Временная жена, или Вместе навечно. Часть 2 - Алисия Эванс

Нет, - твердо ответила я. – Я не ночую у малознакомых мужчин, - ответила честно и прямо. Этому простому правилу папа научил меня в тот самый день, когда я впервые захотела ночевать у подруги. Мне было одиннадцать лет. Он навел справки обо всех родственниках и соседях их семьи и выяснил, что троюродный брат отца моей подружки был судим за мелкое хулиганство. Кстати, ему дали аж сто часов исправительных работ! Сразу видно: суд посчитал этого парня крайне опасным преступником. Конечно же, после таких новостей ни о какой ночевке и речи быть не могло!

Возможно, папа где-то перегибал, но в целом он прав. Ночевать у малознакомых людей – небезопасное занятие, которое рано или поздно оно приведет к нехорошим последствиям.

- То есть, после того, как я спас тебе жизнь, - Серж небрежно пнул ногой лежащего рядом с ним Инбурга, - ты все еще мне не доверяешь?

- Именно так, - ничуть не смутилась от его вопроса я. – Мне по-прежнему не ясны твои мотивы. А переночевать я найду где, - я постаралась выглядеть уверенной, но получилось не слишком убедительно. Очень похоже на то, что ночевать-таки придется под кустом.

- Хм… А если я скажу, что могу устроить твою встречу с Тиргом этим вечером? – Серж взял меня на крючок.

- Каким же образом? – фыркнула я, не спеша верить этому змею-искусителю.

- Насколько мне известно, этим вечером Его Превосходство намеревается посетить императорский бал, - вкрадчиво произнес Серж. – Там и свидитесь.

Ох, ты ж посмотри, фея-крестная отыскалась! И жить к себе возьмет, и она бал отведет, и встречу с принцем устроит.

- А карету из тыквы ты мне не предоставишь? – не удержалась я.

- Зачем? – не понял Серж и нахмурился, ожидая от меня внятных разъяснений.

- Не важно, - вздохнула я. – Зачем тебе устраивать мне встречу с Тиргом, который, по твоим словам, представляет для меня опасность? – задала я по-настоящему важный вопрос.

- Чтобы ты убедилась в том, что это на самом деле так, - отчеканил Серж, и в его голосе прорезались агрессивные нотки. Когда речь заходит о Тирге, он теряет над собой контроль. Саэрд его по-настоящему бесит.

- Не понимаю, чего ты хочешь от меня? – прищурилась я.

- Мы об этом уже говорили, - теперь Серж начал раздражаться и на меня. – Ты не понимаешь, в какой опасности находишься, а потому совершаешь глупость и не доверяешь мне. Сегодня вечером у тебя будет возможность в этом убедиться, - зловеще произнес мой загадочный знакомый.

- Ну, допустим, - неуверенно выдавила я. Даже интересно, что такого он намерен мне открыть в Тиргу. Но еще более любопытно, что Сержу известно о том, что саэрд явится во дворец. Эта новость вызывает опасения. Не хотелось бы стать «Прекрасной Еленой два-точка-ноль», из-за которой началась Троянская война. Что-то я сомневаюсь, будто Тирг явится сюда с миролюбивыми намерениями после того, как император практически плюнул ему в лицо. Однако, Тирг не настолько импульсивен, чтобы совершать столь глупые поступки.

- Отлично! – просиял Серж, услышав мое невнятное согласие. – Идем! – к моему удивлению, он бесцеремонно схватил меня за руку и потянул в сторону каштановых деревьев.

- Куда? – изумленно спросила я.

- Как это – куда?! – фыркнул Серж от моей недогадливости. – Готовиться к балу! Или ты намерена идти туда вот в этом? – он обернулся и окинул мое скромное летнее платье презрительным взглядом.

Ну, точно – фея-крестная, только палочку дома забыла!

Еще пара шагов, и меня снова закрутил водоворот пространства, но на этот раз какой-то совсем другой. Все вокруг вдруг стало темно-серым, будто мне на глаза наложили фильтр. Мгновение – и императорский сад исчез в черном мареве. Мне показалось, что тьма обступает меня со всех сторон, обнимая крепкими объятиями так, что начали ныть ребра.

Но внезапно темнота развеялась огнями десятков свечей. Меня словно вытолкнуло обратно в реальность, точнее, в какое-то ее новое место. Во-первых, я сходу поняла, что нахожусь в пещере. Точнее, почуяла это носом. Запах сырости и подземелья не спутать ни с чем другим. Во-вторых, здесь повсюду каменные своды, и даже намека на синее небо не видно. Всюду, куда ни глянь, расставлены большие свечи, массивная мебель, стеллажи с книгами. Романтично, готично, интересно. Правда, немного жутко. Совсем чуть-чуть, но все же.

- Где это мы? – спросила я, во все глаза оглядываясь по сторонам. Что-то я не вижу отсюда выхода. Только лестницу, ведущую на второй уровень, на котором, похоже, расположена спальня. Ну а что еще это там торчит такое с балдахином?!

- Это мой дом, - с гордостью ответил Серж. Вот так вот! Не хотела идти в гости к малознакомому парню, но он сам меня привел. Теперь главное, чтобы папа не узнал об этом случае. Потому что тогда он точно оторвет мне голову, а затем пришьет ее на место, чтобы прочитать мне лекцию об опасности такого поведения. А про Сержа и говорить нечего – папа просто разорвет его на несколько частей, вот и все.

- Хорошо живешь, - одобрительно хмыкнула я, осматриваясь по сторонам в поисках выхода. Никогда не страдала клаустрофобией, но что-то мне здесь не по себе.

- Рад, что тебе нравится, - вежливо отозвался Серж. – Может, тебе понравится настолько, что ты решишь остаться? – как бы невзначай спросил он. Не успела я ответить, как парень неожиданно дернул тяжелую портьеру. На миг мне показалось, что там скрывается окно, но я ошиблась. Под тканью все это время пряталось искусное зеркало в человеческий рост.

- Вау, - изумилась я и невольно сделала шаг к нему. Впервые вижу зеркало в такой красиво оправе: она слегка зауживается к середине, будто выделяя «линию талии». Этот нехитрый прием создает ощущение изящества и хрупкости, несмотря на массивность конструкции. – Какая красота, - ноги сами понесли меня к зеркалу. Как завороженная, я смотрела на собственное отражение.

Оказывается, я очень красива. Нежные, аккуратные черты лица, шелковистые густые локоны, стройная подтянутая фигура. Никогда не замечала, что я настолько прекрасна, глаз не отвести.

- Это зеркало показывает истинную сущность людей, - прозвучал голос Сержа совсем рядом со мной. Я заметила его в отражении, стоящего прямо за моей спиной, но не смогла отвести глаз от собственного лица. – Ты прекрасна, и оно это видит, -