Жена на одну ночь - Анастасия Князева

Я умолял ее объясниться. Просил сознаться. Рассказать, как все было.

Видит бог, скажи она тогда правду, назови имя того, кто помогал ей, я бы простил. Честное слово простил бы!

Но она не сказала.

До последнего защищала того, кто от нее отказался. Кто бросил, оставил на произвол судьбы. ..

Тогда я потерял ее окончательно. Свою сестру.

Понял — эта женщина не моя Рузанна.

Моей Рузанны больше нет.

И отпустил.

Навсегда.

– Не приезжай больше, – попросила она твердо. – И Сагаряну скажи. Я не хочу никого из вас видеть!

Прошло уже несколько месяцев. Суд вынес по ее делу обвинительный приговор. В совокупности с учетом всех обстоятельств дела ей дали шесть лет исправительной колонии.

Но даже тогда она не произнесла ни слова. Упрямо смотрела перед собой, погрузившись в задумчивость.

И лишь я один во всём зале понимал – она что-то скрывала. Нечто важное и... нехорошее.

Что-то, что до сих пор не дает мне покоя.

***

Выхожу в коридор и устало прислоняюсь к стене.

Меня трясет. Я уже не знаю, с какой стороны подступиться к этой девочке!

Безысходность сжирает изнутри, руки чешутся от желания что-нибудь сломать. Адреналин разгоняет кровь и кружит голову. Держусь из последних сил. Сам не понимаю, откуда их у меня столько.

Каждая встреча с Лианой, каждая секунда рядом с ней подобна испытанию. Жестокому и невыносимому.

Мне одновременно кайфово от того, что она рядом и больше не смотрит на меня обиженным ежиком и невыносимо от того, что мне постоянно хочется большего.

С одной стороны - чисто интуитивно я понимаю, что так и должно быть, она права, что держит меня на расстоянии и не подпускает ближе определенной точки. С другой - это все, ее улыбки, прикосновения, нежные мимолетные поцелуи, забота, создает очень опасную иллюзию для мужчины. Иллюзию, что эта женщина - твоя, а значит ты имеешь полное право взять ее в охапку и увезти куда глаза глядят.

Вот и сейчас, когда она, вся такая красивая и неземная, в теплом вязаном платье и домашних тапочках, ходит по моей гостиной и выбирает, куда приделать очередную мешуру, я не могу ни о чем другом думать. Кроме как поймать, усадить на колени и целовать. Целовать до тех пор, как не перестанет сопротивляться и скажет мне наконец долгожданное «да».

А вместо этого я сажусь на диван, включаю ноутбук и делаю вид, что работаю.

Скоро праздники, надо успеть довести до ума все текущие проекты. Не хочу, чтобы в эти дни меня кто-то дергал.

– Арс, посмотри. Хорошо получилось? – спрашивает Цветочек, приладив сверкающую змейку к каминной полке.

«Хорошо будет, если ты перестанешь от меня бегать и посмотришь правде в глаза» –проглатываю честный ответ и улыбаюсь.

– Да, очень, – говорю вслух совсем другое и откладываю «работу» в сторону. Все равно не могу ни о чем думать.

Пару секунд Лиана увлеченно составляет праздничную композицию, потом отходит и с довольным видом рассматривает свое творение.

Я же подхожу к ней и, прикрыв глаза, растворяюсь в ее женском, теплом запахе. Тело начинает покалывать от непреодолимого желания коснуться ее, почувствовать свою красивую девочку.

Я схожу с ума.

От нее. От ее постоянных отказов.

Или уже сошел.

Не знаю.

Но меня ведет.

И я уже ничего не могу с этим сделать.

Дожидаюсь, когда она повернется ко мне и перехватываю ее руки, врезаясь своим голодным пылающим взглядом в ее шокированный.

– Ар...сен, – произносит она с придыханием, опуская веер черных ресниц на рдеющие щеки. –Не надо...

Но мои пальцы уже чувствуют гладкость ее кожи. Чувствуют, как скачет пульс, как срывается дыхание...

Я читаю ее эмоции. Они – точное отражение моих. Один в один.

И я не могу остановиться. Тяну ее на себя, желая как можно скорее ощутить на губах вкус ее губ.

Пожалуйста, Цветочек, всего один раз. И ты поймешь, что сама этого хочешь. Что я нужен тебе так же, как нужна мне ты...

– Арсен, – выдыхает мне в губы, обжигая, стирая последние грани дозволенного. – Мы не...

Притянув к себе, впиваюсь поцелуем в горячие мягкие губы. И Лиана впервые очень осторожно мне отвечает. Секунду стоит в нерешительности, но тут же отмирает. Запускает пальцы в волосы, короткими ноготками впивается в мою шею и мычит что-то невнятное. Просит о чем-то...

Отстраняюсь от нее только через несколько минут, но не потому что не хочу. А потому что в штанах начинает болезненно пульсировать без всякого шанса на скорейшее облегчение. И чтобы не пугать ее больше и не форсировать события, я вынужден отступить.

– Ты необыкновенная, Лиан, – тяжело дыша, продолжая тонуть в ее сверкающих глазах. –Останься. Не убей больше от меня. Скоро новый год, и я бы хотел, чтобы мы встретили его вместе...

– Арс... – вздыхает она, краснея еще больше. – Я ведь уже говорила...

– Да, – вспоминаю ее слова. Они с Ксенией обещали Софии Михайловне, что тридцатого декабря будут у нее. Но ведь она даже со мной не посоветовалась! Не спросила, готов ли я отпустить ее - беременную, на шестом месяце, - одну в это богом забытое захолустье. А я против! Руками и ногами против. Не хочу, чтобы моя женщина была вдали от меня. Не хочу! – Но у меня в запасе есть еще целая неделя, чтобы переубедить тебя. Так?

Выжидательно вглядываюсь в ее глаза.

Лиана неуверенно кивает.

– Вот, – улыбаюсь. – И я сделаю для этого все возможное.

– Мурадян, ты неисправим.Честное слово! –возмущается моя любимая фурия, а я не могу скрыть довольной улыбки. Обожаю, когда делает вид, что злится, в то время как глаза выдают её с головой. В них всегда искрится счастье. – И как только меня угораздило связаться с таким, как ты?

– Не кори себя, Цветочек. Просто ты не могла устоять перед моим очарованием, – пытаюсь отшутиться. Она смешно морщится, вызывая во мне новую волну женлания. – Да, да, Лианочка! Именно так. А теперь идем. Твой мужчина проголодался и ужасно хочет есть.

– Тогда пусть он сам себе что-нибудь приготовит! – злится она.

Такая очаровательная!

Милый маленький щекастик.

Никогда раньше не думал, что беременность может так преобразить женщину. Если раньше Лиана была для меня пределом совершенства, идеалом женской красоты, то теперь я не могу на нее наглядеться.

Моя невероятная, сказочная девочка...

Моргаю, дабы отогнать наваждение и аккуратно обхватываю ее голову руками. Заставляю смотреть в глаза.