На берегах любви - Шанна Кэррол

Сидеть на каменной скамье было не очень удобно, да и чересчур холодно, однако лорду Роджеру Пенскотту не хотелось уходить со своего любимого места, откуда открывался чудесный вид на Темзу. Через некоторое время он заметил, как кто-то вышел из дома и, пересекая лужайку, направился в его сторону.

– Прохладное утро, милорд, – заметил, подходя, капитан Грегори вместо приветствия.

Граф долго не отвечал. Этот молодой офицер с бесцветными глазами раздражал его несказанно, и всего более тем, что он никак не мог понять, чем Грегори так умел привлекать женщин. Может быть, причина в его руках – говорят, длинные пальцы указывают на длину того другого, что пониже…

Лорд Пенскотт рыгнул и кивком предложил гостю сесть.

– Прохладное утро хорошо восстанавливает силы после ночных излишеств. Надеюсь, вы согласны со мной?

На столе среди тарелок с сыром, копченой рыбой, устрицами и горячими булочками стояли два металлических чайника. Пенскотт указал на тот, что побольше:

– Кофе. В маленьком – чай. Шоколад я не употребляю, хотя Гвен его любит.

– Я с удовольствием выпью чаю.

Подошедший лакей тут же исполнил это пожелание, и Грегори яростно накинулся на еду. Его позабавила мысль о том, что, насладившись с женой, он теперь с не меньшим удовольствием поглощает деликатесы, предложенные мужем. Конечно, раз старик все знает, следует быть поосторожнее, однако…

В этот момент глаза их встретились. Кусок застрял у капитана в горле, но все же он усилием воли заставил себя улыбнуться.

Опорожнив тарелку, Грегори взял чашку с чаем, но, заметив, что Пенскотт предпочел кофе, тут же пожалел об этом. Ревнивый муж вполне может отравить любовника жены, и это будет не первый случай…

С севера подул легкий ветерок, и лорд Пенскотт с удовольствием втянул носом воздух. Он истосковался по морскому ветру – сколько лет уже не ступал на борт своего корабля и скорее всего никогда больше не ступит. Никогда больше…

– Возьмите еще рыбы.

Капитан Грегори отрицательно замотал головой, и Пенскотт заметил, что он дрожит от холода. Его это устраивало.

– Милорд, – начал капитан, – благодарю вас за гостеприимство, но боюсь, мне пора ехать: корабль ждет. Когда ляжет снег, вы должны навестить моего отца в Лондоне.

– Ехать в этот рассадник разврата и болезней? Нет уж, пусть лучше ваш отец приедет сюда.

– Прошу прощения, сэр, осмелюсь высказать надежду, что теперь, с новым монархом, Лондон преобразится. В конце концов, власть короля…

– Все еще слаба. Завтра утром король прибудет в Пенскотт-Холл, и вы сами взглянете на его свиту. Там столько разных вельмож…

– Но Англия все же одна, лорд Пенскотт.

– Ну да, и я ей служу здесь так же, как вы будете служить через несколько дней.

– Боюсь, мне действительно пора, сэр. Ходят слухи о беспорядках в Шотландии. Моряк должен выполнять свои обязанности, приятно ему это или нет…

– А вы у нас, конечно, человек чести.

Лицо капитана побагровело под слоем пудры.

– Надеюсь, что да, сэр, поэтому и хочу выехать пораньше. С вашего разрешения я попрошу слугу вызвать моего кучера.

Граф, улыбаясь, наклонился вперед и оперся на трость.

– Все уже сделано. Его отправили.

Грегори вскочил:

– Что? Вы не имеете права…

– Сядьте!

– Я поскачу верхом.

– Сядьте, я сказал! Обязанности… долг… Вы слишком напоминаете мне тот мешок с дерьмом – я имею в виду вашего отца… если он и в самом деле ваш отец.

От такого неприкрытого оскорбления к капитану вернулись остатки храбрости.

– Думайте о том, что говорите, сэр! Как сын своего отца, я…

– Не сделаете абсолютно ничего. – Пенскотт потянулся к тарелке, взял кусок сыра, разломил и стал жевать, не спуская глаз с собеседника. – Мэтью Грегори прекрасно знает, какого я о нем мнения, молодой человек, так что не ершитесь.

– Но… Мне казалось, что вы с ним друзья. Он всегда говорил о вас только хорошее.

– Очень мудро с его стороны, потому что он мой, мой с потрохами. Время от времени я пользуюсь его услугами, за что соответственно и награждаю. Ухо при дворе всегда кстати. Но запомните: имя Пенскоттов живет в веках не любовью слуг и лакеев – хотя любовь тоже не помешает, – а страхом.

– В таком случае запомните и вы, сэр: я никого не боюсь и не потерплю, чтобы кто-то, будь он даже граф…

– Ах, не потерпите? Да вы и понятия не имеете о том, что значит терпеть. Но я могу вас этому научить.

– Должен предупредить вас, милорд, в прошлом году я дважды дрался на дуэли, и оба противника мертвы.

– У меня подагра в ногах, а не в башке, Джеймс, так что не пугайте меня дуэлями. И запомните: я не собираюсь потакать дуракам. По ночам здесь бродят некие личности, которых ничего не стоит нанять для любого дела. Выбор за вами. Но я все-таки советую вам поостеречься: ваш язык вас до добра не доведет.

Капитан Грегори замер. Как же он сразу не понял… Разумеется, король не поедет с визитом к дураку. Сейчас он проклинал те чувственные утехи, из-за которых задержался в этом доме.

– Ну а теперь к делу, – как ни в чем не бывало продолжил граф. – Скажите, вы получили от моей жены то удовольствие, на которое рассчитывали? Я полагаю, она вас как следует ублажила… вернее, судя по утренней летаргии, ублажала.

– Ми-милорд, я…

– Ну-ну, молодой человек, вы достаточно потешились. Теперь пришло время оказать мне услугу. – Он наклонился вперед и понизил голос: – Мне и вашему королю.

– Что вы имеете в виду?

– А вот что. – Пенскотт потянулся к ящичку орехового дерева, открыл его и вынул два сверкающих дуэльных пистолета.

– Я… я не понимаю.

Грегори не мог оторвать глаз от пистолетов, и граф с одобрением взглянул на него. По крайней мере понимает толк в оружии.

– Король прибудет завтра. Среди его свиты есть один человек, который не должен покинуть этот дом.

Грегори облизнул пересохшие губы. Его поймали в ловушку, как последнего дурака. Хорошо хоть цена оказалась не слишком высокой. Убить человека из такого оружия – одно удовольствие.

– И кто же это?

– Джейсон Брэнд.

– Брэнд? Я его знаю?

– Он из Шотландии. У него поместье недалеко от Келсо, к северу от границы, рядом с Твидом. Его мать была католичкой.

– Значит, он якобит, насколько я понимаю?

– И да и нет. Он приехал просить о смягчении режима.