Девушка с полотен Тициана - Эмилия Остен

— В общем-то, точная дата не имеет значения, — объяснил мистер Форд и надвинул шляпу на лоб. — Скоро Рождество. Началось лето. Через месяц трава в буше окончательно выгорит, лишь у рек и источников останутся островки зелени. Скоро будем стричь овец и перегонять коров в корали. Так что точная дата не имеет значения. К тому же отец Фоули не даст забыть про Рождество. За несколько дней до него добрейший падре объедет все дома, собирая подарки и раздавая благословения.

— Все здесь такое странное, — протянула Джулиана. — Словно мы одновременно вернулись на пятьсот лет назад — и живем в самом современном мире.

— Это Австралия. Здесь простая жизнь. На первый взгляд.

— Я постараюсь все понять, — пробормотала она.

Форд бросил на нее короткий взгляд.

— Вы очень интересная леди. Ни разу не видел такого очаровательного сочетания ума и образования с…

Он осекся, сообразив, что сказал лишнее.

— С чем?

Джулиана старалась сдержаться, но любопытство оказалось сильнее ее.

— С невинностью, — с некоторым усилием закончил мысль Форд.

— О! — Теперь Джулиана уже сожалела о своей настойчивости. — Просто… Вы сами сказали, что я заново родилась. Я и есть новорожденная. Я помню прежний мир, словно это сон. Кажется, я много знаю, но все словно разбитая ваза. Осколков много, но собрать целое не удается. Этот же мир… Он абсолютно новый. И абсолютно сказочный, словно вышел из прекрасных легенд и сказаний.

Форд молчал, не сводя с Джулианы внимательных глаз. Тень от полей шляпы падала на его лицо, но глаза блестели даже в этой тени.

— Вы так прекрасны, — проговорил он. — Как озеро на рассвете.

Теперь пришла очередь Джулианы потерять дар речи, но она не осмелилась поднять глаз, так что просто рассматривала проплывающую под ногами лошади дорогу.

Следующий час пути прошел в молчании. Джулиану оно не тяготило, она рассматривала эвкалипты, холмы и реку, каких-то крупных птиц, круживших над низкорослыми кустами. Все дышало свободой и естественностью. Никаких выкошенных лужаек, стриженых деревьев, каменных изгородей, разрезающих зеленые поля на маленькие лоскутки. Хотя… Кажется, насчет изгородей она ошиблась. Впереди дорогу пересекал солидный забор с широкими крепкими воротами, запертыми массивным засовом.

— Что это? — нарушила молчание Джулиана.

— Где? Ах, это! — Форд подъехал к воротам и остановил лошадь. — Это — граница Гленфилда.

Джулиана приблизилась и прочитала табличку, прибитую к верхней перекладине ворот:

— «Ферма Гленфилд. Владение семьи Форд. Не забывайте запирать ворота».

Джулиана посмотрела направо и налево. Забор, без всякого преувеличения, уходил за горизонт. Это наводило на определенные подозрения.

— Сколько же у вас земли? — несколько обескуражено спросила Джулиана.

Форд ответил, как о чем-то само собой разумеющемся:

— День пути на восток, два или три — на запад и неделя или больше — с севера на юг.

— Это же… — Джулиана была шокирована. — Я даже не знаю, с чем сравнить. Вы, должно быть, богаты, как Крез.

— Не слишком. Земли здесь много, и она совсем не дорогая. Только надо уметь получать с нее прибыль.

— Любой английский герцог владеет меньшим, чем вы.

— Вполне может быть. — Форд пожал плечами. — Я, честно говоря, даже близко не видел ни одного английского герцога. Одного графа видел. И даже руку пожимал. Так что не волнуют меня никакие герцоги. Вот Фаррелы и Вортуорты имеют больше земли, чем я. К тому же у Вотруортов целых пять источников, а это дорогого стоит. Правда, у них и пять дочерей, а это уже хуже…

— Да уж. Дочери точно хуже источников, — рассмеялась Джулиана.

— Было бы лучше, если бы один из их источников, что расположен почти у моих границ, можно было заполучить, не приобретая в придачу одну из барышень Вортуорт.

— Ах, вот вы о чем! — сообразила Джулиана. — Тогда конечно!

— Вон там, в этой роще, есть небольшой родник. — Форд махнул рукой в сторону небольшой группки эвкалиптов. — Сделаем остановку, пообедаем.

— Отличная идея.

Джулиана почувствовала, что проголодалась. Несмотря на палящую жару, она чувствовала, что оживает. Еще вчера она была в жалком состоянии, а сегодня едет на лошади вот уже не первый час — и ничего. Наверное, это австралийский климат так действует, а может, несокрушимое молодое здоровье. Как бы там ни было, при мысли об обеде никаких возражений не возникло.

Путники направились к роще, съехав с дороги. Впрочем, называть едва намеченную колею дорогой — это значило сильно ей польстить. Под деревьями действительно прятался родничок, почти сразу же исчезавший в твердой земле. Эвкалипты совсем не давали тени, так что отдохнуть от палящего солнца не представлялось возможности.

— Неужели в Австралии совсем нет тени? — спросила Джулиана, спешиваясь.

— Есть. В тропическом лесу. Но его мало, туда нужно еще добраться, и он опасен. А так… В домах на террасах. И, говорят, скоро в Мельбурне посадят европейские деревья. Но это глупости.

— Ох, хорошо, хоть есть вода.

Форд достал из седельных сумок две оловянные кружки и пару сэндвичей с овечьим сыром, тщательно завернутых в кусок жесткой ткани.

— И перекусить есть. Чем бог послал.

Передав Джулиане посуду и хлеб, Форд вытащил из сумки одеяло и расстелил его чуть в стороне от родника. Набрав свежей воды в кружки и фляжку, он напоил лошадей и привязал их к эвкалипту, так что они могли пастись на свежей травке. Рыжие лошадки тоже не стали отказываться от обеда и немедля принялись щипать траву.

Джулиана не отрываясь выпила целую кружку прохладной, с необычным привкусом воды.

— Эта жара меня убьет, — вздохнула она.

— Вы скоро привыкнете. — Форд сдвинул шляпу на затылок — похоже, это его постоянная привычка. — Потому как выбора у вас нет. Сейчас только начало лета, дальше будет хуже.

— Господи, и неужели я когда-то сетовала на постоянную шотландскую сырость и прохладу!

— Шотландскую? — Форд наклонился к Джулиане, глядя прямо ей в глаза. — Вы что-то вспомнили?

— Н-нет. — Джулиана растерянно пожала плечами. — Я сама не знаю, почему я так сказала.

— Значит, вы жили в Шотландии, — констатировал он. — Это не объясняет, как вы оказались здесь, но объясняет вашу нежную кожу и рыжие волосы.

— Да, вы правы.

Джулиана зябко поежилась, словно позабыв, что только что жаловалась на жару. Ей показалось, что с далеких гор прилетел порыв ледяного ветра. Она подняла глаза: эвкалипты словно пели тихую, одним им понятную песню, солнце мелькало в их листве. Какие-то мелкие птицы возились в ветвях, но Джулиане не удалось их рассмотреть. Удивительная земля, неизвестная земля. Никакого сравнения с тем, что Джулиана знала до того. А что она знала? Англию? Шотландию? При мысли об этих странах в голове мелькали картинки, Джулиана помнила тамошнюю природу, частые дожди и еще что-то… Дом? Какой дом? Нет, ничего не уловить. Она глубоко вздохнула, отказалась от попыток что-нибудь вспомнить и проглотила последний кусочек сэндвича. Форд, все это время, как оказалось, внимательно наблюдавший за Джулианой, встал и произнес: