Я вас не помню… - Мойра Тарлинг

Из того немногого, что всплывало в памяти, Дилан знал, что его несколько раз усыновляли. Он был уже подростком, когда его взяла к себе тетушка Розмари. Он прожил у нее семь лет, пока не ушел в армию.

Дилан, передохнув, тронулся дальше. Вскоре, минуя перекресток и перейдя улицу, он нашел нужный ему дом и медную табличку на кирпичной стене: это была контора Джереда Мак-Эндрю.

Постояв немного, он с удовольствием втягивал в себя свежий запах океана и аромат цветов, висевших в корзинах на фонарных столбах.

После отъезда из Сан-Диего Дилан побывал на приеме у одного терапевта, который помогал ему восстановить память. Доктор Саймон Бредфорд был тем единственным врачом, который посоветовал ему поехать в Грейс-Харбор. Он надеялся на то, что через эмоции и подсознание Дилану удастся хоть что-то пробудить в своей памяти.

Неожиданно для себя Дилан вдруг вспомнил, как споткнулся, а потом упал на колени на лестнице дома Мэгги; тогда обрывки смутных воспоминаний на мгновение мелькнули в мозгу.

В тот момент боль в голове была такой невыносимой, что он не обратил на них внимания, но, оказывается, в подсознании что-то все же запечатлелось... Возможно, это поможет ему... Дилан почувствовал радостное волнение и впервые во что-то поверил.

Он решительно дернул бронзовую дверную ручку и вошел в контору адвоката Джереда Мак-Эндрю.

– Я слышал шум за дверью. Могу я быть вам чем-то полезен?

Перед Диланом внезапно возник мужчина лет сорока в серых свободных брюках и такого же цвета шелковой жилетке; верхняя пуговица его белоснежной сорочки была расстегнута.

– Надеюсь, что да, – ответил Дилан. – Меня зовут Дилан О'Коннор. Я получил...

– Мистер О'Коннор! Какой приятный сюрприз! – воскликнул адвокат. – Пожалуйста, проходите, – он поднял край конторки, пропуская Дилана в приемную. – Я Джеред Мак-Эндрю. – Он протянул руку Дилану. – Рад видеть вас. – Улыбка адвоката была дружелюбной, рукопожатие крепким. – Когда вы не ответили мне на второе письмо, я серьезно начал подумывать о том, чтобы нанять детектива и начать поиски.

– Как видите, я пришел сам. – Дилан не счел нужным объяснять, почему не отвечал на письма.

– Пройдемте-ка в мой кабинет, – предложил адвокат, окинув Дилана внимательным взглядом, и указал на открытую дверь слева. – Проходите. Я только закрою парадную дверь. Так нам никто не помешает.

Дилан послушно прошел в кабинет. Он был небольшим, с красивой полированной конторкой, на которой грудой лежали справочники и файлы с документами.

– Садитесь, – предложил адвокат, вернувшись. – Папка с вашими делами как раз здесь. – Он стал рыться в бумагах, лежавших на конторке. – Я просматривал ее сегодня утром. А, вот она...

Дилан промолчал. Он уселся в удобное кожаное кресло и ждал, что будет дальше.

– Я имел удовольствие общаться с вашей тетушкой по некоторым вопросам, – заметил адвокат. – Очень милая женщина. Хотя и с запозданием, примите мои соболезнования.

– Спасибо, – тихо ответил Дилан.

– Билл... простите, мистер Фейрчайлд и ваша тетушка очень любили путешествия, – продолжал адвокат, освобождая стол от бумаг.

Дилан чуть улыбнулся и кивнул головой.

– Гмм... Итак, мистер О'Коннор, вы и Мэгги, то есть мисс Маргарет Фейрчайлд, являетесь наследниками имения и имущества, принадлежавшего покойным мистеру и миссис Фейрчайлд. Было несколько небольших завещаний, но я со всем этим как поверенный уже разобрался. – Говоря это, он продолжал листать бумаги.

Дилан откинулся на спинку кресла и сплел пальцы.

– Я могу прочесть вам весь текст завещания со всеми его юридическими терминами, но будет проще, если я скажу вам, что вы, мистер О'Коннор, являетесь одним из наследников имущества мистера Уильяма и миссис Розмари Фейрчайлд. Вам принадлежит половина дома и того дела, которое называется пансионат «Фейрвиндз», находящийся на Индиго-стрит в городе Грейс-Харбор.

– Вы сказали о деле? – нахмурился Дилан.

– Да, о деле, – подтвердил адвокат. – «Фейрвиндз» – это туристский пансионат.

– Ах, вот что! – удивленно воскликнул Дилан и вспомнил табличку у дома Мэгги. Ему показалось, что в тот момент они с Мэгги были совсем одни в этом большом старом доме.

У Джереда Мак-Эндрю был явно недоуменный вид.

– Мэгги уже пять лет держит этот пансионат, – наконец пояснил адвокат. – Он обычно открывается ранней весной и работает до последних месяцев лета, – продолжал объяснять он. – Но в этом году... видите ли, открытие пансионата отложено из-за того, что его хозяйка ждет ребенка.

– Я понимаю, – ответил Дилан.

– Вы говорили с Мэгги?

– Очень мало. – Дилан с трудом усваивал все то, что рассказывал ему Мак-Эндрю.

– Тогда вы еще узнаете, что у нее большие планы относительно пансионата, – заметил адвокат.

– В сущности, мы еще не обсуждали эти планы, – растерянно промолвил Дилан.

– Мой совет – продать пансионат и разделить деньги пополам, но Мэгги и слышать об этом не желает. Она хочет продолжать дело и нанять кого-нибудь, кто занялся бы общим управлением и ремонтом.

– Управление и ремонт? – совсем растерявшись, повторил Дилан.

– Дому необходима новая крыша, в плохом состоянии дальняя лестница, ведущая со двора в холл.

– Понимаю... – промямлил Дилан.

– Я только высказал свое мнение, – продолжал адвокат, – но держать туристский отель – это слишком трудная задача для Мэгги, у которой через несколько недель на руках будет младенец.

– Разве ей никто не помогает вести дела? – наконец спросил Дилан.

– Она обычно нанимает на летний сезон какого-то студента, но в это лето она этого не сделала. Я знаю, что «Фейрвиндз» очень популярен, но ремонт в нем необходим во избежание несчастных случаев. Хотя, возможно, вы захотите сами заняться этим. Вы умеете держать молоток в руках, мистер О'Коннор?

– Я, собственно, не знаю... – растерянно забормотал Дилан и тут же умолк. В сущности, он понятия не имел, может ли справиться с работами, о которых говорил адвокат.

– Впрочем, у вас не хватит для этого времени, весело заключил адвокат. – Ведь вы здесь в отпуске?

– В какой-то степени, да. – Дилан не счел нужным уточнять.

– Тогда советую незамедлительно переговорить обо всем с Мэгги, – посоветовал адвокат.

– О... не беспокойтесь, мистер Мак-Эндрю, я обязательно сделаю это, – послушно сказал Дилан.