Выскочка - Юлия Бузакина

После завтрака Лера не удержалась и решила самостоятельно выяснить вопрос с контрактом. Она набрала номер сотового телефона будущего тестя и с легким страхом ожидала, когда тот возьмет трубку.

— Лев Константинович, доброе утро. Это Лера.

— Да, Лерочка, здравствуй. Ты что-то хотела? — оживленно ответил ей знакомый голос на другом конце провода.

— Я хотела узнать, как скоро мне придется подписывать контракт с Антоном Владимировичем. Вы вчера ничего не сказали об этом, и я теперь нервничаю.  Не могу построить свое расписание.

— Какой контракт, Лерочка? Мы же тебя уволили!

— Но… Андрей говорил, что Вы не хотели терять прибыльный проект…— слегка озадаченно рассматривала она свои красивые длинные ногти.

— Детка, выбрось все это из головы! Твоя самая важная задача сейчас — сделать моего сына счастливым. Неужели ты думаешь, что я допущу, чтобы моя невестка работала на Антона Владимировича? Да никогда этого не будет!

— Но…

— Никаких «но», Лера! На данном этапе есть только два жизненно важных проекта, которые обязательно должны стать успешными!

— Два?

— Да, два. Первый проект — это семья, детка. Ваша с Андреем семья. И здесь очень многое зависит от тебя. Потому что ты становишься  хранительницей домашнего очага. Сосредоточься на своих новых обязанностях.

— А второй проект? — чувствуя, как потеют руки от напряжения, не удержалась она от вопроса.

— Второй? Второй — это ваша новая гостиница. То, над чем вы вместе работали в последнее время. Ее просто необходимо вывести на достойный уровень. Проект обязан быть прибыльным, а весь прошлый сезон пансионат на этом месте приносил одни убытки. Представляешь, сколько надо вложить в рекламу, чтобы привлечь новую клиентуру?

— Честно говоря, не очень. Я плохо разбираюсь в финансовых вопросах, — призналась Лера. — Но постойте! Ваша собственная строительная компания может понести потери из-за моего отказа! И как вы будете справляться без Андрея? Он теперь все время в гостинице.

— Лера, у меня в жизни всегда был один стимул. Я все создавал ради сына. Сейчас, когда он решил заняться собственным бизнесом, мои амбиции насчет строительной компании ни к чему. А капризы Антона Владимировича и подавно. Самое главное, чтобы у Андрея все сложилось. И в личной жизни и в делах. И ты, детка, неотъемлемая часть этого процесса. Поэтому, будь добра, береги его.

— То есть, вы хотите сказать, что я ничего не должна вашей компании? — наконец  дошел до нее смысл его слов.

— Нет.

— И я могу просто любить Андрея и рисовать свои картины?

— Да. Еще можешь подарить ему парочку карапузов, — ухмыльнулся Лев Константинович на прощание.

Леру захлестнула волна радости. Подумать только, она свободна! Можно любить, можно творить, и за это не надо расплачиваться!

Спустя пару часов, в багажнике ее машины лежали два рулона дорогущих обоев с мотивами французской весны на фоне Эйфелевой башни, а рядом, на переднем сидении, умилялась куколкам Эля.

— Они великолепны, Лера! Спасибо тебе, спасибо! — верещала от восторга Элеонора.

— Не за что, — улыбаясь своему отражению в зеркале, ответила Лера. — А поехали ко мне? Выгрузим обои, в холодильнике есть шампанское, посплетничаем.

— Конечно, поедем! Я хоть посмотрю на ваше с Андреем гнездышко.

— Я только предупрежу его, — спохватилась Лера и, припарковавшись рядом с нужным подъездом, вытащила из сумочки телефон.

— Шампанское? Но сегодня же страстная пятница, Лера! Карина не переживет, если узнает, что пока она усердно читала молитвы и голодала, ты напивалась шампанским! — фыркал Андрей.

— Скажи ему, что мы вместе наклеим обои, — тихо подсказывала Лере Эля.

— Обои?.. Это ужас! Ну, ладно. В конце концов, это твоя территория. Ты хоть трубку не бери, если Карина будет звонить, — поморщился Андрей. — И никуда из квартиры в нетрезвом виде не выходить!

— Хорошо, — внимательно слушая нравоучения, смеялись Лера и Эля. Потом переглянулись и снова рассмеялись.

— Сходим сразу в магазин за добавкой? — спросила Эля.

— Сходим, — согласилась Лера.

Шампанское искрилось и шипело, обойный клей ложился на очищенные стены легко, и вся работа двух подруг была наполнена весельем.

— Николя теперь заведует кондитерским отделом в нашем ресторане. Он такой важный в поварском колпаке! — заливалась смехом Элеонора. — Даже пить бросил!

— А мне придется завтра идти на утреннюю службу в церковь, — размазывая клей по обойной полосе, морщилась Лера. — Представляешь?

— Нет, — озадаченно покосилась на нее Эля и залпом выпила шампанского из красивого хрустального бокала. — А ты сможешь?

— Андрей сказал, это обязательно. Я даже платок шифоновый сегодня купила.

— Смотри, чтобы у тебя истерика не случилась, — нахмурилась Эля.

— Не случится, — заверила подругу Лера.

После второй бутылки шампанского обои были наклеены, на стене появилась надпись яркой розовой помадой: «Территория свободы и независимости», а подруг переполняла счастливая гордость за свою дружную работу. Они уже помышляли открыть третью бутылку шампанского, чтобы как следует обмыть обновленный        интерьер мастерской, как вдруг в проеме кухни-столовой появился Андрей. От неожиданности Эля поперхнулась кусочком шоколада и начала икать.

— По-моему, ваш банкет окончен! — почему-то Андрей никак не хотел разделять их радость и отнял у невесты бутылку с шипящим напитком. — Эля, я вызову такси, а ты пока выпей воды.

— Но мы только что закончили клеить обои! — непонимающе хлопала ужасно пьяными глазами Лера. — Это просто необходимо отметить!

— Ты уже наотмечалась! На ногах не стоишь! — брезгливо поморщился Андрей и подтолкнул невесту к дивану. — Сядь и лучше не поднимайся, пока я не вернусь.

— Это нечестно! Ты лишаешь нас общения! — плюхнувшись на диван, канючила Лера.

— Какое общение, вы обе даже говорить толком не можете!

Такси приехало довольно быстро. Пока Андрей грузил икающую и виновато улыбающуюся Элеонору в машину, Лера обиженно сидела на диване. Она бы, может, и встала, но забыла, как это делается, поэтому продолжала сидеть на своем месте, скрестив руки на груди и болтая ногами.

— Пей! — всунул ей в руку стакан возникший из ниоткуда Андрей.

— Что это? — хмуро поинтересовалась Лера.

— Активированный уголь.

Она послушно приняла горсть черных шипящих на языке таблеток и отставила стакан в сторону. Шампанское понемногу отпускало.

— То, что вы наделали на лоджии, — это форменный