Неидеальное свидание - Меган Куинн

Обычный день, ага.

– Повышение через неделю, верно? – спрашивает Джефф. – Ты волнуешься? Наконец-то сможешь найти собственное жилье.

Вставьте здесь глубокий вдох.

Поднимаю большой палец вверх.

– Да я вообще счастлива.

Больше не говоря ни слова, я открываю дверь в дом, и мне в нос сразу же ударяет аромат маминых домашних рыбных палочек. Господи, только не снова!

Она никогда не успокоится.

– Джефф, ужин почти готов.

– Мам, это я, – сообщаю о себе, направляясь в свою комнату, но не успеваю пересечь коридор, как мама выглядывает из-за двери на кухню.

– Лотти Баг, ты как раз к ужину.

Машу рукой.

– На самом деле я не голодна. – Поглаживаю живот. – Поздно пообедала, может, позже съем яблоко.

– Не говори глупостей. Иди мыть руки. – Да, она все еще заставляет меня мыть руки перед едой. – И переоденься. Я поставлю для тебя тарелку.

Вздохнув, произношу:

– Спасибо, мама. – Иду в свою комнату, закрываю дверь и сползаю по ней вниз, пока не оказываюсь сидящей на полу. – Боже, мне нужно выпить. – Достаю из сумочки телефон и пишу смс сестре.

Лотти: Нужна выпивка. Завтра днем, когда мама и Джефф уедут. Ты со мной?

Келси, моя ирландская близняшка, как любит называть ее мама, младше меня всего на двенадцать месяцев и является подающим надежды организатором пространства – да, я тоже была в замешательстве, когда она сказала мне, как это называется. По сути, она начала свое собственное дело, где ходит по домам разных людей и показывает, как более целесообразно организовывать хранение в их кладовках и шкафах – то есть как не превратиться в барахольщиков. Я спросила ее, чем она отличается от всех остальных, присоединившихся к тренду TheHomeEdit, и ее ответ поразил меня – потому что у нее все действительно как следует продумано. Она фокусируется на рациональной организации. Вместо того, чтобы призывать всех своих клиентов использовать прозрачные пластиковые контейнеры, она сотрудничает с компанией, которая предлагает подобные товары из экологически чистых материалов, а также товары, изготовленные из полностью переработанных материалов. Лучше для окружающей среды, лучше для вашего дома. Понимаете? Потрясающе. Очевидно, она в шаге от того, чтобы стать еще более востребованной. Я верю ей. Сейчас она зарабатывает достаточно, чтобы развивать свой бизнес и позволить себе небольшую однокомнатную квартиру в Западном Голливуде.

Телефон сигналит, сообщая о входящем смс.

Келси: Разве тебе завтра не надо на работу?

Я поднимаюсь на ноги, расстегиваю блузку, а затем отправляю ответ.

Лотти: Надо, но…

Кладу телефон и раздеваюсь, бросая одежду в корзину для белья и не беспокоясь о пятне. Ущерб уже нанесен. Надеваю шорты и майку, а длинные каштановые волосы завязываю в высокий пучок.

Келси: Только не говори мне, что сучка тебя уволила.

Лотти: Считай, что я безработная.

Келси: Я же, черт подери, говорила, что так и будет. Она такая… Боже, Лотти, если ты еще раз заговоришь с ней, я отрекусь от тебя. Слышишь?

Лотти: Поверь мне, что бы там Анджела ни думала, для меня она умерла.

Келси: Дай угадаю, эгоистка все еще думает, что вы останетесь друзьями.

Лотти: Угу. В любом случае, я не планирую сообщать Джеффу и маме, пока не смогу что-нибудь придумать. Они все еще думают, что на следующей неделе я перееду, когда получу «повышение»… а вернее, стану безработной.

Келси: Со мной твой секрет в безопасности. Я приду около девяти с текилой и ингредиентами для «Маргариты».

Лотти: А можешь захватить блокнот с идеями?

Келси: Уже положила. Я с тобой, сестренка.

Лотти: Люблю тебя.

Келси: А я тебя. И не волнуйся. Мы со всем разберемся.

Почувствовав облегчение, я кладу телефон на комод, потому что если мама видит телефон рядом с обеденным столом, она хватает его и швыряет в туалет. Лишь один-единственный раз я стала жертвой подобной выходки. После того, как твой искупавшийся в туалете телефон всю ночь сушится в рисе, быстро учишься никогда больше так не делать.

Я иду по коридору в столовую, где вижу, как Джефф целомудренно целует маму в щеку. Он шепчет ей «спасибо», а затем садится. Он тоже переоделся и вымыл руки после стрижки газона. Я знаю, что после ужина он сразу же вернется на улицу, но ценю его внимание к маминым правилам за столом.

– Вкусно пахнет, мам, – вру я, садясь в кресло. Джеффу нравятся ее рыбные палочки. Я же их терпеть не могу. Но ем, потому что еще в раннем детстве меня научили: ешь то, что лежит у тебя на тарелке, и не жалуйся. Радуйся, что у тебя вообще есть еда.

– Спасибо. На десерт я приготовила твой любимый коблер.

Вот ради этого я могу затолкать в себя рыбные палочки.

– Ты невероятная. Спасибо.

Мама садится, и затем, как образцовая семья из трех человек, мы складываем ладони и склоняем головы, мама произносит молитву, а после мы начинаем есть. К счастью, меня ждёт небольшая порция. Я легко могу умять ее за обещание свежего коблера.

– Как работа, милая? – спрашивает мама, накладывая соус тартар на свою тарелку. Она передает миску Джеффу, который тоже берет соус, а затем мне. Я наполняю тарелку тартаром, потому что только так смогу прожевать рыбные палочки.

– Все отлично, – отвечаю я, почти физически ощущая, как ложь обжигает язык.

Когда тебя растит сильная, независимая женщина, быстро усваиваешь три вещи: не врать, не жульничать и всегда добиваться желаемого. Да, я только что солгала, но я не могу заставить себя сказать правду. И мама, и Джефф говорили, как и Келси, что это плохая идея – соглашаться на работу у Анджелы. Непостоянная Анджела. Самовлюбленная и неуравновешенная Анджела. Они настаивали на том, что я должна подождать: и для выпускницы Калифорнийского университета в Ирвайне со степенью магистра в области бизнес-администрирования что-нибудь да найдется.

Что-нибудь найдется.

Что угодно.

Но ничего не нашлось.

Ни единой вакансии.

Я впала в отчаяние.

Студенческие кредиты требовали погашения, обязательства давили на меня.

Мне нужна была работа.

Анджела была моим единственным вариантом. Она предложила мне временную работу с низкой зарплатой, и чтобы остаться в Южной Калифорнии, я была вынуждена жить с мамой, а еще получила обещание, что если буду хорошо выполнять свою работу, то через год моя зарплата вырастет в три раза – ага, в три, именно на такое сокращение зарплаты я согласилась, – и она предложит мне постоянную должность. Мама и Джефф