Не по сценарию - Кимберли Лэнг

Глаза Финна расширились от удивления.

– Значит, ты не хочешь, чтобы о нас вновь говорили?

Наконец Финну стали очевидны желания Кэйт.

– Разумеется, нет.

– В свое время пиар нашего романа сделал тебе имя.

Эти слова были излишними. Целых три года Кэйт пыталась избавиться от воспоминаний о том времени.

– Это все далось мне дорогой ценой.

Финн тряхнул головой.

– Я и не думал, что все было настолько плохо.

Жара сделала Кэйт раздражительной, она не выспалась, а от разговора с Финном у нее началась головная боль.

Ее терпение лопнуло.

– Ну, великим мыслителем ты никогда не был, и это твоя неповторимая особенность.

Финн не стал отвечать колкостью на колкость, только усмехнулся. За эту улыбочку ей захотелось влепить ему пощечину.

– Ну, признайся, мы все же неплохо проводили время.

Даже под пыткой Кэйт бы не призналась. Впрочем, сейчас это было не важно.

– Это было давно. Я изменилась.

– Какая жалость. – Финн поднял стакан и сделал еще глоток.

Кэйт стиснула зубы. Нет, на эту наживку она не клюнет. Он специально дразнил ее. Может, у него такое извращенное чувство юмора? Она сделала глубокий вдох.

– Я уже не такая легкомысленная. И – да, ты прав. Раз уж мне все равно придется с этим столкнуться, то и откладывать незачем. – Кэйт вытерла ладони о джинсы. – Ты делаешь свою работу, я – свою. У папарацци не будет поводов заподозрить нас в близком общении. А выход фильма это положение закрепит.

– Я видел кадры, отснятые вчера. Ты великолепна.

Неожиданный комплимент застал Кэйт врасплох. И в то же время насторожил.

– Спасибо. Ребекка – интересный образ. Моя мать даже сказала, что если бы она была лет на тридцать по моложе, то поборолась бы со мной за эту роль.

Финн встретился с Кэйт взглядом.

– Скажу честно, если бы мне пришлось выбирать между тобой и твоей матерью, я бы выбрал на эту роль тебя.

Кэйтлин пожала плечами, скрыв удивление.

– После Синди Берк, разумеется.

Губы Финна скривились. Он хмыкнул и неожиданно перешел на деловой тон:

– Мы были вынуждены внести некоторые изменения в расписание. Как ты знаешь, мы уже немного запаздываем, а я не хочу вечно тянуть за собой этот хвост. Одним словом, нас ожидают длинные дни.

Кэйт кивнула.

– И еще было бы хорошо, если бы ты время от времени где-нибудь появлялась.

Его вкрадчивая интонация заставила Кэйт насторожиться.

– С тобой?

– О нет, об этом речь не идет.

Кэйт посмотрела на список, который Финн ей передал: одного имени в нем явно недоставало.

– А Наоми?

– У Наоми свое расписание и свои планы.

Кэйт откинулась назад и вздохнула. О, черт, ну что за детский сад.

– Другими словами, она не хочет делить первую полосу ни с кем. Особенно со мной. Ничего не меняется.

– Наоми не дура. Ей нужно заботиться о своей карьере.

– Как будто я могу ей чем-то навредить. Единственный человек, которого мне удалось утопить, – это я сама.

– Ну… Наоми думает, что ты всегда стремишься ее затмить. В этом тоже мало радости.

Кэйт пожала плечами:

– Вряд ли. Моя карьера полетела к чертям, а она получила то, что хотела. Не понимаю, на что она может обидеться.

Брови Финна удивленно приподнялись.

– А у тебя с этим проблем нет?

Можно было по-разному интерпретировать его слова, но Кэйтлин не хотела начинать этот разговор. Она решила пресечь все разговоры, имеющие отношение к Наоми.

– У меня все в порядке с самооценкой. Просто Наоми считает, что это игра для одного человека. Она не думает, что для нас обеих нашлось бы место на первых полосах светских хроник. А может, причина вообще не в этом.

Еще один внимательный взгляд на список заставил Кэйт похолодеть.

– А это что еще такое?

Финн пожал плечами:

– Папарацци хотели бы немного сместить фокус – на вас с Джейсоном. Их интересует, не стал ли ваш экранный роман реальностью. – Губы Финна скривились.

Черт. Неужели у нее такая судьба – делать себе имя на личных отношениях с членами съемочного процесса? В то время как Наоми будет позволено удерживать внимание на проекте и на ее роли. Какое унижение.

– Это дешевый сценарий.

Кэйт уже была готова его придушить. И еще эта дурацкая манера равнодушно пожимать плечами.

– Но ты же знаешь – это сработает.

Джейсон Элкинс был хорошим актером. Они прекрасно вместе работали перед камерой, тем не менее он никогда ей не нравился. Самовлюбленный эгоист, к тому же не блещущий особым умом.

Кэйт едва справилась с желанием высказать Финну все, что она думает о его грандиозном плане.

– Отлично. Если это нужно для успеха фильма, я согласна на любые условия.

– Умная девочка.

Кэйт встала и надела шлепки.

– Только не надо строить из себя папочку, Финн.

– Я и не строю.

Казалось, он был искренен. Кэйт почувствовала себя виноватой. Просто она всегда была слишком напряжена рядом с ним, непременно ожидая самого худшего.

– Это было дружеское замечание.

– Когда-то мы много значили друг для друга, Финн, – сказала Кэйт, тщательно подбирая слова, – но вряд ли мы были друзьями. Теперь, когда мы стали коллегами, я не вижу никаких причин для вражды.

Выражение лица Финна не изменилось, но пристальный взгляд его зеленых глаз был ей хорошо знаком. Слова Кэйт не могли его задеть – его вообще ничем нельзя было задеть, – но, похоже, Финн был разочарован. Что могло его так расстроить? Кэйт не знала. Последний раз она видела этот взгляд три года назад, когда, уходя из его квартиры, хлопнула дверью.

– Я собираюсь чего-нибудь перекусить перед съемкой. Так что пока.

С этими словами Кэйт вышла из трейлера и, попытавшись изобразить улыбку, бодро зашагала к передвижной кухне. Она гордилась собой и тем, что все-таки смогла за себя постоять.

Но теперь она могла признать, что в их совместном прошлом было много хорошего. Прежние чувства вновь дали о себе знать.

Закрыв глаза, Кэйт сидела в кресле гримера, пытаясь проникнуться этими вновь нахлынувшими ощущениями, чтобы потом воплотить их в образе Ребекки. Но когда Марта занялась ее волосами, Кэйт открыла глаза и сосредоточилась на ее действиях: ничего не изменилось, все было так же, как и вчера. Марта болтала и отпускала шуточки, над которыми Кэйтлин в нужных местах посмеивалась.