Любовь и долг - Кейт Мур

Джейн Остен, «Гордость и предубеждение»

— У вас, отец, узел на платке сбился. Может, вы не будете так нервничать по поводу приезда Фрэнка?

Джордж Хаммерсли повернулся к дочери. Они находились на верхнем пролете большой лестницы в особняке Хаммерсли.

— Не выдумывай, дорогая, ты же знаешь, что Престон идеально завязывает шейные платки.

Вайолет с сомнением посмотрела на платок и сдвинула его немного вбок.

— В том-то и проблема. Слишком идеально. Мы должны оставаться сами собой, даже если в гостях у нас принц. Не нужно выказывать благоговения.

Джордж расправил плечи и подмигнул дочери.

— Я знаю, что ты будешь собой, чего бы это ни стоило, моя девочка. Ты ведь иначе не можешь.

Вайолет рассмеялась.

— Боюсь, что нет.

Снизу раздались торопливые шаги по паркету. Грантем, дворецкий Хаммерсли, посмотрел на них.

— Здесь лорд Чартуэлл, сэр. Он хочет поговорить с вами о принце. У них небольшая задержка.

Отец нахмурился и повернулся к Виолетте.

Та пожала плечами.

— Неудивительно, ведь идет такой дождь.

— А что будет с королевским ужином?

Вайолет покачала головой.

— Не бойтесь, папа, мы справимся. Давайте встретимся с гостем. — Она взяла отца за руку.

В малой гостиной, куда они вошли, на стенах висели шелковые обои, а по углам стояли диваны от Огуссона. Вайолет попросила принести прохладительные напитки. Человек, пришедший с Грантемом, был круглолиц. Его лысину покрывали веснушки, а золотая оправа на очках казалась такой же круглой, как голова. По одному внешнему виду было заметно, что он влиятельный джентльмен. Когда Грантем представил его, он вышел вперед.

— У меня для вас неприятные новости, мистер Хаммерсли. Вашего сына, Фрэнка, нет в свите принца.

Вайолет схватила отца за руку. Она почувствовала, как по спине побежали мурашки.

— Я не понимаю. — Голос отца звучал как будто из колодца. — Фрэнк еще не прибыл в Лондон?

— В том-то и дело, мистер Хаммерсли, мы не знаем, где сейчас ваш сын.

— А причем здесь вы, лорд Чартуэлл? — Вайолет не припоминала, чтобы министерство иностранных дел присылало лордов объявлять о задержке путешественников.

Отец повернулся, чтобы цыкнуть на нее, но она не сводила глаз с посетителя. Лорд Чартуэлл нахмурился.

— Быть может, вам лучше присесть, мисс Хаммерсли. Дело в том, что правительство всегда обеспокоено, когда пропадает кто-то из подданных его величества.

— Пропадает? — Отец Вайолет поперхнулся.

— Именно так.

— Вы хотите сказать, он мертв, лорд Чартуэлл? — спросила Вайолет дрожащим голосом.

— Нет, я не хочу сказать, что он мертв, мисс Хаммерсли. Мертвого человека, как правило, где-то обнаруживают, а ваш брат не объявился ни в Испании, ни в Англии, и уж точно его не было на корабле. — Лорд Чартуэлл, похоже, воспринял как личную обиду отсутствие Фрэнка там, где его ожидало правительство.

Лорд Чартуэлл сел напротив Вайолет и ее отца. Вайолет почувствовала, как позолоченная спинка стула впивается ей в позвоночник. Грантем принес чай и освежающие напитки на подносе.

Чартуэлл повернулся к мистеру Хаммерсли.

— Ваш сын поехал в Молдавию, чтобы составить доклад о расходах принца по займу, который ему предоставила Англия на усиление обороноспособности страны. Мы знаем, что он прибыл туда, а потом уехал. Фрэнк встретился со свитой принца на Гибралтаре, чтобы в конце своего путешествия присоединиться к ней. Уверен, вы получали от него сообщения на протяжении долгого пути.

— Получали. — Вайолет почувствовала странное беспокойство. Лорд Чартуэлл описывал все так точно, будто правительство преследовало ее брата.

— На Гибралтаре, где-то между отелем и кораблем принца, ваш брат решил отступить от плана. — Вайолет показалось, что Чартуэлл выдвигает брату обвинение.

Отец подался вперед, нависнув над лордом.

— Какие шаги были предприняты, чтобы найти моего сына?

— Найти? — Круглые брови Чартуэлла поднялись выше оправы его очков. — Мы идем по его следу, осматриваем корабль, допрашиваем команду и всех, кто его видел.

Вайолет потянула отца назад.

— Может быть, на него напали на улице?

— В обычной ситуации можно было бы предположить и такой исход, но ваш брат опытный путешественник, и единственно ценным предметом в его багаже был доклад о состоянии финансов Молдавии. Документ также пропал.

— А кто знал о том, что Фрэнк везет документ? — Со слов лорда было непонятно, о чем он заботится больше: о Фрэнке или о докладе.

— Мы вынуждены предположить, что вся свита принца знала о существовании этого документа.

Вайолет подняла со стола голубой фарфоровый чайник и попыталась налить чай в чашку, а не плеснуть его в бесчувственное лицо лорда Чартуэлла. Он обещал подавленным членам семьи: правительство сделает все возможное ради спасения Фрэнка, хотя и ребенку было понятно, что единственная его забота — пропавшие бумаги. Вайолет поняла, что ей так не нравилось в тоне лорда. Чартуэлл был раздражен. Исчезновение Фрэнка вызывало неудобства. Он не говорил напрямую, но это было очевидно. Правительство подозревало, что кто-то из окружения принца убил Фрэнка или держит его в заложниках.

После всего Чартуэлл сказал, что правительство ждет от семьи Хаммерсли сотрудничества и ничего сверх того. Никто в свите принца не должен знать о расследовании.

— Чтобы способствовать наискорейшему возвращению Фрэнка, мы сказали принцу, что в отеле был пожар и что первую неделю ему лучше пожить у вас в доме. Так мы выиграем время, и расследование сможет дать результаты. — Он посмотрел на Вайолет. — Мы пришлем двух слуг, мисс Хаммерсли, они помогут не только с гостями, но и с расследованием.

Вайолет видела, как отец закипает от гнева.

— Вы хотите, чтобы мы дали приют принцу и всей его своре, в то время как кто-то из них, возможно, убил моего сына?

— Лучший способ найти вашего сына — это держать принца и его людей под постоянным наблюдением.

— И позволить убийце добраться до нас и прикончить в собственных постелях? — Вайолет попыталась представить, как Грантем защищает их, но у него ничего не выходит.

— Мы будем заботиться о вашей защите, мисс Хаммерсли, двадцать четыре часа в сутки.

— Вы предлагаете мне носить в сумочке пистоль?

Лорд Чартуэлл едва заметно поморщился и поправил очки.

— В этом нет необходимости, уверяю вас. Мы приставим к вам человека.

— Прошу прощения. Не покажется ли это странным принцу?

— Нет, если этот человек будет иметь все основания, или, скажем так, его долгом станет сопровождать вас, куда бы вы ни пошли.