Их бесценная добыча - Ирина Горячева

Меня душили невыплаканные слёзы, а в горле першило.

— Мам. Я всю жизнь мечтала узнать о тебе хоть что-то. И сейчас, когда нашла, не хочу потерять снова. — Я часто моргала, но слёзы всё равно снова и снова предательски подступали к глазам. — Ты нужна мне. Идём с нами в мир людей.

Анна Майнор только покачала головой.

— Прости, девочка моя, не могу. Мне нет места в мире людей. Я — Тень. Моё тело давно мертво, и мой дом теперь здесь.

Слёзы всё-таки потекли по моим щекам.

— Это несправедливо!

Гаро развернул меня лицом к себе и снова прижал к груди. Крепко-крепко.

— Не плачь, родная. Я останусь здесь, чтобы приглядывать за новой Королевой. Но мы ведь не прощаемся с тобой навсегда. Я буду рада увидеть вас снова. И буду рада однажды увидеть внуков. Обещай мне…

— Обещаю, — всхлипнула я, растирая кулаками слёзы.

— Хорошо, — услышала я шёпот где-то совсем рядом. — А теперь возвращайтесь в свой мир. Любите и берегите друг друга.

Я подняла голову, чтобы ещё раз увидеть мать, но мы с Гарордом были уже одни.

— Это несправедливо, Гаро! Несправедливо! — Я взяла его за руку.

Если верить Малиссе Торвус, только так я могла выпустить Короля из мира Теней.

— Всё будет хорошо, милая. — Сжимая мою ладонь, Гаро поцеловал меня в висок. — Помнишь, что велела твоя мать?

— Что?

— Чтобы в следующий раз мы пришли не одни. — Он пробежался по моему телу голодным, раздевающим взглядом. — Если хочешь, мы можем ускорить процесс вашей встречи…

Не дожидаясь моего согласия, Гаро наклонился ко мне и завладел моими губами.

Я так безумно устала от всех приключений, выпавших на мою долю, и так соскучилась по Гарорду за прошедшие полгода, что просто закрыла глаза, полностью растворяясь в поцелуях и ласках.

Когда я снова открыла глаза, слёзы уже полностью высохли, и я увидела, что мы с Гаро переместились в городскую квартиру моих Охотников.

— Это не дом возле озера, — возмутилась я, но вышло слишком фальшиво.

— Я подумал, может, ты захочешь забрать отсюда какие-нибудь вещи, — ловко выкрутился мой несносный бессмертный муж.

Решив подыграть, я огляделась по сторонам. Уезжая отсюда, мы забрали всё, что было более-менее необходимо для жизни. Разумеется, за исключением бытовой техники и мебели.

— Даже не знаю, — пожала я плечами. — Ну, разве только огромную трёхспальную кровать.

— Не помню, чтобы у нас когда-то была такая, — усмехнулся Гарорд.

— Правда? — Я изобразила на лице сильное удивление. — Какая жалость…

— Ладно, уговорила. — Гаро подхватил меня на руки так неожиданно, что я ойкнула. — Идём, поищем.

И мы пошли искать…

Эпилог, или О чём могут рассказать две волшебные полоски

Спустя ещё шесть месяцев

Тина

На кухонном столе стояла пиала из чистейшего хрусталя, до половины наполненная отваром из листьев мать-и-мачехи и ягод бузины. На поверхности плавал дорогущий цветок папоротника.

Рядом с пиалой лежала стеклянная палочка для размешивания и небольшой нож.

Я была дома совсем одна. Хан уехал в Торленд и занимался закупками магических ингредиентов для магазина. А Гаро отправился в семейный ресторан, где когда-то состоялось наше первое романтическое свидание с Ханом.

Пользуясь отсутствием моих Охотников, я устроила из кухни маленькую лабораторию.

Вот уже две недели меня мучила утренняя тошнота. Бывало, иногда вдруг одолевала сонливость. Я могла ни с того ни с сего замкнуться в себе, стать раздражительной или, наоборот, смеяться без особой на то причины.

А ещё когда никто из моих мальчиков не видел, я брала солёный огурец, поливала его мёдом и уплетала за обе щеки, как изысканное лакомство…

Одним словом, всё указывало на беременность. И меня разрывало на сотни маленьких ведьмочек от любопытства и желания знать, кто именно станет счастливым отцом.

— Ну, что ж, пожалуй, начнём, — подбодрила я сама себя, прежде чем полоснуть ножом по ладони.

Ручейки крови стекали по сжатой в кулак руке. Алые капли падали на цветок папоротника.

Как только кровь покрыла его целиком, он погрузился в отвар и растворился, окрасив жидкость в чёрный цвет.

Я провела двумя пальцами по ране, заживляя порез. И затаила дыхание…

Прошла, наверное, пара минут, и на чёрной поверхности начала проявляться светящаяся голубая полоса, вокруг которой мерцал волчий силуэт.

— Значит, у меня будет племянник. — Я чуть не подпрыгнула, когда над ухом неожиданно прозвучал голос Гарорда. — А Хан всё спрашивал, почему в нашем доме исчезают огурцы и мёд.

— И что же ты ему ответил? — Я смущённо наклонила голову, позволяя Гаро поцеловать меня в шею.

Не думала, что он вернётся так рано. И уж тем более не думала, что поймает меня с поличным.

— Я всё свалил на магию. — Вместо поцелуя он прикусил и потянул мочку уха. — Но Хан должен знать. Когда ты ему скажешь?

— Сегодня за ужином, — ответила я, не задумываясь. — Я думала, ты расстроишься, если ребёнок будет не твоим.

— Я даже рад, что брат станет первым, — обнимая меня и раскачиваясь вместе со мной из стороны в сторону, признался Гарорд. — У нас с Ханом был хороший, но не идеальный отец. Я хотел бы быть лучше его. Но совершенно не представляю, что делать с младенцем. Поэтому буду постигать тонкости отцовства на ошибках брата. А когда почувствует себя готовым к такой ответственности, мы с тобой вернёмся к вопросу моего отцовства.

— Договорились, — улыбнулась я.

— Отлично. Тогда давай-ка, разберём твою мини-лабораторию, пока Хан не вернулся и поломал сюрприз. Я хочу видеть, как вытянется его волчья морда.

Я потянулась к пиале с отваром, и в тот же момент прямо на моих глазах на чёрной поверхности отчётливо отразилась вторая голубая полоска, окруженная волчьим силуэтом…

Гарорд расхохотался.

— Чёрт, я определённо, хочу видеть лицо брата!

Я только пожала плечами и улыбнулась, предвкушая этот ужин…

Хан вернулся примерно спустя час после нашего разговора с Гарордом.

Ещё спустя столько же времени, мы сидели за столом.

Гаро то и дело поглядывал на меня и на брата, ухмыляясь и, судя по всему, ждал, когда я осчастливлю Хана сообщением о предстоящем отцовстве.

А я всё не могла подобрать нужные слова, считая, что простые «ты скоро станешь отцом» или «я беременна от тебя» в нашем случае неуместны.

Из нас троих, казалось, только Хан думал о еде и ни о чём больше.

— Хан. Скажи, как вы, вольфоры, понимаете, что женщина беременна? — решилась я, наконец, начать разговор хоть с чего-то. — Как вообще проявляются признаки беременности у ваших истинных?