Запретное наслаждение - Джо Беверли

Дэвид был доволен своей работой, но однажды его жизнь перевернулась с ног на голову. Было обнаружено доказательство, что на момент рождения детей его мать состояла в браке с графом Виверном. Хотя на тот момент она уже сбежала от мужа и жила с другим мужчиной, открывшиеся обстоятельства превращали ее сына и дочь в законных детей графа, а Дэвида делали законным наследником.

Только Дэвид не ухватился за эту возможность, и у него имелись для этого веские причины. Основная состояла в том, что на самом деле он не был сыном графа Виверна, что бы там ни утверждали документы. Кроме того, предпочитал не высовываться: его устраивало то общественное положение, которое он занимал, – и жить в более простом доме. И еще: кому в здравом уме захочется взваливать на себя ответственность за обанкротившееся и заброшенное поместье?

И все равно не это было самым главным – графский титул мешал бы ему выполнять обязанности капитана Дрейка, вожака Драконьей орды – банды местных контрабандистов. Этот статус он унаследовал от своего настоящего отца, Мелхиседека Клинта.

Полтора года назад Мела Клинта схватили и отправили в австралийскую колонию Ботани-Бей. Джон Клинт, племянник, которого Мел назначил своим наследником, был убит в точно такой же стычке с правоохранительными органами. Дэвид оказался единственным, кого остатки орды согласились принять в качестве нового капитана Дрейка. Необходимость разрываться между законной и противозаконной деятельностью могла превратить Дэвида в нового Безумного графа, и он отлично это понимал.

В конечном итоге он ради общего блага согласился вступить в права.

У лорда Эмлин, кого все считали наследником графского титула, имелся собственный великолепный дом, поэтому он не претендовал ни на титул, ни на Крейг-Виверн. Однако эти аспекты не поколебали бы Дэвида, если бы его сестра Сюзан не влюбилась в Эмлина и не стала бы желать от жизни того же, что и ее возлюбленный. Кроме того, существенную роль сыграл и тот факт, что если Дэвид признавал себя законным сыном графа, то и его старшая сестра тоже становилась законной дочерью, а Сюзан мечтала очиститься от клейма бастарда, прежде чем начать семейную жизнь.

Вот и получилось, что Дэвид не только взвалил на себя это бремя, но и делал все возможное, чтобы выполнить свой долг.

В том числе и жениться на деньгах.

– Ну что, ты остановился на мисс Поттер? – спросил Николас.

– Самое большое приданое, – вздохнул Дэвид. – И значительный плюс – единственный ребенок в семье, а значит, может унаследовать немалое состояние. Хоть они и ведут довольно скромный образ жизни, ее отец очень богат, это всем известно.

– Но у него низкое происхождение.

– Я это учел. Такой человек обезумеет от счастья, когда его дочь станет графиней, так что закроет глаза на мои странности. Я уже дал указания поверенному написать Поттеру.

Николас отпил из своего стакана.

– Тебе это не кажется слегка старомодным?

– Ты считаешь, что мне следовало бы отправиться в Лондон и приударить за ней? Я предпочитаю честный, деловой подход, к тому же не могу оставить орду без присмотра на несколько недель.

– Тебе надо бы подыскать замену капитану Дрейку.

– Хочешь?

Николас поднял руку.

– Слава богу, я живу далеко отсюда. Неужели это так сложно?

– Несколько поколений назад для этого требовались лишь твердость, мозги и организационные способности…

– И только? Вот бы и у наших министров были такие качества.

Дэвид проигнорировал его замечание.

– Отец Мела превратил это предприятие в хорошо налаженный бизнес, а Мел усовершенствовал процесс, когда стал вести регистрацию, учет и общую бухгалтерию. Все пошло настолько хорошо, что орда вобрала в себя несколько соседних групп. Сейчас же требования к руководству усложнились. Новому капитану Дрейку придется иметь дело с кучей бумажной работы, планировать и возглавлять рейды и даже применять силу в случае надобности.

– У тебя все это получается.

– Я трачу на орду все время, что мне удается выкроить, а еще участвую в рейдах. Мел ворчал, говорил, что я должен стать джентльменом, а сам ни разу не попытался меня остановить и даже применял ко мне те же методы, что помогали ему держать в узде орду. Но мой авторитет зиждется главным образом на том, что я его сын.

– Наследование, как с графским титулом. Но у тебя от природы дар вожака.

Дэвид пожал плечами.

– Я большой и сильный.

Раздался короткий стук, и дверь открылась.

– Проблемы, кэп, – объявила Мейзи, одна из горничных.

«Кэп» сказало о многом: проблема касалась не графа, а капитана Дрейка.

– Ллойд? – спросил Дэвид вставая.

Закаленный в сражениях, амбициозный валлиец лейтенант Ллойд был недавно назначен в эти края новым таможенным офицером и преисполнился решимости высоко подняться по карьерной лестнице через полное разрушение фритредерства на подведомственной ему территории, хотел раз и навсегда покончить с капитаном Дрейком и его организацией.

– Нет, кэп. – Мейзи смущенно покосилась на Николаса.

– Можешь говорить при нем.

– В общем, проблема с нашими, зур, они ушли в Брендхол-Бей за товаром, луну затянули тучи, и с моря идет туман. Аарон в приемной.

– Проклятье! Чтоб им пусто было! – Дэвид одним движением раздвинул шторы и увидел за окном плотный туман, такой, что невозможно было разглядеть край мыса.

– За товаром? – удивился Николас.

– Не так давно мы доставили большой груз, но нам помешало военное судно, так что мы припрятали товар в одной пещерке в неприступной бухте. Я ждал удачного момента, чтобы забрать его.

– А у твоих людей иссякло терпение.

– Что может закончиться для них тюрьмой или даже чем похуже. – Дэвид направился было к двери, но остановился. – Ты со мной?

– Конечно. Разве я могу пропустить такое развлечение? – с легкостью и грацией поднялся Николас.

– Моли Бога, чтобы не поднялась шумиха.

Они прошли по узким коридорам, отделявшим комнаты здания от внешних стен, в которых тоже были проделаны два новых окна.

– Они знают, насколько неустойчив морской туман, – сокрушенно пробормотал Дэвид. – Сейчас-то он их спрячет, но ведь может рассеяться в одно мгновение. Черт бы побрал этих идиотов!

Дэвид сбежал вниз по винтовой лестнице – таких в крепости было несколько, в каждом углу, и на первом этаже быстрым шагом прошел в маленькую комнатку, особенность которой состояла в том, что в нее можно было попасть снаружи. Дверь никогда не запиралась: только безрассудство могло кого-то сподвигнуть отважиться на воровство в Крейг-Виверне.

Аарона Бартлетта, коренастого мужчину сорока лет, буквально трясло от негодования.