Брызги шампанского - Венди Хоулден

Перед самым обедом у нее на столе пронзительно заверещал телефон.

– Алло, «Блеск», – скрипя зубами, промолвила Джейн, как это бывало пятьдесят раз на дню, когда она произносила эту идиотскую фразу.

– Джейн, это Тэлли, – далекий приглушенный голос донесся, казалось, со дна глубокой шахты. Телефонную линию в «Маллионзе», особняке в неопределенном стиле, в котором предки Тэлли жили в течение четырех столетий, не трогали, по меньшей мере, со времен царствования деда королевы Елизаветы. – Пожалуйста, скажи, что ты свободна в эти выходные! – Даже несмотря на ветхие перекрученные провода, в голосе Тэлли явственно слышались нотки отчаяния. – Я приезжаю в Лондон. Мне необходимо с тобой встретиться. Мы должны поговорить…

И тут же, словно дряхлый немощный актер, все еще сохранивший тонкое умение правильно выбрать время, телефон в «Маллионзе» приказал долго жить.

О чем поговорить? Тэлли попала в беду? Неужели она беременна? Мысленно перебрав всех работников «Маллионза», Джейн быстро всех отмела. Их было всего двое, из них лишь один мужчина – садовник Питерс, выполнявший также обязанности дворецкого, причем нередко не отмыв как следует руки.

Так или иначе, все объяснится в воскресенье, если только Тэлли удастся вторично связаться с ней и договориться о встрече. Несколько повеселев, Джейн пошла к факсу отправлять Фредди Фраю, обозревателю ресторанов, правленую корректуру его странички. Даст бог, больше в ней нет опечаток. Уши Джейн все еще горели от предыдущего разговора.

– Это же просто немыслимо! – бушевал Фрай. – Только посмотри на второй абзац. Туда, где говорится о «сое по-польски»!

– Мм? – промычала Джейн, недоуменно глядя на эту строчку, вызвавшую такой переполох. С ее точки зрения, фраза была набрана без ошибок.

– Соя по-польски! – гремел известный своей грубостью Фрай. – Что такое, черт побери, соя по-польски? Там должно быть «соус посольский», стадо слабоумных!

Факс, загудев, начал отправлять корректуру Фраю. Джейн стояла у стола, рассеянно перебирая выплюнутые из машины свитки. Среди них лежало письмо, написанное Джошем. Джейн от нечего делать пробежала его глазами, но после первых пяти слов ее сердце стиснула паника.

– Нет! – ахнула она.

Адресату этого письма предлагали вести постоянную колонку в журнале, не только обещая любую помощь по редактированию, но и аванс размером в тысячу фунтов. Оно было адресовано Ш.О.В.С. Ди-Вайн.

Значит, вот она, новая ослепительная штучка! Великая Мысль, которая позволит поднять до небес тираж и завоевать звание «Лучший журнал года»!

– Скажи, что ты пошутил! – воскликнула Джейн, врываясь в кабинет к Джошу с листком в дрожащей руке. – Шампань Ди-Вайн! Эта глупая заносчивая дура! Тэра Палмер-Томкинсон, по крайней мере, умеет писать. И весьма неплохо, – добавила Джейн, хотя это признание далось ей нелегко.

– Верно, – согласился Джош. – Но Шампань будет писать еще лучше. Разумеется, с нашей помощью. – Он улыбнулся. – Но мне будет нужна не жалкая колонка размером с то, что делает старушка Тэра. Я хочу нечто кричащее, оглушительное.

– Ну уж этого ты добьешься, – поджала губы Джейн.

– Я хочу иметь целый разворот искрящейся пены, посвященной высшему свету. – У Джоша загорелись глаза. – Каждый месяц полторы тысячи слов, остроумных и отполированных до блеска. Пусть лучше будет четыре страницы. Ты с этим справишься.

Джейн заморгала.

– Я? Почему я? Я не могу похвастаться знанием блестящей светской жизни!

– Ну вот, ты сама призналась, – зевнул Джош, вытягивая к потолку холеные руки. – Но если честно, как говорим мы, комедианты, я уже обо всем договорился с Шампань. На твою долю выпадет пустячок – время от времени встречаться с ней. Спрашивать у нее, где она была, кого видела и, лучше всего, с кем спала. И все это записывать. Другими словами, вести ее дневник. – Он помолчал. – Замечательно, ты не находишь?

– Потрясающе, – обреченно произнесла Джейн.

– А я полагал, ты от радости подпрыгнешь до потолка.

– Скорее выпрыгну в окно, – отрезала Джейн. Сознавая, что выбора у нее нет, она внутренне застонала. Ник очень повеселится, услышав об этом.

– Я даже придумал заголовок, – торжествующим тоном продолжал Джош. – Как тебе нравится: «Брызги шампанского»?

– Мы станем посмешищем всей Флит-стрит,^[3] – в отчаянии пробормотала Джейн.

– Чепуха! Это именно то, что требуется «Блеску». «Шик» будет повержен на обе лопатки. Чего нам опасаться? – Джош радостно захлопал в ладоши, сверкая покрытыми бесцветным лаком ногтями. – Шампань фантастически шикарна, и у нее огромные груди. Убийственное сочетание, ты не находишь?

Те же самые слова она сама утром сказала Нику. В душе у Джейн все оборвалось.

Пусть Ник относился с неизменным презрением к журналистской работе Джейн, но попытка связаться с Шампань Ди-Вайн – это уже превосходный образчик высококлассного репортерского расследования.

Джейн обрадовалась было, узнав, что у Шампань контракт с крупной международной компанией «Тафф Пи-Ар», занимающейся проблемами связей с общественностью. НО ее радость длилась недолго: как выяснилось, деятельность «Тафф» ограничивалась участием в составлении контракта между Шампань и журналом и заботой о своевременности выплат гонораров. Еще меньше толку было от бесконечно наглого и вульгарного типа по фамилии Саймон, в чьи обязанности, похоже, и входило блюсти интересы Шампань.

Оба телефонных номера, которые Саймон сообщил Джейн, оказались совершенно бесполезными. По одному прокручивалось неразборчивое сообщение автоответчика, обрывавшееся на середине, другим же был переполненный ящик голосовой почты.

– И как, по-вашему, я должна связаться с Шампань? – спросила у Саймона выведенная из себя Джейн. – Посредством телепатии?

– Послушайте, я окажу вам одну услугу, хорошо? – загадочно ответил Саймон. По-видимому, с самого начала надо было прибегнуть к решительному натиску. «Тафф Пи-Ар» начинала шевелиться, только прижатая к стенке. – Сегодня Шампань будет сниматься для иллюстрированного журнала. Предлагаю отправиться в фотостудию. Вам придется вести себя очень тихо. Я боюсь, как бы Шампань не смутилась перед незнакомыми людьми – у нее ведь первый крупный контракт.

Джейн была удивлена. На ее взгляд, Шампань Ди-Вайн ну никак нельзя было назвать застенчивой. По крайней мере, судя по бульварной прессе, наглости светской красавицы хватило бы на добрую сотню танцовщиц из «Мулен-Руж».

Фотостудия располагалась в помещении бывшего склада в районе порта. На двери в блистательный мир Шампань Ди-Вайн оно было мало похоже. Убогий, тускло освещенный коридор, напоминавший больничный, привел Джейн в крошечный кабинет. В обшарпанном кожаном кресле с высокой спинкой сидела спиной ко входу девица, громко разговаривавшая по телефону. Судя по голосу, а также по застиранным голубым джинсам, Джейн заключила, что это секретарша студии. Она присела на потертый диван, дожидаясь, пока секретарша закончит разговор, и гадая, где сама Шампань. Джейн очень волновалась при мысли, что ей предстоит встреча с живой бомбой. Особенно если учесть, что сама Джейн чувствовала себя разбомбленным клочком земли.