О красивом белье и не только - Дженнифер Эшли

– Боишься, что я помешаю вам заниматься сексом? – пожал плечами Тони. – Ну, это ты зря… Вы можете это делать столько, сколько вам захочется, а мне нужны только телевизор и пиво. Если хочешь, я могу сделать звук погромче…

Боже, как я ненавидела Тони!

– Между прочим, я пытаюсь переманить Ника на Кей-си-эл-пи, – продолжал хвастаться Тони. – Если бы мне это удалось, то мы бы ездили на работу втроем.

– Тони, у тебя, кажется, есть свой дом. Почему бы тебе не переселиться туда?

Тони грустно хмыкнул:

– Бренда, у тебя нет сердца. Ты хочешь отправить меня туда, где меня ждет верная смерть.

В четверг Ник, позвонив в студию, пригласил меня на ленч, и я так обрадовалась его звонку, что была готова тут же вскочить с кресла и мчаться к нему на всех парусах, чтобы поскорее обнять его, поцеловать, поиграть с ним в постели…

Мы с Ником встретились ровно в два часа. На нем был хлопчатобумажный пуловер с треугольным вырезом, и его шея из-за этого выглядела как-то особенно соблазнительно. Мне захотелось испачкать ее кетчупом, чтобы затем облизать.

Сейчас, правда, для этого было не самое подходящее время, и я постаралась переключить свое внимание на что-нибудь более прозаическое.

– Как поживает твой гость? Ник устало улыбнулся:

– Отлично. Он помогает мне убираться на кухне, но его почему-то невзлюбила миссис Панкхерст.

Я сразу представила, как соседка Ника в упор смотрит на Тони Била и неодобрительно покачивает головой.

– Я тоже ей не нравлюсь.

Ник удивленно посмотрел на меня:

– Нет, нравишься, она сама мне сказала и даже назвала тебя миленькой.

– Правда? Все равно неодобрение миссис Панкхерст мало что значит для Тони, и вряд ли это заставит его уехать из твоего дома.

– Согласен. – Ник вздохнул. – А знаешь, почему я не выгоняю Тони? Мне его жаль. И потом, он боится не зря: его ведь действительно преследуют.

– Кто? Тим? Если бы Тим хотел разыскать Тони, то наверняка стал бы его поджидать около студии, но скорее всего он давным-давно уехал из города.

Ник покачал головой.

– Вчера я предпринял попытку отправить Тони домой, и тут выяснилось, что на крыльце кто-то стоит и поджидает его. Было слишком темно, но когда я подошел к дому, странный гость сразу шмыгнул в кусты. А еще мы нашли там пустые бумажные пакеты от гамбургеров и одеяло – такое впечатление, что кто-то разбил лагерь около дома Тони.

– Может, это просто бездомный, – предположила я. Ник покачал головой.

– Мы вызвали полицию, и полицейские осмотрели все окрестности, но так и не смогли никого найти.

Я вздохнула. Какой все же этот Тони глупый!

– А почему бы ему не пожить пока в отеле?

– Он говорит, что не любит отели и только в моем доме чувствует себя в безопасности.

Я фыркнула:

– Еще бы – ты так хорошо умеешь готовить! Удивляюсь, что он до сих пор еще не женился на тебе.

– Он предложил, но я отказался, – сказал Ник и с усмешкой посмотрел на меня.

– Да, повезло Тони…

Ник покончил со своим гамбургером и вытер руки салфеткой.

– Тебе тоже. Ты можешь переехать ко мне в любое время.

– Пока Тони у тебя, ноги моей в твоем доме не будет, – заявила я.

Ник замер.

– Это предлог?

– Какой еще предлог?

– Так ты элегантно собираешься поставить точку в наших отношениях, да?

– Не собираюсь я ставить никаких точек. – Мой голос дрогнул.

В этот момент подошла официантка и оставила счет. Я тут же протянула руку, собираясь взять листок, но Ник оказался проворнее.

– Я хочу сама заплатить за себя. – Мне вдруг отчего-то сделалось неловко.

– Нет. – Ник расправил плечи. – Ты моя женщина, а я еще в состоянии заплатить за пару гамбургеров.

– Мужской шовинизм. – Я помешала соломинкой чай и попыталась утопить плававший на поверхности кусочек лимона. – Полагаю, теперь ты ожидаешь, что я немедленно отдамся тебе.

Ник заулыбался, холодность в его глазах уступила место нежности.

– Да, именно этого я и ожидаю. Прямо сейчас.

Я провела языком по верхней губе. Время от времени мы ссоримся с Ником, и это меня огорчает, но зато потом мы миримся и занимаемся тем, с чем у нас всегда все в порядке. Боже, как хорошо было бы прямо сейчас поехать к Нику, подняться к нему в спальню и… Правда, дом Ника оккупировал Тони, но мы могли бы отправиться ко мне. Ах нет – там сидят Кларисса с Дэвидом и смотрят друг на друга влюбленными глазами… Боже, что за напасть!

А что, если снова попытаться воспользоваться яхтой моего отца? Впрочем, мать и Джерри могли прийти туда в любой момент. К тому же после скандала, разразившегося на Пасху, с этой посудиной у меня теперь были связаны довольно неприятные ассоциации.

Я вздохнула:

– Может, нам просто отправиться в какой-нибудь гостиничный номер?

Ника, казалось, заинтересовало мое предложение.

– А что, отличная идея.

– Отличная? Я просто пошутила.

– А я так вовсе не шучу. – Ник достал деньги и положил их на стол рядом со счетом. – Завтра в шесть я за тобой заеду, а ты надень что-нибудь сексуальное. – Он улыбнулся. – Впрочем, что я такое говорю: ты всегда выглядишь чертовски сексуально!

– Ладно, идет. Ты поведешь меня в грязный гостиничный номер, и там я буду грязной девчонкой.

– Прекрати немедленно, а то у меня не хватит сил уйти отсюда.

Я покачала головой:

– Бедняжка Ник. – Подойдя к нему, я прошептала ему на ухо, что хотела бы прямо сейчас с ним сделать.

Ник бросил на меня быстрый взгляд из-под пушистых ресниц:

– Ах вот как ты собираешься поступить со мной?! – Он прищурился.

– Люблю тебя! – Я чмокнула его в щеку, потом помахала рукой и зашагала к выходу.

Взявшись за ручку двери, я все-таки оглянулась назад: Ник пристально смотрел на меня, и в его глазах читались любопытство, удивление и желание.

Потом я села в машину, и, пока ехала, самые разные мысли крутились в моей голове. Неужели я действительно хочу прожить рядом с Ником всю жизнь?

Кажется, я уже почти готова сказать «да».

Грязный гостиничный номер, в который Ник повез меня на следующий день, оказался номером люкс в одной из самых дорогих гостиниц Сан-Диего на берегу залива. На первом этаже отеля располагался гигантских размеров вестибюль с мраморными колоннами и фонтанами, по которому сновали горничные, посыльные и еще какие-то служащие в форменной одежде.