Женские тайны - Дориен Келли

— Иду! — Она уже почистила зубы и подискутировала с собой на тему «платье или халат». Победило платье: незачем выглядеть так, словно она готова немедленно обнажиться. Хотя так оно и было.

Дана посмотрела в «глазок». Кэл явно принял душ. Иссиня-черные волосы легли влажными беспорядочными волнами. Еще он сменил блейзер и брюки на джинсы и простую рубашку.

Дана отомкнула дверь.

— Привет. — И жестом пригласила Кэла войти. Теперь, когда она была без каблуков, он казался еще выше, и она занервничала еще больше.

— Надеюсь, я не слишком долго.

— Нет, нет, совсем не долго, — заикаясь, пробормотала она. — Хочешь чего-нибудь выпить?

Дана стала торопливо проверять содержимое маленького холодильника.

— Кажется, у меня есть… минеральная вода, импортное пиво и… — это надо было сделать раньше, — и немного вина.

— Дана, ты собираешься вылезти оттуда в ближайшее время?

Признав поражение, она повернулась к нему.

Кэл улыбнулся.

— Так-то лучше. — Отодвинув ее в сторону, он достал минеральную воду. — А тебе?

— То же самое. — Дана стиснула ладони и отметила, что они слегка вспотели. Нехорошо. Пока он возился с напитками, она прошла к окну, раздвинула шторы и стала смотреть на огни города.

Кэл встал рядом. Дана взяла стакан, рука у нее дрожала.

Кэл шагнул ближе к окну и взглянул вверх.

— Хорошо.

— Что хорошо?

— Виден кусочек неба. — Он сделал глоток и улыбнулся. — Думаю, это синдром жителя маленького городка: мне всегда нужно видеть звезды.

— Ну, здесь-то их много не увидишь.

— Здесь тоже есть свои преимущества.

— Не хочешь присесть… или еще что-нибудь? — Дана поморщилась — это «еще что-нибудь» повторяется сегодня с пугающей частотой.

— Конечно.

Кэл бросил взгляд на кушетку напротив телевизора.

— Подожди-ка. — Он отставил свой стакан.

Кушетка была придвинута к окну. Потом он зажег бра над кроватью в другом конце комнаты и выключил верхний свет.

— Вот так лучше. — Он взял стакан с журнального столика и устроился на кушетке.

— Посидишь со мной?

Дана не знала, чего ждала, но уж точно не этого.

— Конечно.

Кэл вытянул длинные ноги, он явно чувствовал себя как дома.

— Знаешь, — начал он, — я подумал: почему ты стараешься вывести меня из себя всякий раз, как мы оказываемся рядом? Ты все время подначиваешь, провоцируешь.

Дана сделала быстрый глоток.

— Лучший способ защиты — нападение.

— Обороняться нужно только тогда, когда появляется необходимость защищаться.

Она ответила не задумываясь:

— Верно подмечено, Бруэр, но не думаю, что ты пришел сюда для сеанса психоанализа.

— О чем я и говорю. Тебе не кажется, что, по крайней мере сейчас, здесь, — он обвел рукой комнату, — ты могла бы хоть немного расслабиться? — Он коснулся ее плеча. — Ладно, больше не буду.

Если б она не знала его как парня, который с легкостью меняет женщин, то подумала бы, что видит сожаление в этих обычно непроницаемых глазах.

— Иди сюда. — Кэл притянул Дану к себе, и ее голова легла ему на плечо. — Давай просто насладимся ночью и видом.

Они помолчали. Дана ощущала, как вздымается и опадает его грудь, как бьется сердце. Ей хотелось, чтобы что-нибудь — что угодно — произошло, и все же ничего, кроме откровенного предложения продолжить, на ум не приходило.

— А что привело тебя в Чикаго? — поинтересовалась она.

Он слегка пошевелился и накрыл ладонью ее руку, лежавшую на бедре. Дану так и обдало волной жара.

— Я приехал на вечеринку по поводу ухода на пенсию друга отца. Папа в Аризоне, и я представлял клан Бруэров. — Он помолчал. — И вообще было неплохо отдохнуть от Сэнди-Бенда, жить там не всегда легко.

— Особенно если кое-кто критикует в газете каждый твой шаг, — заметила Дана.

— Ну, Макни некоторое время действовал мне на нервы, но теперь я стараюсь не обращать внимания.

Ему не удалось обмануть ее небрежным замечанием — она почувствовала раздражение в голосе.

Дана перевернула ладонь и переплела свои пальцы с его.

— Макни всегда был напыщенным ослом, никто не слушает его.

Кэл тяжело вздохнул, поднес их сплетенные руки к губам и поцеловал ее ладонь.

— Почему бы нам не забыть о Сэнди-Бенде?

Дана расслабилась.

— С удовольствием.

Тихо и нежно звучала джазовая мелодия. Они немного поговорили, но скоро разговор прекратился.

Наконец Кэл нарушил молчание:

— А сейчас я собираюсь тебя поцеловать.

Она подняла голову навстречу его взгляду… и поцелую и улыбнулась, заметив, как лукаво изогнулись уголки его губ.

Он обхватил ее лицо ладонью, поцелуй начался медленно, но не нерешительно — Дана уже поняла, что Кэл не бывает нерешительным.

Это был, пожалуй, лучший поцелуй, который ей довелось когда-либо испытать, у него был вкус мятной зубной пасты и разгоряченного мужчины.

Ей хотелось быть ближе к Кэлу, но узкое платье мешало. Кэл сумел прочесть ее мысли, просунул руку ей за спину и медленно потянул молнию вниз. Закрыв глаза. Дана прижалась лбом к его лбу, чувствуя, как кончик мужского пальца заскользил по позвоночнику. Когда Кэл дошел до конца, она выскользнула из его объятий.

Движением плеч Дана стряхнула облегающее платье и затрепетала, когда Кэл одобрительно воскликнул при виде ее обнаженной груди. Их взгляды встретились, и она шагнула из лужицы изумрудного атласа у своих ног. На ней не осталось ничего, кроме черных трусиков, кружевных чулок и пояса.

— Иди сюда. — Голос Кэла стал низким и хриплым.

Она покачала головой.

— Сначала сними рубашку.

Он стянул рубашку и бросил поверх ее платья.

Во рту у Даны пересохло — она не могла припомнить, чтобы видела что-то более великолепное, чем эти мускулы.

— Что-нибудь еще? — спросил Кэл.

Много чего еще. Дана снова покачала головой.

— Тогда иди сюда. — Он протянул к ней руку.

Она сделала три шага и оказалась у него между колен.

— Я знал, что ты красивая…

Она погрузила пальцы в его густые влажные волосы, а он очерчивал линию ее талии. Его рука двинулась выше, коснулась одной груди, затем второй. Дана прерывисто вздохнула и почувствовала, как краска заливает лицо. Это было не смущение, а нестерпимое желание, молотом стучавшее внутри.