Смертельные иллюзии - Бренда Джойс

– Вы так смотрите, – вздохнула Гвен.

– Извините. Я знаю, вы обнаружили тело соседки, миссис О’Нил. Простите. Это так ужасно. – В стороне вспыхнула еще одна свеча, ярче освещая единственную комнату.

Гвен кивнула.

– Да, это было страшно, – прошептала она и повесила на крючок шляпку, а за ней и шерстяную шаль, оставаясь в цветастой блузке и темной юбке. Когда женщина наклонилась, Франческа поняла, что она снимает туфли. Оставшись в одних чулках, Гвен улыбнулась гостье. – Ноги болят, – прошептала она.

Франческа догадалась, что, должно быть, туфли куплены не в магазине, поэтому либо малы ей, либо протерлись до дыр. Услышав шум льющейся на кухне воды, Франческа вспомнила о ведре с водой в комнате покойной Маргарет. Может, у нее тоже болели ноги? Решила ли она попарить их прямо перед приходом убийцы? Помогло ли это убийце поймать ее?

Франческа улыбнулась Гвен:

– Пожалуйста, не обращайте на меня внимание. Вас точно кто-то преследовал?

Гвен молча подошла к маленькому квадратному столу, накрытому яркой желтой скатертью. В центре в надтреснутом стакане стояла одна ромашка. Бридж разжигала огонь в печи и ставила кипятить воду.

– Я уверена в этом!

В этом не было смысла. Франческа сняла перчатки и аккуратно положила их на скатерть. Бридж высыпала в кастрюлю с кипящей водой морковь, лук и ломтики картофеля. Туда же вскоре отправилась и щепотка соли.

– Скажите, как вы полагаете, почему вас могли бы преследовать? – мягко спросила Франческа.

Глаза миссис О’Нил наполнились слезами.

– Я не знаю! Когда я выходила из полицейского управления, меня никто не видел. Но меня не покидает стойкое ощущение, что за мной наблюдают! С вами такого не случалось? – воскликнула она.

Франческа дружески коснулась руки женщины:

– Конечно, случалось.

– О боже, что-то я сегодня совсем забыла о хороших манерах. Мисс Кэхил, вы так много для нас сделали, в прошлом месяце спасли мою дочь от тех ужасных мужчин! Присаживайтесь, прошу вас. Бриджид! Поставь чайник, – скомандовала Гвен. На ее щеках сверкали слезинки. – У нас есть чай. Настоящий английский чай. Особенный – я привезла его с собой, – добавила она, имея в виду недавний переезд из Ирландии в Нью-Йорк.

– Благодарю. – Франческа села. Гвен же продолжала стоять. – Так вы кого-то видели?

– Нет. Никого. Но я всю дорогу не могла избавиться от этого странного чувства. Всю дорогу от самого участка.

Франческа с пониманием кивнула:

– Почему вы стоите? У вас ведь был чрезвычайно трудный день.

Однако Гвен направилась к плите и помешала суп.

– Можете считать меня сумасшедшей, – бросила она через плечо.

– Что вы, ни в коем случае.

– Бриджид, умойся и вымой руки.

Девочка стояла в углу, положив руку на столешницу у плиты, рядом с которой была пристроена раковина.

– Я хочу домой! Ненавижу это место! – внезапно закричала она. – Ненавижу! А больше всего ненавижу лорда Рандолфа!

Франческа встала, едва сдерживая порыв прижать к себе Бридж и успокоить. Интересно, кто такой лорд Рандолф. Гвен бросилась к дочери, обняла ее и прижала голову к своей груди.

– Я знаю, милая. Я знаю. Но мы не можем вернуться. Ты же понимаешь, мы никогда не сможем вернуться домой.

Бриджид разрыдалась и скрылась за занавеской, отделявшей спальню от комнаты. Гвен замерла, уставившись на линялую тряпку цвета горчицы с болью в глазах. Франческа обдумывала ее последние слова. Почему они с Бридж никогда не смогут вернуться домой?

Она подошла к женщине и положила руку ей на плечо:

– Должно быть, непросто начинать жизнь с нуля на новом месте.

– Непросто, – эхом отозвалась Гвен. – Я хотела найти хорошее место, но получилось устроиться только на фабрику. Мы делаем свечи. Целыми днями. Дома я служила личной горничной госпожи в богатом поместье. Мы никогда не голодали.

Недавно Франческа наняла новую горничную в свой дом, хотя штат прислуги был уже укомплектован. Элли была бездомной бродяжкой и стала свидетелем убийства. Сейчас она самая преданная хозяйке горничная во всем доме. Франческа знала, ее мать, Джулия, не захочет взять новую прислугу.

Может, сестре нужна служанка? Как было бы здорово!

– У вас есть рекомендации? – спросила она. Гвен отвела взгляд:

– Боюсь, что нет.

Франческа удивилась. Что бы это значило? Однако сейчас не самое подходящее время для выяснения. Все же она была уверена, что Гвен хорошо служила своей госпоже. Она неплохо разбиралась в людях и верила, что женщина с ней откровенна. Внезапно в голову пришла отличная мысль. Колдер Харт. Она повеселела. Он не станет интересоваться, зачем она наняла еще одну горничную в тот огромный мавзолей, который он называл домом. Она дала себе обещание заняться трудоустройством Гвен незамедлительно.

– Могу я задать вам еще один вопрос, миссис О’Нил? Я занимаюсь убийством Маргарет Купер.

Гвен кивнула, собираясь сесть к столу. И с облегчением выдохнула, опустившись на стул. Франческа поспешила сесть рядом:

– Вы были знакомы с Маргарет Купер?

Гвен еще раз кивнула:

– Когда мы приехали, она уже здесь жила. Она была с нами приветлива, предложила помочь и показать окрестности. Она же помогла мне найти первую работу, но ездить приходилось на другой конец города, поэтому я сразу уволилась, как только узнала о месте на свечной фабрике. Пару раз мы вместе ужинали. Она была хорошей женщиной, мисс Кэхил. Маргарет не заслужила смерти!

– Она не была замужем?

– Нет. У нее на всем белом свете никого не было.

– И друга? – спросила Франческа, вспоминая, что в квартире не было следов пребывания мужчины.

– Нет. Мне казалось это странным. Она ведь такая симпатичная и добрая.

Франческа достала блокнот и ручку и сделала кое-какие записи.

– Но у Маргарет должна была быть хоть какая-то личная жизнь.

– Она работала шесть дней в неделю, а по воскресеньям ходила в церковь. Вы знаете. Я уже все рассказала полиции.

– Мне бы хотелось услышать от вас лично, если не возражаете. Мне очень важно разобраться с этим делом и привести убийцу Маргарет в суд. – Франческа выглядела очень убедительно. – У полиции много дел в работе. У меня же всего одно.

– Конечно. – Гвен улыбнулась, впервые за этот вечер. Похоже, она немного расслабилась. Вода закипела, и женщина принялась готовить чай.

– Какого она была вероисповедания?

– Баптистка. – Гвен повернулась через плечо и опять улыбнулась, взгляд потеплел. – Однажды я взяла ее в свою церковь. Она была очень религиозна, мисс Кэхил. Ее мать была ирландкой. Вы не знали?