Дуэт пылающих сердец - Рэйчел Стюарт

— Совершенно верно, Люси. Сам Тео Дюбуа прошел в отель „Би & Би» мимо меня. В этом же отеле, по сообщению местной прессы, остановился накануне и Себастьян. И как вы можете себе представить, их возвращение вызвало неоднозначную реакцию. Передаю слово Надин, хозяйке местного ресторана „Адам и Ева»:

— Как ты думаешь, Надин, это хорошая новость для деревни?

— Просто отличная! Это привлечет больше посетителей и поможет местной экономике и, в частности, моему ресторану „Адам и Ева», который вы только что упомянули. — Надин сияла в объектив камеры. — Кроме того, вниз по дороге расположен еще один мой ресторан „Ромео и Джульетта» с прекрасной европейской кухней. И в том и в другом ресторане можно заказать романтический ужин».

Анжела прыснула со смеху:

— Доверься Надин, и она все сведет к рекламе своих ресторанчиков.

— Такую возможность нельзя упускать, — прокомментировала Бри, думая совершенно о другом. Итак, братья не просто вернулись навестить родные места. Они здесь, чтобы превратить поместье в элитный курорт…

— Это не то, что вы говорили о «Би & Би» ранее, когда я хотела выйти на улицу и поговорить с ними.

— Нет. У нас был другой план.

Им не хотелось вмешивать прессу и нужно было уберечь Анжелу от досужих расспросов прессы относительно того, что дочь Фелисити была тайной дочерью магната-миллиардера.

Бри хотела продолжить расспросы, но шум снаружи нарастал, и Тео сказал:

— Вероятно, Себастьян и Флик возвращаются. Пойду расчищу им путь, а вы обе оставайтесь здесь.

Бри лишь молча кивнула:

— Это просто супер, Бри! Разве можно в такое поверить? Настоящие миллиардеры, здесь, под нашей крышей, и один из них ухаживает за мамой. Это так странно!

Бри рассеянно кивнула:

— Да. Очень странно.

Ей нужно было поговорить с Фелисити вчера. И дело совсем не в потенциальном элитном отеле, если Себастьян отец Анжелы, можно поймать рыбу покрупнее…

— Кто ловит рыбу? — спросила Анжела.

— А? — Бри поняла, что снова говорила вслух. — Не вникай, детка. А вот в мохито нужно побольше мяты, — сказала она и добавила листики в стакан с напитком, который недавно дегустировала Анжела.

Пока Бри разминала мяту, ее мысли снова вернулись к Тео. Он заинтриговал ее. За красивым лицом, за его ухмылками, дразнилками и подмигиванием скрывалось нечто более серьезное. И теперь, когда увидела его настоящего, она хотела знать все.

Все до последней капли.

Или, может быть, это говорил мохито?

Она посмотрела на напиток и поморщилась. Не самый мудрый выбор, когда ей нужно собраться с мыслями, а снаружи безумствует пресса. Она услышала, как открылась наружная дверь, а вместе с ней ворвался шум, и снова поморщилась.

С другой стороны, возможно, это идеальный выбор.

Бри подняла стакан с мохито:

— До дна!

«Ты выбрал не лучшее время, брат…» — пробормотал Тео себе под нос, открывая дверь и приклеивая дежурную улыбку. Он невольно щурился от вспышек и щелчков камер репортеров. Кругом царил хаос, как и в его жизни. Он не лгал Бри. Напротив, был слишком честен с ней. Тео никогда так не вел себя с незнакомыми людьми. Но что-то в этих больших карих глазах, запахе выпечки, теплой ауре, которая, казалось, следовала за ней повсюду, заставило его раскрыться перед ней.

Может быть, всему виной ностальгия по прошлому и кухня Энни, где старое и знакомое столкнулось с очень новым и очень… привлекательным.

Брат спас его от скандала в прессе, а Бри смягчила горечь расставания с Таней.

Бри и Таня были такими же разными, как день и ночь, огонь и лед…

И Бри, безусловно, зажгла в его жилах достаточно огня, чтобы смягчить холод Парижа.

Он провел рукой по волосам, вздохнул и двинулся к автомобилю. Используя свое тело в качестве щита, он расчистил путь к машине и постучал в пассажирское окно. Флик повернулась к нему лицом, ее темный конский хвост взметнулся, голубые глаза расширились, щеки порозовели, а рот сложился в испуганную букву «О».

Он широко улыбнулся, извиняясь за то, что напугал ее, и указал на дверную ручку, ожидая, пока его брат откроет ее. Себастьян, к удивлению Тео, смеялся, что было по меньшей мере странно в сложившейся ситуации. Он не мог вспомнить, когда в последний раз его брат вообще смеялся. Обычно Тео улыбался прессе, а Себастьян ее проклинал.

Щелкнул замок, и он потянул на себя дверь, стараясь встать между Флик и толпой репортеров с их потоком нескончаемых вопросов:

— Тео, Тео! Ты вернулся, чтобы остаться?

— Зачем было менять имя?

— Что за история с поместьем?

— Слухи о Дюбуа и поместье правдивы?

Себастьян поежился.

— Отведи ее внутрь, Тео.

— О, я этим как раз и занимаюсь.

— Какие слухи? — Флик хмуро взглянула на Тео, когда тот помогал ей выйти из машины.

Он положил ладонь ей на спину и подталкивал ее вперед.

— Не волнуйся, — прошептал он ей на ухо. — Это мы им нужны.

— До поры до времени, — проворчал его брат, прикрывая их сзади.

Как только Флик и Тео оказались внутри, Себастьян повернулся к напиравшей толпе.

— Сегодня вы больше ничего от нас не услышите.

Он захлопнул дверь и прислонился к ней лбом. Тео хотел было пройтись по назойливым репортерам, но поза брата его остановила. Себастьян выглядел… сломленным.

Что происходит? Король хладнокровия и отчужденности, сначала смеется, затем ломается… Его ли это брат? Тео предположил, что это, должно быть, из-за новости об Анжеле Себастьян в шоке. А тут еще и пресса дышит им в затылок…

Флик стояла бледная как полотно, похожая скорее на привидение, чем на живое существо. Тео выпрямился и улыбнулся. Одному из них следует сохранять хладнокровие перед ней, и, если это будет не Себастьян…

Но тут Себастьян выдохнул, провел рукой по волосам и повернулся к ним:

— Как давно здесь пресса?

— Они прибыли как раз перед обедом, судя по огненной юбке у входа.

— Огненная юбка? — Флик поперхнулась. — Ты имеешь в виду Бри?

— Да, именно ее. — Ладно, возможно, ему не следовало использовать этот термин, но он подходил к сложившейся ситуации во всех смыслах, и это был комплимент. — Я выхожу на улицу, и толпа репортеров окружает меня, как стая стервятников, затем один шаг внутрь, и она наготове. Бри знает, как защитить тех, кто ей небезразличен. Голову даю на отсечение.

Он