Старший брат моего жениха - Лина Манило

Кира

Кручу в руке эту несчастную визитку, размышляю о том, куда лучше поехать. Может быть, он в магазине? Вспоминаю, что у меня остался в телефоне номер “Покрышкино” — почти сразу после знакомства Егор дал мне его.

Все-таки от Егора и польза какая-то получилась.

Лихорадочно мотаю ленту контактов, ищу нужный, но, как оказывается, зря пыжилась — на той стороне зловещая тишина. Ну вот почему я такая недоразвитая? Почему у Руслана номер телефона не взяла?!

Снова перебираю контакты. Задумчиво, особенно ни к чему не приглядываясь — машинально, лишь бы руки чем-то занять, но вдруг что-то привлекает внимание. Что-то, чего раньше в моей телефонной книге не было.

Контракт под именем… Любимый и единственный.

Я совершенно ничей номер так не “обзывала”! Даже Егор всегда был — просто Егор, а тут…

Смех душит меня, и я не сдерживаюсь: хохочу во все горло, словно мне смешинок в рот насыпали. Когда Руслан только успел? Пока я спала? Ну вот что за невероятный мужчина? “Любимый и единственный”, надо же.

Звонить почему-то страшно. Сама не знаю, отчего такой внутренний трепет испытываю — трепет, от которого у меня даже пальцы на ногах подрагивают. Ёрзаю на лавочке, а по коже волна жара проходится. У меня, похоже, все симптомы любовной лихорадки на лицо, даже ладошки потеют, стоит только подумать о Руслане.

Я не знаю, почему Руслан не выполнил свое обещание, не приехал за мной. И мне бы, наверное, нужно обидеться, поплакать даже можно, пожалеть себя, Наташке пожаловаться. Так же разочарованные и обманутые делают, да? Но разве мужчина, который не хочет больше видеть девушку, который пропадает с горизонта специально, заносит “втихаря” свой номер в ее телефон? Да еще и подписывает таким образом?

Нет, нет и нет. И чтобы это понять, хватает даже моего очень скромного опыта.

Руслан не такой, как Егор. Он честный, он откровенный. Может быть, я наивная дурочка, но мне не верится, что за его пазухой сложены камни, которыми он рано или поздно разобьет мою душу и веру в него.

Шумно выдыхаю, бросаю бесполезные размышления, как камень в быструю реку, и нажимаю кнопку вызова. Тишина, потом щелчок, и следом безжизненный и абсолютно равнодушный механический голос сообщает, что абонент вне зоны доступа и прочую чепуху, которую я уже не слушаю.

Что-то случилось! Точно что-то произошло, потому Руслан и пропал.

На дворе тьма позднего вечера, студентов вокруг все меньше и меньше — лишь вдалеке слышатся приглушенные взрывы хохота, а меня аж потряхивать начинает от волнения и мрачных мыслей. Почему он не приехал? Где он? Отчего телефон выключен? Столько вопросов, что голова в любой момент лопнуть может.

В одно ухо маленький чертенок нашептывает, что он с другой девушкой. Может быть, снова с какой-то из Виолетт. Честно, мне совсем не хочется слушать этот ехидный писклявый голос, провоцирующий меня на глупые обиды. Уйди, мерзкий подстрекатель!

Я даже ногой притопываю, будто бы действительно пытаюсь отогнать реальное существо. И голос затихает, но вместо него приходит другой: занудный и гнусавый какой-то. И его слова еще хуже, честное слово.

“Ты скучная, и Руслан наконец-то понял это. И секс скучным был — ты ж ничего не умеешь. Понятно, что такой опытный мужик свалил в туман. Одумался, вот и свалил”.

“Иди нафиг”, — шиплю и встряхиваю головой.

Вскакиваю на ноги, закидываю сумку на плечо и нахожу в телефонной книжке номер службы такси. Чем дольше буду тут сидеть, тем больше глупых мыслей в голове сформируется. И пусть я не знаю, куда мне ехать, но это неважно — есть дом, клуб “Пятница”… найду. Пусть даже все сбережения потрачу, но найду. В тот раз ведь получилось?

А есть еще больницы и морги, но об этом я тем более думать не буду.

Милая девушка-диспетчер просит пять минут подождать синий Фиат и, вежливо прощебетав слова прощания, отключается. Я же принимаюсь мерить шагами пятачок стоянки. Сейчас приедет такси, я найду Руслана и предупрежу о Виталике. Совсем он мне не понравился — до икоты странный тип. Такой обходительный, культурный, галантный даже в чем-то, но я никогда о нем от Егора не слышала. Какие у них могут быть общие дела? Криминал, что ли?

Да быть не может! Он, конечно, подлец, но Егор и криминал? Не верю, тут что-то другое, что-то очень личное. Только вот что?

Минуты тянутся преступно долго, растягиваясь в какую-то вечность. Визитка жжет пальцы, тяжелые мысли заваливают собой, будто бы с горы оползень сошел. Неизвестность убивает, и я морально готовлюсь к любой правде, лишь бы живой был.

Вдруг телефон в руке пиликает, вибрирует как-то особенно жалобно — вот это у меня фантазия расшалилась! — и на экране загорается оповещение о входящем сообщении.