Деньги и коварство - Френсин Паскаль

Ведя машину, Элизабет заметила девушку, медленно идущую впереди, ее руки были заняты книгами. Это была Оливия Дэвидсон. Остановив около нее машину, Элизабет окликнула ее:

– Оливия! Тебя подвезти?

Та улыбнулась ей, убрав вьющиеся волосы за ухо быстрым, нервным движением.

– Это было бы замечательно, Лиз, – ответила она, открыв дверцу и забираясь на пассажирское место. – Я уже опаздываю, а еще мне надо дотащить кипу материалов для «Оракула». Надеюсь, когда-нибудь кто-нибудь пришлет мне действительно что-нибудь стоящее почитать, – шутливо пожаловалась она.

Оливия, работавшая вместе с Элизабет в школьной газете, всегда пыталась выкроить пару минут между уроками, чтобы просмотреть поэмы и рассказы, которые присылали ей люди в надежде на публикацию. Случилось так, что Элизабет давно не видела Оливию в редакции «Оракула».

«Наверное, это связано с тем, что случилось с Роджером», – подумала Элизабет.

Как правило, они с сестрой были абсолютно несхожи в выборе друзей. Джессика считала Оливию странной.

– Она всегда таскается с этими рисунками и стихами, и к тому же носит такие причудливые наряды. – Таково было обычное мнение Джессики.

Элизабет думала, что у Оливии свежая, естественная красота. Она очень мало пользовалась косметикой, а ее вьющиеся русые волосы не знали специальной укладки и были пушистыми. Девушка была очень маленькой и хрупкой, а то, что Джессика называла причудливыми нарядами, – индийские хлопчатобумажные юбки с бахромой и простые тенниски с вырезом-мысом – очень шли ей.

«Сегодня Оливия выглядит особенно хорошо», – подумала Элизабет.

На Оливии было простое ожерелье из сыромятной кожи и бисера, а длинные серебряные сережки делали ее похожей на мексиканскую принцессу.

– Какие красивые сережки! – воскликнула Элизабет, снова заводя машину.

– Роджер подарил мне их на день рождения.

Лиз посмотрела на подругу задумчиво:

– Как дела у Роджера? Наверное, внезапные перемены дались ему с трудом?

– Думаю, что да, – медленно проговорила Оливия. – Смешно! Большинство людей не могут себе представить, как тяжело неожиданно стать миллионером. Но… – Она замолчала, и Элизабет увидела следы душевной борьбы на милом лице Оливии.

Элизабет решила не давить на подругу, хотя та и не закончила мысль.

– Ты думала о вечеринке у Пэтменов в эту субботу? – Она сменила тему.

– О да, – быстро ответила Оливия. «Что-то очень поспешно», – подумалось Элизабет.

Пэтмены решили устроить неформальную вечеринку с шашлыками в честь своего нового родственника перед официальной частью в загородном клубе, куда Тодд и сестры Уэйкфилд были приглашены.

– Я никогда до этого не была в доме Пэтменов, – продолжала Оливия, нервно перекручивая кожаный браслет на узкой кисти. – Думаю, там будет весело!

– Да, наверное, – согласилась Элизабет. – Ты знаешь, Оливия, – добавила она, – мне кажется, Роджер ужасно рад, что у него такая девушка. А сейчас ты ему нужна еще больше, чем когда-либо.

Оливия не ответила, но ее улыбка показала Элизабет, что слова эти были сказаны вовремя.

– Ну вот мы и приехали! – сообщила Элизабет, ставя машину на стоянку, примыкающую к школе Ласковой Долины.

Она быстро взглянула на часы, выключая мотор. Оставалось ровно пять минут до начала занятий.

– Тодд, мне все это не нравится, – протестовала Элизабет.

Сначала ей понравился его план, но теперь, сидя с Тоддом в машине, она чувствовала себя виноватой.

– Перестань, Лиз, – убеждал ее друг. – Мы всего-навсего пропускаем урок. А кроме того, вдруг Регина действительно попала в беду?

– Я не понимаю, как… – начала было Элизабет, но Тодд прервал ее:

– Вот она! – закричал Тодд. – Лиз, поехали! Регина Морроу вышла через черный ход.

Она озабоченно посмотрела сначала на часы, а потом вокруг, чтобы убедиться, что за ней не наблюдают. Затем быстро прошла мимо стоянки.

– Подожди, пока она не будет впереди нас, и следуй за ней, – проинструктировал Тодд.

– Ну хорошо, – с трудом согласилась Элизабет.

Регина тем временем прошла через стоянку и направилась в сторону делового района Ласковой Долины.

– Поехали, – скомандовал Тодд. Элизабет ехала так медленно, как только могла, пристально следя за Региной.

– Похоже, она действительно торопится, – сказала она. – Сколько, ты говоришь, раз видел, что она раньше уходит из школы?

– Это уже четвертый за последние две недели. Эй, Лиз, посмотри на этот автобус.

Регина села в автобус, идущий в центр, и Элизабет, прибавив скорости, пристроилась за автобусом.

– Мы должны проскочить на красный свет! – закричал Тодд, увидев, что автобус проехал перекресток.

– Тодд, мы не должны умирать, – упрекнула его Элизабет, притормозив у светофора и ожидая пока желтый не сменится на зеленый.

– Теперь мы ее потеряем, – сказал Тодд, ударяя по сиденью.

Но, встретив взгляд Элизабет, он быстро изменил выражение лица.

– Извини, Лиз, – пробормотал он. – Я слишком увлекся нашими детективными приключениями. Мы догоним этот старый автобус.

Им не потребовалось для этого много времени; на каждой остановке Элизабет пристраивалась за автобусом и ждала. Когда автобус доехал до деловой части Ласковой Долины, Регина вышла. Тодд заметил ее первым.

– Вот она! – закричал он. – Найди место для парковки, скорее!

Элизабет поставила машину на стоянку у медицинского центра, а затем снова отыскала Регину, которая уже перешла улицу. Остановившись у высокого зеркального здания, она посмотрела на часы, огляделась вокруг и вынула из сумки косметичку.

– Что она делает? – спросил Тодд, глядя на Регину.

– Красит губы, – прошептала Элизабет.

Через несколько минут высокий красивый мужчина, которому могло быть около сорока, подошел к Регине. Он поцеловал ее в щеку, девушка улыбнулась и что-то ему сказала. Мужчина взял ее под руку. Регина нервно оглянулась, и они оба исчезли в сверкающем здании. Стеклянные двери закрылись за ними.

– О боже, что бы это значило? – спросил Тодд.

Элизабет покачала головой, не зная, что и сказать, но неожиданно вздрогнула от пронзительного женского крика:

– Лиз! Тодд!

Элзабет виновато оглянулась и увидела Лилу Фаулер, которая махала им с обочины.

– Ой, как тесен мир, – весело прощебетала она.

Элизабет подумала, что Лила тоже могла видеть мужчину и Регину, но не была в этом уверена.