Девочка, я тебя присвою. Книга 2 - Елена Безрукова

За глупость.

За недальновидность.

— Не молчи же… — ласкал он мое лицо пальцами, заставляя меня плавится как воск. Хотелось снова закрыть глаза и просто наслаждаться этой нежностью мужских пальцев…

— Я… Я не знаю, — ответила я.

— Не знаешь? — переспросил он.

— Я не понимаю, что испытываю, — пояснила я.

Он оторвал взгляд от моих губ и мы снова встретились глазами.

— Ты не можешь мне ответить тем же самым?

— Наверное, нет…

— Но тебе приятно, когда я тебя целую?

— Я не поняла. Архип, пожалуйста, поехали. Я хочу домой. Меня будут искать.

В его глазах мелькнуло неподдельное расстройство и огорчение.

Мне хотелось вцепиться в него, кричать, что все, что я сказала, неправда, и я тоже… Тоже люблю. Но я не могу. Эта слабость может стоить нам слишком дорого…

— Конечно, я… Отвезу тебя домой. Идем.

Он указал рукой на машину. Я сделала лишь шаг в сторону, но снова была поймана в объятия. А потом мои губы опять нашли требовательные его.

— Я сумасшедший… — шептал он мне, целуя мои губы и лицо. — Я совсем сошел с ума от тебя, Снежинка. Даже если ты меня не любишь, то знай — я тебя люблю.

От его слов ноги стали ватными, и я еле устояла на ногах. Я смотрела в его синие глаза и видела там целый океан чувств. Он не лгал. И от этого лишь больнее становилось.

Первые поцелуи и признание в любви от любимого мной мальчика сегодня случились со мной, а я… Должна их отвергнуть.

— Я хочу домой, — произнесла я единственное, что смогла выдавить из себя.

По моей щеке сбежала предательская слезинка.

Я не плачу! Я никогда не плачу из-за парней!

Не плакала…

— Ты плачешь? — тут же заметил он мои слезы.

— Я… Замерзла и… Пожалуйста, отвези меня домой.

Больше он спорить не стал. Помог мне сесть в машину и мы отправились в обратный путь. Всю дорогу Архип с грустью смотрел на меня. Он решил, что обидел меня и получил поцелуи едва ли не силой, но сказать ему, что это не так, я не могла.

Нам нужно расстаться и забыть об этом.

Лучше внушить ему, что его чувства не взаимны.

Тогда он оставит меня в покое…

Только от этой мысли на душе становилось еще поганее…

3

— Пока, — бросила я ему и вылетела пулей из машины.

Боялась, что сейчас он снова будет меня целовать и я не смогу уйти от него и сломаюсь, скажу, что чувствую к нему тоже самое, что он ко мне. Но я сдержалась.

Кажется, Архип не собирался меня трогать — мой уход от ответа на его признание в любви от расценил как отказ.

Что ж… Возможно, так даже лучше.

Пусть считает, что не нужен мне. Тогда мы меньше ошибок допустим.

Что бы он ни говорил мне и ни делал, я буду держаться позиции, что не люблю его, и он оставит меня в покое. Ветров сам мне невольно подсказал решение нашей ситуации и даже не догадывался об этом. Теперь главное мне выдержать…

Он еще будет предпринимать попытки общаться, но я должна быть как кремень.

Когда я вошла в дом уже стемнело. Мы очень много времени провели на той горе и пока целовались как сумасшедшие, сбежавшие от всего мира, время пронеслось совершенно незаметно.

В гостиной никого не было и я отправилась на кухню, чтобы выпить воды и попытаться успокоиться. Или, может быть, маминого чая на травах… Он всегда отлично успокаивал.

— Мама? — подняла я брови, обнаружив маму как раз за приготовлением ее фирменного чая на кухне.

— А, Кристиночка! Привет! Проходи. Вот, твой любимый чай заваривать собираюсь.

— Спасибо, мам, — уселась я рядом с ней за барную стойку. В последнее время мы так редко проводим время вместе, что подобное уже воспринимается как праздник.

— Ужинать будешь?

— Нет.

— Как это «нет»? — возмутилась она. — Надо поесть.

Я лишь вздохнула. Ну вот — режим курицы-несушки активирован, причем тогда, когда это совершенно не нужно.

— Ну не хочу, мам, — ответила я. — Я уже поела.

— Где?

— Мы с Катей сегодня в кафе занимались. Там и поела.

— А-а… Понятно. Точно не голодная?

— Нет!

— Ну ладно тогда… А ты чего так долго сегодня? — обратилась она ко мне. — Уже стемнело.

— Да что-то засиделись мы с Катькой, — улыбнулась я, стараясь искренне верить в собственную ложь, чтобы мама не догадалась о том, где на самом деле я была и чем занималась. Губы саднило, напоминая о моих первых поцелуях с Архипом, что заставило меня устыдиться собственных мыслей и вызвало жар на щеках. — Пока все решили… Не заметили даже как стемнело.

— Такие сложные задания попались? — спросила она, налила в чашку чая и поставила ее передо мной. Без сахара, горячий, как я люблю.

Я снова улыбнулась ей.

Забота, да еще от близких людей, всегда приятна.

— Сложные, очень, — вздохнула я, имея в виду, конечно же, вовсе не те задачки, которые требовалось решить в учебнике… Если бы только они оставались моей главной проблемой, как до встречи с Архипом и до этой весны, когда мой мир полностью изменился, и который продолжает меняться, а я не успеваю адаптироваться к новым условиям игры. Я обхватила горячую чашку руками, задумчиво вглядываясь в жидкость в ней. — Тем более, это был финальный урок. Нужно было все хорошо закрепить, чтобы на алгебре в гимназии потом не ударить в грязь лицом.

— В итоге все решили? — Села мама рядом.

— На сегодня — да, — ответила я туманно.

Ни черта мы не решили. Но ей не стоит это знать. Я не готова делиться этим с мамой, потому что уверена, что она однозначно не одобрит мое поведение сегодня, выбор моего сердца. К тому же, это может дойти до Дины. Лучше молчать обо всем, что касается Ветрова.

— Как понять — на сегодня? — уточнила мама.

— Ну, надеюсь, что не забуду полученные знания от Арх…

Я осеклась на полуслове.

Сердце укатилось в пятки.

Я едва не проболталась! Чуть не назвала имя Архипа.

— Что? — не поняла мама.

— Аргх! — прорычала я, делая вид, что злюсь. Хорошо, придурок, что у тебя имя сложное. Это нас сегодня спасло от неминуемой расправы твоей бешеной бывшей, которая мнит себя настоящей! — Это я так злюсь. Надеюсь, что не забуду завтра полученные знания за сегодня! А то ведь я голова-то садовая в вопросах математики…

— А-а, — приняла мою ложь мама, и кажется, не почуяла подвоха. Или мне