Его несносная пастушка - Лора Вайс

Весь следующий день ушел на поездки и сборы. Диплом забрала, по магазинам пробежалась. Как сказал Роман Петрович, рабочую форму выдадут на месте, с собой нужно иметь лишь самое необходимое. Так что, необходимое разместилось в чемодане и дорожной сумке.

К вечеру все было готово к большому и малоприятному путешествию. Как ни крути, а делить квадратные метры с десятью ей подобными особями — воистину испытание, но кто знает, возможно, за усердную работу Илишев и смилуется — отпустит раньше положенного, посему придется убирать навоз с особым усердием. Но перед сном Алиса не сдержалась, отчего несколько слезинок скатились на подушку. Нахлынуло что-то… Это она сейчас храбрится, ищет положительное в, по сути, наисквернейшей ситуации, но как будет на самом деле одному богу известно, а будет скорее всего сложно. Жизнь ее к такому однозначно не готовила. Еще как назло мама позвонила, поделилась радостью — в саду лилии с ирисами зацвели, теперь их беседка, что располагалась по центру цветочного Эдема, походила на нечто сказочное. Ох, как же Алисе нравилось пить чай в этой беседке по вечерам, а еще мечтать о счастье с любимым мужчиной. Теперь ни мужчины, ни вечернего чая, ни аромата цветов.

Утром проснулась от навязчивой мелодии будильника, и понеслось — душ, завтрак, сборы, десятиминутный аутотренинг на тему «жизнь фермой не заканчивается» и вызов такси. В какой-то момент Алиса вообще подумала рассказать родителям все как есть, но быстро поняла, что погорячилась. Это она накосячила, ей и расхлебывать. Не маленькая уже, пора нести ответственность за свои поступки.

Квартиру Алиса покидала с таким чувством, будто едет не в Подмосковье, а на Север, где ни связи с цивилизацией, ни врачей, ни еды нормальной. С таким же чувством провела всю дорогу, правда, к безнадеге еще добавилось дикое нежелание видеть хозяина Фермерского дара. Господин Илишев настолько отталкивающая персона, что в его присутствии хочется, как минимум, лечь и притвориться мертвой. Вообще удивительно, почему именно такие обнаглевшие звероподобные хамы, мнящие себя пупами земли, занимают столь высокие посты? Они орут на подчиненных, ни с кем не считаются, живут в полном отрыве от реальности. Вот откуда такая несправедливость? Неужели нормальные адекватные люди, уважающие себя и других, неспособны вести дела?

— Приехали, — раздался голос водителя спустя три часа.

Да уж, приехали. Алиса вышла из машины, вытащила багаж и уставилась на высокие глухие ворота. Заключенная Мурашкина прибыла и готова мотать срок!

— Алло, Роман Петрович! Добрый день, — набрала управляющего. — Это Алиса. Я приехала и вот… стою тут… у ворот.

«— Алисочка! Здравствуйте, здравствуйте! Сейчас подойду, никуда не уходите»

Смешно, ага. Куда здесь уходить-то? В поле бежать? Седлать корову и с криками «свободу пролетариату» мчаться на Москву?

Через минут двадцать наконец-то появился Роман Петрович.

— Хорошо добрались? — улыбнулся слишком уж по-отечески.

— Да, — слегка засмущалась от такого напалма радушия.

— Ну что ж, идемте, провожу вас в ваш новый, пусть и временный, дом.

К счастью в новом временном доме сейчас никого не было.

— Прошу, — довел девушку до кровати, расположившейся вдоль стены, — ваше койко-место, тумбочка. Часть вещей можете убрать в шкаф, — указал на дверь с табличкой «Гардеробная».