А Каверли добавил:

– Не беспокойтесь, мэм, я о ней позабочусь наилучшим образом!

Через пять минут они отъезжали, а Фанни махала им рукой с крылечка.

– Индийские манеры, знаешь ли! – пробурчал мистер Каверли в воздух.

– Разбойные манеры! – хмыкнула Эбби в ответ. – Бедная Селина!

– Я уж боялся, что ты ей покоришься!

– Нет. Я хотела еще раз повидаться с тобой. Мне хотелось рассказать тебе еще об одной причине… Только обещай, что не станешь меня уговаривать передумать, ладно?

– Нет-нет, обещаю тебе, что не буду! – отвечал он.

Эта готовность показалась Эбби несколько подозрительной. Тем не менее она заговорила с деланным весельем:

– Ты знаешь, Фанни действительно собиралась бежать со Стэси! Она мне все поведала… И если бы не такая тяжелая инфлюэнца, бог знает что могло бы произойти! Но она заболела, так что не было бы счастья, да несчастье помогло! Пока она болела, в Бат приехала одна богатенькая вдовушка – прямо подарок судьбы!

– Неужели? – усмехнулся он.

– Ну да! Она поселилась в «Уайт-Харт» – правда, я ее сама не видела, но все только и рассказывают о ней… С лакеем, горничной, курьером, собственными постелями и бог весть с чем еще… Ты бы не поверил!

– Ну почему же! – с той же странной ухмылкой отвечал Каверли.

– Так вот, не успела она прожить там и дня, как Стэси уже обратил на нее свой самый пристальный интерес! Как ты думаешь, мыслимое ли дело?!

– Конечно мыслимое, – сказал Каверли.

– Ну, я все-таки не ожидала, что Стэси до такой степени бесстыдный молодой человек!

– Ну, он же мой племянник! Могу заверить тебя, что стыда в нем нет ни на грош!

Эбби мимолетно улыбнулась:

– Возможно… Мне только жаль эту вдовушку. Она уехала из Бата, и он за нею, и если она продолжит этот роман, думаю, он закончится для нее печально…

– Успокойся, дорогая, я совершенно за нее не беспокоюсь в этом смысле.

– Почем тебе знать? – не унималась Эбби.

– Да потому что я сам подослал ее сюда!

– Ты??? – сказала Эбби.

– Ну конечно. Разве ты не догадалась? Я думал, ты сообразительнее!

– Да, но… боже мой, кто же она? Как тебе удалось ее подослать в Бат? И подкладывать ее под… Майлз, о чем ты вообще говоришь? Это чудовищно!

– Не смеши меня, глупышка! Я нанял ее, чтобы сбить Стэси с толку. Насколько я могу теперь судить, ее спектакль удался на славу, только она сбежала чуть раньше финального занавеса и аплодисментов публики… Все, что я о ней знаю, это что она была актриской…

Мисс Абигайль Вендовер попыталась переварить эту информацию, что ей удалось не вполне, и наконец спросила крайне неодобрительным тоном:

– Значит, она не респектабельная женщина? Она – неприличная женщина?

– Скажем мягче, мэм, ты вряд ли встретила бы ее в высшем обществе.

– А вот ты – ты, похоже, ее встречал!

– О нет, нет, что ты, только не в высшем обществе!

Эбби смутилась, поколебалась и все-таки задала следующий вопрос:

– Так ты… Вы с ней все-таки хорошо знакомы, да?

– Нет-нет, я встречался с ней лишь однажды – во время ее репетиции. Ее нашла для меня Долли. А Долли исполнила роль компаньонки. С Долли-то я хорошо был знаком – правда, лет двадцать назад… – нахально заметил он. – Тогда она была девушкой… гм!.. с очень переменчивыми симпатиями… А сейчас она занялась… э-э-э, весьма возвышенным бизнесом и выглядит очень элегантно… Тем не менее за безобразную, грабительскую сумму она согласилась поучаствовать в этом маскараде. Собственно, ей даже хотелось немного позабавиться.

– Ты – самый беспутный человек, которых я только встречала! – дрогнувшим голосом проговорила Эбби.

– Ну, я думаю, что, кроме моего собственного одиозного племянничка, ты других беспутных людей и не встречала! – Он посмотрел ей в глаза. – Ты меня в мои беспутные годы не знала, Абигайль! Это было так давно…

Она опустила глаза. Повисло молчание. Потом Эбби сказала тихо:

– Боюсь, это тебе обошлось в кругленькую сумму. Этот маскарад, я имею в виду… Когда я просила тебя спасти Фанни, я вовсе не…

– Ничего-ничего, меня это вовсе не затруднило! – заверил ее Каверли.

– О, постой! – вдруг вскричала Эбби, обращая внимание на дорожный столб. – Бог мой, это же лондонская дорога! Куда мы едем?

– В Рединг, – отвечал Каверли.

– Рединг ? – переспросила она в изумлении. – Но ведь дотуда около шестидесяти миль!

– Шестьдесят восемь, если быть точным.

Она рассмеялась:

– Небольшая прогулочка, да? Ты шутник! Нет, серьезно, куда мы едем?

– Я и так уже серьезен донельзя.

– Да что ты говоришь! Постой, ведь нам нужно быть к обеду дома!

– Нет, дорогая, мы не будем дома к обеду, – сказал он. – Боюсь, что мы вообще не вернемся туда.