Берегись! Сейчас я буду тебя спасать - Ксюша Левина

– Тш… слышишь? – Глер открыл глаза. – Смотри…

От их рук по земле пошла трещина. С тихим шуршанием песок расходился и стремительно продолжал лопаться дальше, зазор становился всё длиннее и длиннее.

Трещина удалялась от Глера и Эммы, и те, переглянувшись, бросились за ней, так что только песок разлетался из-под ботинок.

– Она нас ведёт? – запыхавшись, спросила Эмма, еле ворочая языком от бега, жары и жажды.

– Видимо, да. Она не становится шире, только длиннее.

Трещина и правда, словно только для того и была нужна, чтобы указать путь, и в страхе перепутать её с другими, Глер с Эммой продолжали следовать за этой чёрной шуршащей змейкой, разбившей песок. Пока не замерли как вкопанные, едва не упав с крутого обрыва.

– Эм… – Глер уставился под ноги, балансируя на краю и расставив широко руки. – Она привела нас к морю?..

– Эй! Мы воду просили, – крикнула Эмма прямо в трещину, а потом села на край обрыва и свесила ноги. – И стоило бежать, я умру тут…

– Не умирай. Думаю, что это не всё…

– Снова молиться?

– Может…

Глер стал смотреть по сторонам и, подчиняясь одной только интуиции, снова зашептал молитву. Только теперь, завиваясь тонкими лентами, магия полилась из его рук, исследуя землю, словно стайка ищеек.

– Хах, – воскликнул Глер. – Эта магия мне нравится куда больше прежней.

– М-м? – Эмма повернулась и с интересом уставилась на Глера.

– Колодец. Пошли, наберём воды и во дворец!

Глава про дворец

– Что скажешь? – задумчиво произнесла Эмма. – Что стряслось? Ты не слышал ничего новенького?

– Нет, – он покачал головой. – Разве что фамилию тот дамы, что увезла магию в Траминер. Сэддиданс. Прежде чем попасть на “Гордость”, набрёл на одну лавку с древними книжками и там нашёл полуправдивую газетёнку, в которой разбирали детали того древнего дела.

– О, Глер, – Эмма закатила глаза. – ну а я по-твоему почему назвалась этой фамилией?

– Потому что… – медленно произнёс он. – Очевидно, тоже читала ту газетёнку, – и он пожал плечами, будто это было что-то очевидное сродни причинам, по которым ночью темно, а днём светло.

– Какие вы все… противные! – Эмма топнула ногой, и песок под подошвой пошёл трещинами.

С тех пор, как они с Глером объединили силы и почувствовали, на что могут быть способны, оба слабо контролировали свою магию. То и дело что-то невероятное происходило, о чём раньше даже не мечталось.

А ещё за ними теперь, как ручная змейка, следовала та самая трещина, что привела к колодцу. Оба решили, что это своего рода отклик земли на просьбу о помощи и решили за ней следовать ко дворцу.

– Что?

– Да бабушка это моя! Сколько повторять! Я – не шучу! Более того, докажу. Только доберёмся до места. Тут и идти-то осталось…

Идти и вправду осталось недолго, Эмма и Глер уже пересекали то, что некогда, вероятно, было дворцовым садом. Пустынная аллея, вероятно, была прекрасна когда-то, но теперь не отличалась ничем. Всюду виднелись холмики, в которых Эмма с ужасом угадывала останки людей. Грудой валялась покрытая песком карета и несколько лошадиных крупов, уже давно истлевших до костей, а потому провалившихся под тяжестью жёлтого покрывла, принёсшего смерть этому городу.

Эмма замерла перед этой картиной, а Глер развернул её к себе.

– Там будут люди, я полагаю… во дворце, – предупредил он.

Эмма кивнула.

– Я знаю, я готова. Только эти лошади… какой-то кошмар всё это. Поверить не могу! Целый город… Дети, животные, женщины, старики. Все погибли!

Дворец внутри был таким же, как и всё в этом городе, ибо стеклянный купол, бывший некогда крышей, провалился и ничто не могло спасти людей под ним.

– Интересно… были же, наверняка, подвалы, – вздохнула Эмма.

– Наверняка… только если кто-то выжил, кроме твоей бабушки…

– … Глер! Я не лгу!

Он усмехнулся.

– Если кто-то выжил, что ему мешало рассказать миру правду о гибели Пино? Всё, что мы знаем, – это стихия, захватившая несчастное королевство. Гибель народа, правительницы и исчезнувший артефакт, что возродился в Траминере, более слабым, но живым.

– Мы попросим нашего нового друга, – Эмма кивнула на змейку, – найти то, что нам нужно?

– Вероятнее всего, да, только… не хочешь осмотреться?

Глер прошёл по круглой зале, в которой, вероятно, когда-то встречали гостей, и попытался найти лестницы или двери. Только вот всё было так плотно забито песком, что следы их даже не угадывались.

– Да уж… те, кто спрятался в подвалах, там и умели, я полагаю…

– А верхние этажи?

Глер кивнул на выбитые двери, сквозь которые они вошли, и Эмма согласно поплелась на улицу.

Её охватывал ужас от этих видов, Совершенно беспомощное чувство утраты. Им никак не спастись, у них шансов не было… Никаких.

– Эти холмики… – протянула Эмма.

– Да, вероятно, это те, кто прыгал с верхних этажей.

Засыпанные песком могилы, созданные самой природой.

– Давай уже отыщем то, за чем пришли. И забудем всё это. Я очень надеюсь, что как только мы разгадаем эту последнюю загадку, всё встанет на свои места.

– А если нет?

– То что мы теряем? – усмехнулась она. – Подумай сам. Нас и так не ждут. Мы делаем это только для собственного успокоения.

Глер кивнул, наклонился к змейке и стал её просить о помощи, а Эмма пошла обратно во дворец.

Она представляла себе, как должно быть тут было красиво когда-то, какими были эти стены, витражи. В её воображении это было поистине райское место.

Эмма вышла на самый центр комнаты, под балконы, на которые выходила, должно быть, когда-то королева Пари, и посмотрела вверх, а потом прикрыла глаза.

“Что тут было, интересно?..” – подумала она, по старой привычке обращаясь к внутреннему Голосу.

“Неужели всё