Одержимость. Книга первая - Анастасия Шерр

Ворохов теряет связь с реальностью от прилива адреналина.

«Откуда же ты взялась такая сладкая? Всю жизнь бы тебя трахал!»

Внезапно в сознании всплывает её улыбка, подаренная не ему, а сопляку, что по какому-то глупому стечению обстоятельств считает себя её парнем.

Его рука непроизвольно сжимается и понемногу всё происходящее начинает отрезвлять Кинчеву. Девушке доставляют боль его животные ласки.

— Мне трудно дышать, — хрипит она, но Илья не собирается отпускать её.

— Чтобы я больше не видел тебя с ним, а то убью нахрен! — взгляд Ворохова становится сумасшедшим.

Арина упирается в его грудь руками, пытаясь оттолкнуть от себя мужчину. Илья убирает руку с её шеи и жёстко сжимает пальцами подбородок, заставляя этим самым смотреть в его сверкающие глаза.

Несколько резких толчков и он наваливается на девушку всем телом, содрогаясь в конвульсиях оргазма.

Раздался стук в дверь и Ворохов, встав с кровати, поднял с пола брюки.

— Прикройся, я сейчас.

Он пошёл к двери, а Арина натянула на себя одеяло и свернулась «калачиком».

«Блин, Серёжка… прости меня…».

Тут же ощутила растущее чувство вины и панику. Было уже поздно. Но страх быстро занял собой все её мысли. Ей надо было ехать домой. Немедленно.

Илья поставил поднос с едой на столик и повернулся к Кинчевой, которая впопыхах собирала свою одежду.

— Не понял, — мужчина удивлённо уставился на неё, — Ты куда-то торопишься?

— Мне домой надо… Завтра на работу, — она заставила себя улыбнуться.

— Нет, так не пойдёт, — он выдернул из её рук юбку и бросил предмет одежды на кресло, — Завтра у тебя выходной. Не волнуйся, я обо всём договорюсь с твоим начальством.

— Спасибо, но я не нуждаюсь в вашей опеке, — слишком грубо, как бы не поплатиться за такую дерзость, учитывая то, что совсем недавно он держал её за горло.

— Маленькая, ты что испугалась? — Илья притянул девушку к себе, — Ну прости ты меня дурака, я не хотел тебя обидеть. Приревновал просто. И прекращай уже мне «выкать».

Арина опешила.

Удивительно! Он приревновал её к её же парню!

— Не молчи. Ну скажи мне, разве тебе не понравилось? Разве с ним тебе было так же хорошо?

Она молчала. А он был прав. Её пугало то, что этот наглый бандит так сильно ей нравится. Его грубая манера общения, жуткий шрам, угнетающий взгляд карих глаз, а его рост под два метра! Да будь она хоть немного адекватной, бежала бы, сломя голову. Увы…

— Ну вот и ладненько. Пойдём — выпьем, поболтаем. Сейчас халат тебе принесу, — Ворохов потрепал Арину за щёчку и отправился в ванную.

— А чего уж там, можно и выпить, — девушка смотрела на широкую спину Дьявола, что лишил её ангельских крыльев, утаскивая за собой в адское пламя.

Их разгорячённые, часто дышащие тела сплелись в одно. Мужчина ласково играл со светлыми волосами девушки, голова которой покоилась на его груди.

— Ты мне нравишься, Ариш, очень. Не знаю, что происходит, но я будто с ума сошёл.

— А Ирка сказала, что девчонки в очереди за твоим вниманием стоят, — хихикнула Аринка.

— Да прекрати, кому нужен такой страшный дядька, — Илья шуточно укусил девушку за плечо, чем вызвал новую порцию задорного смеха.

— Ничего ты не страшный. Скорее, грозный, я бы сказала, — она уткнулась носом в его шею, вдыхая мужской парфюм, — И пахнет от тебя очень приятно.

Ворохов перевернулся так, что Арина тут же оказалась под ним.

— Ты моя? — он заглянул в голубые глазки. Пусть думает, что у неё есть выбор.

— Так, мне пора собираться домой, там Цветочкина уже с ума сходит, — Кинчева заёрзала под ним, пытаясь выбраться из стальной хватки, но Илья лишь крепче прижал её к кровати.

— Никуда не пойдёшь, пока не ответишь на мой вопрос. Ты моя девочка? — его лицо стало серьёзным, а взгляд холодным и опасным.

— Я не знаю, что сказать, — честно призналась Арина, — С одной стороны мне очень хорошо с тобой, но с другой…

— Что не так, малыш?

— Я ведь почти ничего о тебе не знаю.

— Это не проблема. Я расскажу тебе. Но сначала, хочу услышать ответ на свой вопрос, — его пальцы крепко сжали обнажённую грудь Аринки.

Девушка вздохнула.

— Ой, ну ладно! Я твоя! — похоже, для неё это была игра, о всех реалиях которой она пока не догадывалась.

— В таком случае, тебе придётся немного изменить свои жизненные взгляды, — Ворохов скатился с девушки.

— Так, а что это значит? — теперь уже Арина вскарабкалась на широкий торс Ильи.

— Ну, это по ходу дела определим, а для начала, чтобы больше я не видел рядом с тобой никого, кто носит член в штанах.

— Ага, значит Цветочкина остаётся — снова отшутилась Кинчева, — Хотя, она иногда говорит, что у неё «стальные яйца». Это считается?

Ворохов покачал головой. Ребёнок — он и есть ребёнок.

— Ладно, а как на счёт твоей биографии?

— Ворохов Илья Андреевич, родился пятого января одна тысяча девятьсот восемьдесят второго года, в городе Москва — отрапортовал Ворохов, — В семье учительницы русского языка и слесаря третьего разряда.

— Так, а дальше? — на полном серьёзе расспрашивала Аринка, поглаживая пальчиками его грудь.

— Да, в принципе, ничего особенного. Выучился на бухгалтера, попробовал найти работу по профессии, но быстро понял, что не моё. Позже занялся кое-каким бизнесом. В общем, рутина это всё, не интересно это тебе будет, — конечно же, Ворохов не стал во всех красках расписывать свои рэкетирские будни в конце лихих девяностых.

— Ты же депутат сейчас? А почему говорят, что ты бандит?

— Малыш, это не женские дела. Не стоит тебе забивать голову всякими глупостями.

«Значит всё-таки бандит», — подумала Арина, но предпочла не озвучивать свои догадки.

— Братья, сёстры?

— Был брат-близнец. Погиб. Вскоре, родители тоже умерли.

— Извини…

Кинчева замолчала. В принципе, она узнала всё, что её интересовало, но в то же время — абсолютно ничего. Этот мужчина оставался для неё загадкой.

Сейчас же, она тщательно изучала его внешность, которая уже больше не казалась ей отталкивающей. Коротко остриженные тёмно-русые волосы, лёгкая небритость, густая растительность по могучему телу. Хорошо развита мышечная масса, хоть и без пресловутых кубиков пресса, но заметно с первого взгляда, что мужчина регулярно посещает спортзал.

И лишь одна деталь до сих пор наводила на Кинчеву тихий ужас. Звериный оскал на его шее.