Твои карие глаза - Валерий Цвет

С улыбкой подметила она.

— С чего ты решила?

— Я знаю тебя как облупленного. Бери книги, они для меня слишком тяжёлые… ещё мой рюкзак, и мы незамедлительно приступим к твоему восстановлению…

Она была очень бодра, и пожалуй даже яростно улыбалась.

и вошла в склеп первой, он вошёл с вещами чуть позже…

— Приляг ка на гробик…

Сказала она смотря на него и сидя на том самом гробике… причём она смотрела на него и улыбалась так будто пыталась обмануть его бдительность и не напугать его…

— Скажи честно, ты сделаешь мне больно?

— А ты что, не потерпишь ради того, чтобы снова стать прежним милахой?

— Я тебя серьёзно спрашиваю… ты намереваешься меня препарировать?

Она резко посерьёзнела, опустила голову, серьёзно посмотрела на него исподлобья и сменила милый голос на грозный…

— А я серьёзно тебе отвечаю, что твои вопросы меня вот вот обидят… и я вообще уйду и ты будешь сам разбираться в этих книгах…

— У меня вчера прорезались крылья… и, мне кажется, я не хочу их лишаться…

Девушка серьёзно задумалась.

— Кстати о крыльях… перед тем как мы начнём надо осуществить одну мою мечту…

Она подняла на него решительный взгляд.

— Я заберусь тебе на спину, и мы полетаем над всем нашим лесом, полетаем в горах и над городом…

Он молча рванул к ней, подхватил её на руках… она завизжала и он взлетел вместе с ней на руках и укрыл бережно её от мешающего ветра.

Она вся зажмурилась и сжалась в его каменных объятиях, а потом услышала его смешливый любящий голос, — можешь уже смотреть.

Она раскрыла глазки, и рот её от удивления раскрылся…

Они стремительно летели всё выше и выше в голубое небо, всё выше к солнцу… она чувствовала его тепло и то как каменный парень нагревался…

Её дух захватывало… она сидела у него на спине и совсем перестала бояться… она расправила руки как птица и, не веря своему счастью, улыбалась, устремляя счастливые глазки к голубеющему горизонту… с краёв её глазок бежали капли счастливых слёз…

Она всю жизнь хотела полететь… и теперь её парень осуществил её мечту…

Они летали вплоть до позднего вечера и он приземлился с ней на полностью покрытую фиолетовыми цветами опушку… которую обжигали последние лучи заходящего солнца…

— Ты счастлива?

Её зрачки были широкие от переполняющего её счастья, она глубоко дышала широко раскрытым ртом и смотрела по сторонам находясь не в разуме, но полностью в бурных диких радостных и светлых чувствах.

Она просто посмотрела на него улыбнувшись рядами белых зубов и так нечего и не сказала, но её взгляд сказал многое и она продолжала смотреть по сторонам и пыталась отдышаться, а её сердце всё прыгало и прыгало и даже не собиралось возвращаться к спокойному биению… он подошёл и положил руку к её животу и тот тоже бился… она на секунду прервалась от своего счастья чтобы обратить в спешке внимание на его руку и положить на неё в знак благосклонности свою ручкууу…

Среди высокой зелёной травы и фиолетовых цветов из земли вздымались поросшие мхом и забытые самим временем каменные кресты… на одном из них сидела маленькая улитка и высовывала свою маленькую любопытную головку, подставляла её под последние тёплые лучи заходящего солнца и тянула к нему свои милые антенки.

Девушка смотрела на всё это и её глаза невольно начали источать слёзы. Она поняла, что если изменит Валерия то больше никогда не полетит.

Он должно быть понял её мысли, посмотрел на неё с грустным пониманием, сжал её руку и сказал ей, — я не буду меняться…

— Нет, я тебя поменяю.

Она ещё сильней сжала руку…

— Я любила тебя за другое… я любила тебя просто так… просто мне стало грустно от мысли, что это быть может наш единственный раз… поэтому дай насладиться моментом..

Он отпустил её руку и сел рядом, а она продолжала смотреть вдаль и дышать.

Когда солнце село, и начало смеркаться они отправились обратно к склепу… и шли они всё время молча. В склепе она приказала ему усесться на мраморную плиту надгробия и зажечь свечу… как же красиво она освещала мраморную белую в веточках-извилинах поверхность толстенной крышки гроба на которой они сидели… девушка опустилась на мраморный пол и рылась в рюкзаке… она достала мел, и стала вычерчивать им на полу пентаграмму.

Она посмотрела на парня с улыбкой и поманила его пальчиком.

— Что?

— Иди ко мне…

Он медленно, как бы ожидая чего-то с её стороны опустился на пол и сел рядом с ней.

Она смотрела то в один его глаз то в другой как-то особенно… очень сконцентрировано…

Её губы зашевелились

— Поцелуй меня

сказала она.

Он молча подался головой вперёд и его губы коснулись её мягких губ…

Она с закрытыми глазами целовала на этот раз его как-то странно, как бы с умом, в раздумьях… как-то колдовски…

Он отнял губы и серьёзно спросил.

— Ты ведь не просто целуешь меня? Что ты собралась со мной сотворить?

Она молчала и странно смотрела в его глаза…

Потом достала иглу и какие-то шланги для перекачки крови.

Он схватил её руку.

— Ты совсем свихнулась?

— Тебе поможет только моя кровь… не волнуйся, я много не отдам. Достаточно маленькой порции… кстати да… мы обойдёмся шприцом я думаю…

— Если это действительно поможет… то я могу взять капельку твоей крови… но мне не приятна даже мысль уколоть тебя…

— Не волнуйся. Я не неженка.

— Нет я буду нежен.

Шприц в руках парня медленно наполнился… а девушка пересиливала боль ради спасения своего демона…

Всё это они делали посреди начертанной чёрной пентаграммы в свете свечи дребезжащей от гуляющего ночного могильного воздуха.

Их длинные тени склонившиеся друг к другу повторяли каждые их движения и вели между собой как бы свой, теневой разговор, разговор иного мира, изнанки нашего полноценного пестрящего всеми цветами радуги мира.

Девушка взяла в дрожащие руки шприц… и, собравшись, вонзила его и с напряжением держа его и смотрела как её красная жидкость медленно покидает прозрачное стекло и пускается в путь по вене монстра.

— Я всё.

Мрачно сказала девушка… аккуратно вытаскивая иглу.

— Теперь ложись поверх моего рисунка… я не знаю его значения… но в книге чётко указанно, что он поможет в твоём излечении.

— А ты точно уверенна, что делаешь всё правильно?

Девушка на него посмотрела и сказала, — нет. Но в любом случае этот эксперимент не навредит тебе. Я бы