Академия Пяти Домов - Ирина Дмитриевна Субач

– Да?! – не поверив, воодушевилась я.

– Нет! – раздался такой грозный голос блондина, что я вздрогнула, хватаясь за сердце. Похоже, на него единственного зелье никак не подействовало. В то время как все мужчины в аудитории прониклись ко мне симпатией, этот Рэкшор был готов меня разорвать. – Вы собираетесь принять на обучение представителя потенциально опасного Дома. Да она же тут все разгромила! Сорвала испытания!

Ректор Артемиус предупреждающе вскинул руку, призывая рьена Рэкшора помолчать.

– Вы в меньшинстве, лорд, – произнес он. – Как бы то ни было, мы не можем игнорировать факт, что девочка может больше, чем простая крыса из Шерстоунов. Зелье явно работает, талант надо развивать. Есть в ней искра и явно пытливый ум. Габриэль Вокс принята, но с единственным условием.

– С каким? Я на все согласна! – нетерпеливо выдохнула вне себя от радости.

Даже про ожоги на руках забыла, хоть они и болели.

– Отмойте здесь все, – припечатал ректор. – Раз уж вы умудрились сорвать испытание для оставшихся кандидатов, то у вас время до завтрашнего утра привести зал в порядок.

Глава 4

Рэкшор

Я вылетел из приемного зала. Негодование разрывало изнутри. Прошел, будто таран, через толпу поступающих, а те шарахались в стороны, явно ощущая, что лучше на меня даже не смотреть.

– Лорд Рэкшор, – долетело в спину.

Я резко обернулся, меряя взглядом убивающего своим спокойствием ректора.

– Пройдите в мой кабинет, – договорил он. – Я бы хотел с вами побеседовать.

– Согласен, – ответил я. – Нам совершенно определенно нужно многое обсудить.

Не знаю, что хотел сказать Артемиус, но вот у меня накипело достаточно.

Пока шли в другой корпус, оба сохраняли гробовое молчание.

Он никуда не торопился и, казалось, любовался природой – птичками, облаками. А я просто дышал.

Чистым воздухом без примесей.

Кажется, меня даже немного попускало. Хотя кому я вру…

Меня колотило, будто наркомана, разве что чуть в меньшей степени, чем в зале.

Коридоры административного здания промелькнули незаметно, я очнулся от наваждения, лишь когда двери кабинета Артемиуса закрылись.

– Итак, – тяжело вздохнул старик, садясь в свое кресло, – Кристофф…

Я поднял на него тяжелый взгляд. Последний раз по имени он называл меня лет двадцать назад, когда я сам учился в академии, но после получения мной высокой должности он такой фамильярности не допускал.

– Что?

– Я должен обсудить твое недопустимое поведение на экзамене.

– Серьезно? – не поверил я. – Вы приняли на обучение девчонку, которая обрызгала всех дерьмовым варевом. А поведение недопустимо мое?

– Все совершают ошибки, – так же миролюбиво продолжал старик. – Если мне не изменяет память, то ты в годы обучения тоже всякого натворил. Чего стоит потоп в корпусе общежития или пожар в шестой лаборатории.

– Это были неудачные эксперименты, – парировал я. – Нас учили воздействовать на разум стихийников, контролировать их, если нужно. Подумаешь, переборщил.

– В этом-то и проблема. – Артемиус открыл ящик стола и достал оттуда пачку писем. – У тебя все «подумаешь»… Ты знаешь, что это?

Он положил аккуратную стопку перед собой, а я мазнул взглядом по конвертам. Судя по цвету бумаги, где-то пожелтевшей от старости, где-то новой, – все письма присылались в разные годы, а вот адресата или вензелей отправителя ни на одном не было.

– Макулатура? – предположил я.

– Письма твоего отца. Вот эти… – он ткнул в желтые конверты. – За годы твоего обучения, а это – последние. Он никогда не переставал интересоваться твоими успехами.

– Я безумно рад столь повышенному вниманию, – саркастично ответил я.

– А вот это, – будто не заметил моего замечания, Артемиус извлек из середины непримечательное письмо, – то самое, в ответ на которое я категорически рекомендовал королю не назначать тебя на должность главы тайной канцелярии. Мое мнение что тогда, что сейчас: ты не готов к ответственности – слишком напыщен, самоуверен, зашорен, и у тебя огромные проблемы с самоконтролем.

Мои глаза невольно сузились. Я, конечно, знал, что Артемиус ко мне никогда не питал любви, а, скорее, терпел мое присутствие, ведь избавиться от единственного наследника короля не так-то просто…

– Ты можешь сколько угодно сверлить меня взглядом, но твои способности на меня не очень-то действуют. – Артемиус спрятал письма обратно в стол. – Может, ты и сильный менталист, но на моей стороне опыт и с десяток хороших артефактов. Своими штучками запугивай студентов и горожан.

– Я не собирался вас запугивать. Мне это ни к чему… Вы и без меня знаете, что вся эта опала – лишь временная блажь отца. Он не вечен, и рано или поздно я займу его место.

– Не спешите примерять на себя корону, – Артемиус усмехнулся, и эта улыбка была не менее настораживающей, чем оскал хищника. – Ваш отец наконец-то разделяет мое мнение по вашей неготовности ко всему. А то, что вы назвали временной опалой, попытка вас довоспитать… И академия – лучшее для этого место.

– А если не получится? – с вызовом спросил я. – Достанете из кармана нового наследника отцу?

– Как вы угадали, из кармана и достану. – Артемиус запустил руку за лацкан своего камзола и извлек оттуда еще один конверт. – Пришло утром вместе с приказом. Позвольте, зачту… Кхе-кхе. «Не далее как через три месяца моей младшей дочери Веронике исполнится год. Очень прошу выделить для ее наставления преподавателя-менталиста из числа хорошо ладящих с маленькими детьми. Девочка, несмотря на малый возраст, уже проявляет магические таланты. Важно не упустить ее с самого детства и не совершить прошлых ошибок…» Как вам такое, рьен Рэкшор? Кажется, у вас появилась конкурентка, способная заткнуть за пояс, несмотря на младенчество.

Артемиус протянул мне письмо, и я убедился в том, что он нигде не приврал. Особенно добила приписка: «Сообщите об этой новости моему сыну, думаю, он будет рад успехам сестренки».

У меня даже дернулось веко.

Совершенно очевидно, что это очередная провокация со стороны короля.

Вероника была дочерью от очередной фаворитки, но до этого момента среди всех его бастардов, кроме меня и моего сводного брата Рассела, менталистов не рождалось.

– Что скажете, Кристофф?

– Я в восторге, – выдавил ответ. – Нет, в самом деле. Это же замечательная новость. Если меня списали со счетов, значит, и груз ответственности с меня спал. Я свободен, можно не перевоспитываться. Когда я могу освободить кабинет преподавателя этики?

– Не так быстро, – осадил Артемиус. – Вас сюда не только преподавать отправили, но и контролировать поступление представителей низших Домов. Пусть вы были не самым лучшим главой безопасности в замке, но вы им были. Ваша задача не для