Как рождается любовь - Кейт Доули

Сьюзен улыбнулась и покачала головой.

– Дайте ему время, и он возьмется за ум.

– Сколько же ему нужно времени? – спросила Тина. – Ты ведь знаешь, что он с трудом окончил университет. И не потому что не хватает ума, чтобы учиться, ума как раз с избытком. Дэниел то сорвется нырять с аквалангом в поисках какого-то мифического корабля, то отправится на Эверест фотографировать эдельвейсы… Как он вообще получил диплом, ума не приложу!

– Но получил же! – Сьюзен спокойнее всех относилась к чудачествам Дэниела. – Я бы предпочла, чтобы и Джоанна хоть немного была похожа на отца. Мне вообще иногда кажется, что она твоя дочь, Тина.

– Это еще почему?

– Слишком серьезная для своих лет. Ты знаешь, что ей предложили остаться при университете на должности преподавателя, чтобы она в ближайшие пять лет защитила докторскую степень?

– Докторскую?! – поразилась Тина.

Сьюзен кивнула.

– Я еще не говорила об этом Джозефу. Он будет вне себя от ярости.

– Джоанна хочет остаться в Англии?

– Еще бы! Это ведь такой шанс.

– Джозеф ни за что не позволит ей, – уверенно сказала Тина.

– Я понимаю. И просто не знаю, что мне делать в этой ситуации! С одной стороны, Джоанну отправили туда учиться, чтобы потом она могла возглавить «Экстрим-тур», но, с другой стороны, такой шанс выпадает только раз в жизни. Нельзя его упустить.

– И что ты будешь делать?

– Как всегда буду буфером между Джоанной и ее отцом. – Сьюзен развела руками. – Уж лучше бы она ныряла с аквалангом! Это увлечение Джозеф, по крайней мере, способен понять.

– Джоанна умная и хорошая девочка…

– Конечно, умная и хорошая! Но я бы предпочла, чтобы она была чуть-чуть глупее и хуже. Шансы умной женщины выйти замуж ничтожно малы!

– То есть? – не поняла Тина.

– Все просто: умная женщина способна заранее представить, чего можно ожидать от мужчины. Тот Джон, с которым ты встречалась до свадьбы, очень похож на Джона, с которым ты живешь уже почти двадцать пять лет?

– Не очень, – честно призналась Тина.

– Если я тебя сейчас спрошу, вышла бы ты за него замуж, если бы знала, какой он на самом деле, ты, конечно, ответишь «да».

– Да. Каким бы он ни был, я люблю его. Конечно, у нас были трудности, но у кого их нет?

– А теперь представь, что тебе двадцать с небольшим лет и ты заранее знаешь, с чем тебе предстоит столкнуться.

Тина замолчала. Через несколько секунд она удивленно посмотрела на подругу и сказала:

– Я бы долго думала. Наверное, все же согласилась бы, но…

– В том-то и проблема! – наставительно сказала Сьюзен. – А ко всему прочему Джоанна еще и очень хорошая, как ты правильно заметила. И из-за этого Джоанна даже не погуляет в юности как положено. Руку даю на отсечение, что она ни разу не была в ночном клубе.

– Мне кажется, ты перегибаешь палку, – мягко возразила ей Тина. – Джоанна одна, очень далеко. Наверняка у нее есть друзья и знакомые, которые вытащит ее из-за книг на какую-нибудь вечеринку.

– Джоанну невозможно заставить сделать что-то, чего ей делать не хочется. Вечеринки вне ее сферы интересов.

– Да, они с Дэниелом совершенно разные люди, – согласилась Тина.

– Понятия не имею, как Джон и Джозеф представляют себе их брак, – вздохнула Сьюзен.

– Но, может быть, подростковые обиды уже забылись? Они ведь взрослые люди. Думаю, когда они встретятся, все будет по-другому.

Сьюзен усмехнулась.

– Не хочется спорить, да еще и по такому поводу, но не пройдет и пяти минут с момента их встречи, как они сразу же начнут ссориться! Эта парочка не может спокойно существовать рядом. Мне иногда даже кажется, что они друг друга ненавидят.

– Может быть, они просто еще не понимают, что на самом деле чувствуют друг к другу? – предположила Тина.

– Увидишь на приеме, – повторила Сьюзен.

Джоанна скучающе посмотрела на свое отражение в зеркале. К чему весь этот маскарад? Неужели мама не понимает, что все это смотрится на ней как на корове седло? Хрупкую Джоанну вряд ли кто-нибудь назвал бы коровой, но вечерние платья носить она не умела, как ни старалась Сьюзен. Лучше всего Джоанна выглядела в потертых джинсах и бесформенных свитерах. В них, по крайней мере, она была естественна.

Невыразительные черты лица, бледная кожа, волосы до плеч – темные, но с каким-то странным сероватым оттенком, глаза светло-карие: конечно, Джоанну нельзя было назвать коровой, но вот серой мышью вполне.

Сьюзен очень старалась сделать из дочери если не писаную красавицу, то хотя бы очаровательную девушку. Она долго подбирала платье и аксессуары, но сейчас поняла, что все зря. Атласное платье нежно-кремового цвета приятно сочеталось с бледной кожей Джоанны, цвет глаз мог бы стать глубже, а убранные в высокую прическу волосы отливать платиновым оттенком, нужно было совсем немного, чтобы Джоанна захотела стать красивой. Но ей было совершенно безразлично, как она выглядит.

– А когда Маи вернется из отпуска? – спросила Джоанна, пытаясь справиться со шпильками. Она очень скучала по родителям, но не меньше скучала и по меланезийке Маи, которая работала в доме Эшлеров сколько Джоанна себя помнила.

– Обещала через пару недель. Она очень расстроилась, что не сможет встретить тебя, но сама понимаешь, болезнь брата – дело серьезное.

– Конечно! – Шпильки категорически отказывались повиноваться Джоанне. – Мам, давай больше не будем пытаться сделать из меня фарфоровую куклу, – попросила она, устав от этой борьбы.

– Но, милая, – скорее для виду попыталась поспорить с дочерью Сьюзен.

– Ты ведь знаешь, что из этого ничего не получится.

– Может быть, ты еще потребуешь вернуть тебе эти ужасные джинсы? Сколько лет назад ты их купила? Десять?

– Мамуль, не начинай снова. – Джоанна поморщилась. Она поправила прическу, смотревшуюся просто глупо, и неумело взялась за тюбик с помадой.

– Возьми-ка лучше блеск, – предложила Сьюзен. – Все равно ты не сможешь как следует положить помаду на губы. Да и не нужно это…

Джоанна с благодарностью посмотрела на мать.

– Скажи, разве тебе никогда не хотелось быть красивой? – спросила Сьюзен.

– Я всегда знала, что далеко не красавица, и ты это знала, – ушла от ответа Джоанна.

– Макияж, хороший парикмахер и удачно подобранная одежда может превратить любую женщину в красавицу. Твоя беда в том, что ты этого не хочешь.

– Разве это беда?

– Так же упряма, как и отец! – Сьюзен в отчаянии всплеснула руками, уже затянутыми в длинные, до локтя, перчатки.

Всегда яркая и ухоженная, рядом с Джоанной она выглядела сестрой, а не матерью. Шелковое платье в пол насыщенного винного оттенка, перчатки, идеальная укладка и легкий корректирующий макияж. Никто бы никогда не сказал, что этой женщине уже давно за сорок.