Наследник для хозяина стаи - Эми Мун

— Раздевайся, — скомандовал, на ходу стягивая рубашку.

Вольская послушно взялась за поясок, но вдруг упрямо тряхнула головой и встала.

— Господин Сабуров, перед первой ночью омеге полагается подарок.

— Я знаю. Он на столе.

Но Вольская даже не взглянула на бархатный алый футляр, в котором прятался браслет.

— Драгоценности — это не то, что мне хотелось.

Почему он не удивлен? Шлюхи зачастую весьма меркантильны, и эта не стала исключением. Давид отшвырнул рубашку в сторону и взялся за ремень.

— А чего бы тебе хотелось? Машину? Или сразу чек выписать?

— Ваш спрей.

* * *

Сабуров застыл. Вроде бы внешне спокойный, но глаза цвета глади лесного озера медленно наливались желтизной.

— Спрей? — переспросил тихо.

Но лучше бы крикнул. Тяжелая энергетика альфы раскаленным обручем сдавила голову, вынуждая отвести взгляд.

— Д-да… Если можно.

— Зачем?

— Не хочу чувствовать запах… альфы.

В комнате повисла тишина. Густая, как деготь, она просачивалась прямо в кровь, отравляя безотчетным страхом слабого перед сильным. Аврора сжала пальцы до побелевших костяшек. Но, Луна, как же ее трясло! Настолько, что она едва услышала полное сдержанной ярости:

— Причина?

О, у нее была такая!

— Самоконтроль. Я… хочу быть собой.

— Ты — омега.

И сколько пренебрежения звучало в его голосе! Аврора вздернула подбородок, упрямо скрещивая взгляды.

— Да, я омега. Но у меня тоже есть убеждения. Просьбы, в конце концов. Поэтому если вам жалко несколько капель спрея, то, пожалуйста, скажите. Я пойму!

Сабуров оскалился. Еще секунда, и кинется на нее, чтобы клыками наказать за своеволие. Но вместо этого альфа нырнул рукой в карман брюк и вытащил пластиковую бутылочку.

— Можешь оставить себе, омега с убеждениями, — хмыкнул, бросая ей капли. — Но не рассчитывай, что они помогут.

Да, она знала. Спрей создавался для альф, а на омег он действовал по остаточному принципу. И все равно это подспорье, хоть и небольшое. Аврора торопливо сделала несколько пшиков. Теперь ненавистная похоть будет мучить не так сильно.

— Спасибо, — поблагодарила, пряча флакончик в карман халата.

И без приказа торопливо стряхнула с себя одежду.

Сабуров мгновенно очутился рядом. Придавил собой к постели, легко перехватывая запястья и заводя их за голову. От соприкосновения с горячей кожей альфы по телу пронеслась дрожь — страх напополам с желанием.

Аврора прикрыла глаза, по привычке пытаясь абстрагироваться от происходящего, но Сабуров не позволил.

— Смотри на меня, — зарокотал пронимающим до нутра тембром.

И она не могла ослушаться. Мозг стремился стечь между ног, обнажая животные инстинкты: отдаться сильному самцу, принадлежать ему, родить от него…

Аврора чуть не заскулила от желания, когда широкая ладонь скользнула по шее и накрыла грудь. Удерживая ее взгляд, Сабуров чуть-чуть сжал пальцы, и вдоль позвоночника прострелило таким удовольствием, что голова кругом пошла.

Пусть уже возьмет скорее! Перевернет ее, схватит за бедра и трахает долго и сладко, помечая семенем, запахом и слюной. Она хотела этого!

Звериные глаза вспыхнули ярче.

Альфа чуял скорую победу. Готов был расщедрится на ласку, только бы она вела себя так, как полагается омеге — вызывающе-порочно и жадно, как… шлюха. Аврора сильнее стиснула зубы, отчаянно цепляясь за эту унизительную мысль. Не дождется! Это все просто физиология. А ее душа — только ее!

Сабуров едва слышно зарычал, недовольный сопротивлением жертвы.

Но ласка стала еще медленнее, изощренее. Альфа слегка пощипывал и катал между пальцами тугие комочки сосков до тех пор, пока Аврора не дернулась, инстинктивно подгибая ноги. Это уже больно! Между бедер голодно полыхало, требуя крепкой плоти, а матрас под ней, казалось, вымок насквозь.

Альфа довольно хмыкнул:

— Ты все равно кончишь, омега. Как бы сильно ни старалась сдержаться.

И скользнул рукой вниз, проталкивая внутрь сразу два пальца. От нескольких протяжных движений тело сотрясло оргазмом. Крупные судороги разбежались по телу, выгибая навстречу жестким точкам. Но в последний момент Аврора сумела сдержать стон.

Это была ее маленькая победа.

И пусть потом пришла боль от первого проникновения и пришлось терпеть рваные, совершенно эгоистичные выпады, но Аврора была рада. Она смогла остаться собой, несмотря на кипевшую в крови похоть. И даже не сорваться во второй раз.

В какой-то момент альфа тоже закончил. Резко скатился в сторону и, оглядев ее, распластанную на кровати, прохрипел:

— Одевайся. У тебя полчаса.

А потом ушел. Аврора отскребла себя от постели и на дрожащих ногах кинулась обратно в душ, чтобы смыть с себя запах самца. Да поскорее.

Глава 3

Давид

В кабинете было тихо. Никто не смел нарушить покой альфы, и это было охренеть как кстати! В голове намертво засела недавняя близость с омегой. Как хлебные крошки в постели, эти мысли ревожили и злили до тряски. Да, ему удалось добиться отклика. Но не такого яркого, как он хотел. Вольская даже не застонала! И в себя пришла буквально через пару секунд после оргазма. А потом просто лежала в ожидании, пока он кончит. Это… подбешивало.

Настолько, что затылок опять укололо болью, а суставы, казалось, вывернет нахрен. Вот черт!

Забористо выругавшись, Давид встал и подошел к окну.

Он, конечно, знал, что девка проблемная, еще только принимая приглашение на аукцион. Но чтобы настолько… Желания у нее есть, оказывается! И долбанные убеждения! Вот же маленькая…

Тихий шорох двери пробился сквозь грохот крови в ушах. Давид шумно потянул воздух и, не оборачиваясь, рявкнул:

— Пошла вон!

Но Инесса не из тех волчиц, которые сбегут, поджав хвостик. Процокав в кабинет, она замерла в нескольких шагах за его плечом.

— Я тоже рада тебя видеть. Как прошла… сделка?

Круто развернувшись, Давид смерил нахальную сучку взглядом.

— Ты оглохла?

Волчица нервно сглотнула, но больше ничем не выдала беспокойства. Исключая запах, естественно.

— Нет, не оглохла. Но имею право знать, если уж в доме появится новый… жилец. Кстати, где она?

— Скоро приедет.

В данный момент омегу проверял врач — все-таки первая ночь с оборотнем мало для кого обходится без последствий. А Вольская такая… хрупкая. Как статуэтка. И между ног у нее все гладенько и красиво. Мысли опять снесло в тот момент, когда он разглядывал лежавшую перед ним девушку. Зверю понравилась ее беззащитность. И то, как омега дрожала от удовольствия… Инесса шумно вздохнула и ее кукольное личико перекосило от возмущения.

— Ты слишком заботлив, — выплюнула с ненавистью. — Она того не стоит!

А вот за это он мог и шею свернуть! Волчица лезла, куда не следует.

— Убирайся!

— Как прикажешь, альфа.

Инесса сбежала, оставив