Чужая вина - Нина Князькова

– Псс…, – вдруг услышал я справа и заставил себя перевести взгляд. Карапетов чуть виновато смотрел на меня. – Антон Иванович, ей-богу не думал ничего такого. – Шепотом принялся изъясняться он. – Марта Мироновна милейшая женщина, но никто из Березкинских к ней даже близко не подойдет с неприличными мыслями. Ведь теща самого Хозяина. Он голову открутит, не посмотрит на былые заслуги. Да и не знал я, что она ваша уже…

– Теперь знаешь. – Тихо рыкнул я. – Остальным скажи.

– Конечно-конечно. Просто запаха почти нет, вот и… – Он несколько стушевался. – Я пойду, пожалуй. На счет банкета распоряжусь. – Он взялся за ручку двери и вдруг притормозил. – Антон Иванович, вас там Лохматов чего-то искал. Нервный.

Я кивнул, показывая, что услышал. Что бы ни было от меня надобно главе оборотней, я не могу выпустить из поля зрения Марту. Мало ли что может случиться. Я уверен, что ее бывший муженек ошивается где-то рядом и готовит пакость. Вот чуйка у меня такая. Пусть Хозяин сказал не трогать, но шею ему я бы с удовольствием свернул. Мразь!

Откуда-то со стороны зала я вдруг почувствовал тревогу. Что не так? Оглядел склонившиеся над тетрадями женские головы. Все сидят, записывают. Своей интуиции я привык доверять, так что мой взгляд принялся останавливаться на каждой женщине отдельно. Блондинка, брюнетка, русая, еще брюнетка…

– Твою мать, – прошипел, заметив знакомую каштановую макушку.

Быстро огляделся. Нельзя срывать лекцию Марте, она не простит. Заметил вернувшегося в зал Карапетова.

– Фома, проследи за Мартой Мироновной. Хоть волос с ее головы упадет, будешь виноват именно ты. – Предупредил.

– Я? – Задрожал он, понимая, что словами я не разбрасываюсь.

– Ты, – тихо ответил я. – Где Лохматов?

– Так… в столовой. – Невнятно пробормотал Карапетов.

– Стоишь здесь и наблюдаешь. – С угрозой сказал я и вышел из актового зала.

Где столовая в интернате я знал. Неоднократно приходилось сопровождать Хозяина в поездках сюда. Да и Вера Родионовна уже два раза наезжала, чтобы познакомиться с детьми-оборотнями. Те от нее шарахались, учуяв силу, но беспокойную жену главы Мая это не остановило. Ее, похоже, вообще ничего никогда не останавливало.

В столовой было достаточно шумно. Женщины, что здесь работали, шумно шутили и накрывали столы. Скоро лекция закончится, поэтому нужно покормить женщин. В дальнем углу у небольшого стола спиной ко мне сидел Лохматов.

– Искал? – Спросил я, подходя к нему.

Он обернулся и кивнул. Только сейчас я заметил девочку, что сидела у него на коленях и жадно ела суп.

– Садись, – кивнул он на соседний стул. Я подчинился. – Узнаешь? – Кивнул он на ребенка.

Девочке было не больше трех лет. Ложка для ее маленьких пальчиков была великовата, но ребенок упорно черпал еду из тарелки и запихивал в рот.

– Нет, – покачал головой. Принюхался на всякий случай, но и запах девочки был мне не знаком.

– Полукровки, – мрачно выплюнул Лохматов. – Лялечка, а посмотри, пожалуйста на дядю. – Попросил он ребенка, что показалось мне странным. Обычно этот оборотень только приказывает. Ну, еще терпит приказы от Хозяина. А тут ребенка просит…

Девочка со вздохом положила ложку и подняла на меня льдисто-синие глаза.

– Стас? – Неуверенно спросил я. Очень уж девчушка была на него похожа.

– Дурак совсем? – Обиделся Лохматов. – Совсем нос ничего не чует? – Я протяжно выдохнул, понимая, куда он клонит. Не может быть! – Твоя Алка привезла дочь Борьки и Лианы. Борька, как ты знаешь, еще два года назад был… ликвидирован. А Лианка умерла год назад.

– То есть, когда Алка сбежала, она их дочь поехала искать? Чтобы у Стаса хоть племянница осталась. – Понял я наконец-то. – Белов ее убьет.

– Это вообще-то и моя племянница. Лианка все же мне сестра… была. Хоть и унесло их в другую страну, но все же. И Алле всегда будет место в Березкино. Пусть живут здесь. Я обо всем позабочусь. – Поставил он меня в известность.

Я быстро сопоставил факты. Борька работал на военное ведомство, поэтому понимал риски. А вот понимала ли его жена? Да и сестра у Лохматова одна была. Хотя, у Стаса брат тоже единственный. Хоть такое родство в наших краях было редкостью, но из десяти больных детей хоть у одного да были братья-сестры, которые так же нуждались в помощи. Генетика…, она такая.

– То есть, Алла хочет уехать в Май, – вынес я вердикт. – И она заберет ребенка с собой.

– Она на нее документы оформила. Теперь это ее ребенок. – Недовольно фыркнул оборотень.

– Ясно. – Кивнул я своим мыслям. – Нужно обеспечить их жильем…

– Пока у меня поживут. – Покачал он головой.

– Стас тебя прибьет, если ты к моей сестре хоть на шаг подойдешь. – Покачал я головой. – У них слишком многое накопилось друг к другу. Как бы Май не полыхнул, а ты их хочешь в Березкино оставить. Да и там Николай Николаевич присмотрит. – Я был уверен в своей правоте.

– Думаешь, нельзя их здесь поселить? – Лохматов задумчиво поскреб когтем столешницу.

– Нельзя. Смысла нет. Стас на сей раз ее никуда не отпустит. Он же думал, что и она погибла. Черт! Я сам ее прибью, когда она из зала выйдет. – Скривился.

– Ребенка только напугаешь. – Не разрешил он. – Да и ведьма она у тебя, так просто не наорешь.

– Она поисковик, а не ведьма. Ты же знаешь. Ее даже Рада стороной обходит из-за этого. Та легко могла найти родственников… – Я замолчал, поморщившись. – Придется сегодня Алку везти в Май.

Лохматов поджал губы, но кивнул. Спорить со мной бессмысленно, потому что я прав всегда. Я же не только ложь чувствую в любом ее проявлении, но и мой мозг выстраивает наиболее благоприятную цепочку развития событий по конкретному вопросу. Поэтому в карты со мной играть бесполезно. Именно так я отыграл Марту себе. У меня даже расписка имеется, вот только моя женщина об этом не знает. А я никогда не предъявлю ей свое право. Не для нее все это.

– Что с лечебницей? – Перевел я тему.

– Все завезли и распределили. Только подключить осталось. Думаю, что через неделю нужно открывать двери. Врачей только мало. – Посетовал он.

– Потому что уже шестерых женщин охмурили твои лохматые мужики. – Фыркнул я. – Остальные боятся сюда ехать, потому что тут же окажутся замужем.

– Ну, мы же не запрещаем женщинам работать. – Обиделся Лохматов.

– Ага, просто караул около них выставляете. – Скептически заметил я. – Поставьте одного человека на всю больницу. Этого будет достаточно.

– Думаешь? – Задумался он. – И камеры в коридорах. – Добавил через минуту, смирившись.

– Так, ребенок поел. – Заметил я, что девочка уснула на руках своего дяди. – Давай ее сюда. Алку нужно встречать во всеоружии.

Я легко подхватил маленькое дитя, которое тут же доверчиво прижалось ко мне. Хорошо, что она меня восприняла своим и не испугалась. Это значит, что она привыкла считать Алку матерью. Стасу теперь придется смириться с тем, что моя сестра его пара. Иначе я ему собственноручно глотку вырву. Или пустить все на самотек?