Три босса для Дюймовочки - Ирис Ленская

— Ладно, сегодня была репетиция, но с завтрашнего дня начинается реальный отсчёт, — смилостивился этот монстр и снова закрыл дверь.

Я поймала лукавый взгляд блондина, который, по-мальчишески взъерошив волосы, поинтересовался:

— И что это было?

— По-моему, Борисыч открыл на меня охоту, хочет доказать профнепригодность, — ответила я на всякий случай почти шёпотом.

Эта предусмотрительность оказалась не напрасной — в приёмной появилась проворная администраторша, которую наверняка только что вызвал мой адский босс. Она окинула нас внимательным взглядом и, мило улыбаясь, пригласила меня проследовать за ней в отдел кадров.

— Вам понравится у нас, Дарья. Конец осени — горячая пора, но девочки помогут освоиться... — проворковала она уже в лифте, глядя на меня с высоты своего модельного роста.

Я благодарно подышала ей в пупок и нахмурилась. Ох, чувствую, здесь тот ещё серпентарий! Юлька беспрестанно рассказывала про их рабочую атмосферу, поэтому моё сознание было уже подготовлено к вливанию в эту «дружелюбную» бабскую среду обитания.

— Жду не дождусь момента, когда стану частью вашего большого и дружного коллектива, — с нездоровым энтузиазмом ответила я, выставив зубы в такой доброжелательно идиотической улыбке, что любая акула бы от зависти утонула.

Это была чистая правда после всего того, что мне пришлось вытерпеть этим безумным утром. 

Глава 3

Возвращалась я домой на маршрутке. По дороге заскочила в местный супермаркет и на последние деньги накупила всякой всячины: сыра, салями, йогуртов, мандаринов, куриного филе, цветной капусты — и даже прихватила небольшой тортик. Ладно, каюсь, большой. Но это же тортик, покупать маленький — просто какое-то извращение! Кутить так кутить! Очень хотелось хоть немного порадовать Зойку, она столько для меня всего делает.

— Меня приняли на работу! — крикнула я с порога, раздеваясь.   

— Иду, Дарочка, солнышко, — Зоя выбежала из кухни в коридор, раскрасневшаяся, со следами муки на щеках.

Ясное дело, когда она волнуется, всегда принимается что-то печь.

— Отмечать будем! — я с гордостью вытащила папку и протянула её сестре. — Положи на мой стол, тут домашнее задание.

— Умничка! Я нисколько в тебе не сомневалась!

Знаю, Зойка всегда верила в меня, она знала, что сегодня у нас будет маленький праздник и даже отпросилась с работы.

— Ну, хватит тебе уже одной пахать. Пора и мне за ум браться... И холодильник купим и стиральную машину, а летом в Крым поедем отдыхать.

Мы давно об этом мечтали, ещё с родителями частенько ездили. Я никогда не забуду Коктебель. После похорон так и не были там ни разу...

— Так и стоят перед глазами плюшевый Кара-Даг и Сердоликовая бухта, и Золотые ворота, — мечтательно проговорила Зоя и вдруг, словно опомнившись, наморщила лоб: — Не забудь, надо ещё наш «Опель» починить, полгода уже в гараже стоит.

— Да эту развалюху давно выбросить пора... — разошлась я, мысленно уже прикидывая, хватит ли с получки на «Майбах» и рассчитывая кредит на небольшую, совсем крохотную, яхту с шестью каютами и винным погребком.

Телефон завибрировал в недрах сумочки. Под вопросительным взглядом сестры я вытащила его и приняла вызов.

— Юль, всё, собеседование прошла! Завтра первый рабочий день.

— О, это дело нужно отметить, — обрадовалась подруга. — Когда заедешь?

— Только не сегодня, — я стушевалась под вопросительным взглядом сестры и отправилась на кухню. — Перевод ещё нужно делать.

— Лучше скажи, Зойка своего пса спустит...

— Давай завтра, обещаю заехать на часик, — пришлось пообещать, иначе Юлька не отстанет. 

— А я тебя со своим блондинчиком познакомлю. Хочешь?

— Кане-ешна, — протянула я.

И как я всю жизнь жила без твоего блондинчика? Ночей не спала, в подушку рыдала, все думала, как там Юлькин блондинчик. А еще шатенчик и лысый татуированный Вовчик, которого я видела один раз и теперь страшно боюсь увидеть во второй. Даже во сне.

Юлька была в своем репертуаре, парней она меняла как перчатки. Хотя нет, вру. Перчаток у неё было всего шестнадцать пар, мы как-то перебирали от скуки. Парни же подсчёту не поддавались, не хватало математических способностей. Вот теперь какой-то блондин, а ещё два дня назад был синеглазый брюнет. Ну а что? Она красивая, длинноногая шатенка, имеет право жить в своё удовольствие, раз ей так ловко удаётся не вливаться в стройные ряды девушек, страдающих от неразделённой любви.

— Ну ты хоть про начальника расскажи? Какой он из себя?

— Ой, страшно вспоминать, мой босс — настоящий бык!

— В плане рогов?

— В плане укрощения. Ну, строгий очень. Такой допрос устроил, жуть просто, потом расскажу, — я умолкла, не желая вдаваться в подробности по телефону.

— Да брось, так всегда бывает. Просто постарайся найти с ним общий язык. Я же нашла, хоть мой тот ещё старый хрыч. Поверь, это вполне реально!..

Да-да, про старого хрыча я уже слышала... кажется, он был между шатеном и Вовчиком...

...Ближе к вечеру я взялась за зелёную папку, из которой на стол посыпались листы. Чудовищный босс не обманул, цифр было много, как и столбиков, — больше, чем парней у Юльки, я аж взгрустнула. А ещё имелись комментарии — более мелким шрифтом — и пояснения на обратных страницах.

Ого, сколько информации! А вдруг не успею? Пальцы покалывало в предвкушении новой порции адреналина.

Я погрузилась в работу и подняла голову, только когда папины часы в прихожей пробили двенадцать.

Успеваю! Ещё часик, и всё будет готово. Борисычу не отвертеться, он подпишет моё заявление!

За окном стояла глубокая ночь, когда я забралась в постель. Глаза слипались, а в ушах стоял насмешливый голос: «Легкомысленных на работу не беру...»

«Придётся, голубчик, придётся. Деваться тебе некуда», — с этими мыслями я погрузилась в сон.

Утро началось с того, что меня трясли за плечо.

— Вставай, а то опоздаешь!

— Может не надо. Я ещё посплю, — попыталась я зарыться обратно в одеяло.

— Ну и спи, никто твоё заявление не подпишет, — буркнула Зойка, выходя из комнаты.

Её слова возымели действие. Я тут же вскочила как ошпаренная, вспомнив, с каким трудом мне удалось укротить адского босса.

Положение было критическим — на часах уже пятнадцать минут восьмого. Я лихорадочно принялась собираться. Напялила Зойкину кремовую блузку, которая села на меня идеально, и тёмную бархатную юбку, прямую с разрезами по бокам, в последний раз надевала её