Пекарня с сюрпризом для попаданки - Хелен Гуда

– А почему нельзя просто обвенчаться? – обиженно сопит сыночек. Он явно не привык, что мать его отчитывает.

– А почему бы не женить на мне Дианку? – вдруг внес предложение оболтус.

– Какой шустрый! – передразнила его мать. – Ты кто, чтоб в женихи к дочке пекаря набиваться? – вот сейчас в словах женщины была горечь. – Твой папашка постарался обчистить нас перед тем, как бросить и сбежать. И теперь ты можешь предложить себя в женихи Дианке, только если она опростоволосится по полной.

– Например? – видимо, паренек задумался о словах матушки или у него назрел какой-то план. А мне аж дурно стало от одних только предположений.

– Если ее кто обрюхатит и нужно будет позор поскорее прикрыть, – отмахивается мамашка от сына. – Но эта девка слишком высокую себе цену загнула. И хитра, хоть и дурочкой прикидывается. Так что тебе нечего на это рассчитывать.

– А что если… – но мать не дала досказать сыночку его предположение. По звукам было похоже, что она шлепнула его полотенцем, и паренек запричитал. Хотя, уверена, это было совершенно не больно.

– Ох охальник, ох похабник! – приговаривала женщина охаживая сыночка полотенцем. Видимо, она-то как раз таки поняла, что хотел предложить ее сын.

Голоса удалялись, а я сидела ни жива ни мертва от испуга и осознания того, что, оказывается, я пережила покушение. Вернее, не пережила. И, считай, на совести этого оболтуса не только жизнь старьевщика, но и жизнь Дианы, тело которой я сейчас заняла. И что мне делать? Так, а что я могу сделать? Сообщить властям, что это было покушение. Но чем я докажу? Начнут рыть грязные подробности и, чего доброго, докопаются до сверхспособностей Сабрины, да и до моих тоже. В настоящее время я нахожусь полностью в подневольном положении. Завишу от отца, а если он женится на этой мегере, то пиши пропало. Судя по всему, именно на это и был расчет: женить папашу Джузеппе и отжать у него пекарню.

– О чем задумалась? – я даже подпрыгнула, так как снова ушла в размышления и не слышала, как вернулась Сабрина.

– Думаю, хватит этих бинтов или нет, – и я кивнула на корзинку, в которую складывала уже порванные на длинные лоскуты ткань.

– Если не хватит, я еще сделаю, – успокоила меня девочка. Я решила не рассказывать ей о только что подслушанном разговоре. Она ребенок, и мой долг – защитить ее. Да, я не была настоящей сестрой Сабрины, но именно благодаря ей я жива, пусть и оказалась здесь.

– А я нашла гипс! – похвасталась Сабрина и показала миску, что держала в руках.

– Какая же ты молодец! – похвалила ребенка, подхватила корзинку с лоскутами и вышла из кладовки. Сабрина отнесла все в комнату отца и нашла его старенькие чулки. Они были штопаны-перештопаны и никаких чувств, кроме жалости, не вызывали.

– Юные сеньориты, а вы что задумали? – папаша Джузеппе хитро прищурился. – Лечить меня удумали? – отец пытался быть беззаботным, но не смог скрыть обеспокоенность.

– Батюшка, Диана кое-что придумала! – Сабрина чуть ли не плясала вокруг кровати отца. Эмоции у ребенка зашкаливали.

– Не переживайте, батюшка, я вам не наврежу, – попыталась я успокоить отца, но он все равно смотрел за моими манипуляциями с опаской. – Сабрина, развлеки пока отца, чтобы он не переживал, – попросила девочку, а она с радостью притащила мандолину и начала играть. Получалось здорово. И отец откровенно любовался младшей дочерью, пока я развела в тазу гипс, опустила в него самодельные бинты и разложила чулки и вату.

– Ты что задумала? – отец спохватился, лишь когда я убрала в сторону одеяло и разбинтовала шину, что наложил доктор. Это никуда не годится! И даже турист-любитель наложил бы шину на перелом или растяжение куда более профессионально, чем это лекарь.

– Сейчас повязку наложу тебе из гипса, чтоб нога поскорее зажила, – озвучила я свой план, а отец заметно побледнел.

– Может, надо было оставить, как сделал лекарь? – робко проговорил папаша Джузеппе.

– Нет, – я была категорична. Надо ставить отца на ноги и как можно скорее и отделываться от этой интриганки местного разлива. А то, видите ли, она решила пекарню себе заграбастать вместе с папашей, а нас со свету сжить. Ага, щаззз. Я и не таким рога обламывала.

Осторожно натянула на ногу мужчине чулок и показала, как раскладывать вату, пока я буду натягивать второй чулок. Сабрина оказалась очень сообразительной и все схватывала на лету. В четыре руки мы довольно быстро упаковали сломанную ногу в чулки, и начался самый сложный процесс. Я начала обматывать ногу отца бинтами, пропитанными гипсовым раствором. Отец все ждал, что вот-вот должно быть больно, но боль все не наступала. Были, конечно, дискомфортные ощущения, но отец стоически их перенес.

Уложив загипсованную ногу на кровать, я принялась за руку. С рукой пришлось повозиться и использовать дощечки, что принесла Сабрина. Но и с гипсом на руке вскоре было покончено. Я знатно вымокла и устала. В конце поняла, что у меня даже руки трясутся от напряжения. Я знала, как накладывать гипс в теории, но на практике делала это в первый раз.

– И эта повязка способствует скорейшему моему исцелению? – отец успокоился и сейчас рассматривал свою руку.

– Уверена в этом, – я сидела на кресле и отдыхала, пока Сабрина убирала таз с остатками разведенного гипса и мыла пол, так как я немного накапала гипсовым раствором.

– Хорошо, коль так. А то я уже подумывал принять предложение Урсулы, – проворчал мужчина себе под нос, а я замерла и напряглась.

– Какое предложение? – я даже вперед подалась вперед, чтобы не пропустить ни слова.

– Ну, ты же понимаешь, что если со мной что станется, а ты еще так молода, что не сможешь взять на себя управление